ПАРРАЛИЗОВАНЫ… ТАК И НАШИ ДЕТКИ. ПРИ АБСОЛЮТНОМ ЗДОРРОВЬЕ ОНИ НЕ МОГУТ
ХОДИТЬ. ИЗ ДРРУГИХ МИРРОВ НАМ ПОМОГЛИ С ДВИЖУЩИМИСЯ ПОВОЗКАМИ, И ТЕПЕРРЬ УЩЕРБНЫЙ ГРРЕКС МОЖЕТ ХОТЯ БЫ НЕ ЗАВИСЕТЬ ОТ ДРУГИХ, ПЕРРЕМЕЩАЯСЬ НА ДАЛЬНИЕ РРАССТОЯНИЯ. НО ДЛЯ НЕГО НАВСЕГДА ЗАКРРЫТЫ МОРРЕ, ГОРРЫ, ЛЕСА И ПОЛЯ — ВСЕ МЕСТА, ГДЕ НЕТ ДОРРОГ ДЛЯ ИХ МОБИЛЕЙ. ДА И…
Недосказанное ясно и без слов. Ни одна самая совершенная коляска не избавит инвалида от осознания ущербности. Никакой протез не заменит живой руки или ноги, увы. Вернёт, конечно, многие возможности, но… не живой он. Не живой.
— Я понимаю.
Соскользнув с импровизированного кресла, подсаживаюсь на ступеньки к ТирР. Мне хочется её обнять, но… рук не хватит. Так хотя бы так…
— Чем мы можем помочь? Думаешь, наши целители справятся с этим недугом?
— ВОЗМОЖНО.
Грр шумно вздыхает и шарит по карманам, как я бы шарила в поисках платка. Протягиваю большую салфетку. ТирР промокает глаза.
— СПАСИБО… БОЛЬШЕ, ЧЕМ НА ЛЕКАРРЕЙ, МЫ НАДЕЕМСЯ НА ПОМОЩЬ ВАШИХ ЧУДЕСНЫХ ИНОМИРРНЫХ ДЕТИШЕК, ВЕРРНЕЕ — НА РРЕЗУЛЬТАТ ОБЩЕНИЯ С НИМИ. ЭТО МОЯ НОВАЯ ТЕОРРИЯ. ПОНИМАЕШЬ… ПОЧТИ ВСЕ ОНИ РРОЖДЕНЫ С УМЕНИЕМ ХОДИТЬ ПО ГРРАНЯМ, ЭТО ТАК ПОХОЖЕ НА НАШЕ ХОЖДЕНИЕ! ВОТ МЫ И ПОДУМАЛИ: А ЕСЛИ НАШИМ ДЕТЯМ ПОЖИТЬ БОК О БОК С ВАШИМИ? МАЛЫШИ ВЕДЬ ТАК И ОБУЧАЮТСЯ, ПОДРРАЖАЯ ДРРУЗЬЯМ И НАСТАВНИКАМ. ЧТО, ЕСЛИ ОНИ СМОГУТ ПЕРРЕНЯТЬ У НОВЫХ ТОВАРИЩЕЙ НАВЫКИ ПО ПЕРЕМЕЩЕНИЮ?
* * *
С тихим шорохом сложив крылья, с небес спускается грифон. Пригладив львиной лапой перья на орлиной голове, неуловимо быстро перетекает в человеческую ипостась, продолжив движение рукой и оправив почти не тронутую сединой гриву волос. Вот это уровень! Ловлю себя на жгучей зависти. А то вот тут некоторые присутствующие во время оборота в человека чуть обувь не теряют…
Благодарно кивнув феечкам, дон Куадро опускается в притащенное ими плетёное кресло.
— Мы возлагаем на вас большие надежды, донна Ива.
От озабоченности меня так и тянет почесать нос, и я едва удерживаюсь от этого простецкого жеста, дабы не нарушить серьёзность момента.
— А что именно я могу для вас сделать, друзья мои? Конкретно я, конкретно для Кирра и подобных ему? Здесь и сейчас? Понимаете ли…
Разбегающиеся мысли вдруг выстраиваются в стройную концепцию. Мне становится ясна причина некоего дискомфорта, охватившего меня с первых же слов гостьи о беде маленьких гррексов. Но, как ни странно, измышления мои касаются самого разговора лишь косвенно, а потому… я подумаю о них позже. И не одна. Но пока что, конкретно здесь и сейчас вернёмся к нашей теме, действительно важной.
Жестом ладони останавливаю дона Куадро, порывающегося что-то возразить:
— Ни в коей мере не отказываюсь вам помочь, всего лишь не понимаю, чем могу посодействовать я лично? Не целительница, не маг, не уроженка этого мира… Тут ведь нужны профессионалы, согласитесь! Вот разве что поддержать…
— Именно! — в один голос восклицают воспитатель и гостья. Причём от голоса последней вздрагивают и роняют листву деревья, окружающие поляну. Профессор психологии сконфуженно замолкает.
— Именно! — продолжает шёпотом дон Куадро, хотя ему-то как раз и нет необходимости понижать голос. — Донна Ива, мы узнали, что Совет Магов, курирующий «Детский сад», собирается пригласить вас в качестве Наблюдателя. Понимаете, Наблюдатель — это своеобразный эксперт с независимой точкой зрения. Его обязательно выбирают из иномирян, причём из относительно недавно прибывших, не успевших… как бы это выразиться? ассимилироваться в наш социум. У вас свежий взгляд на наши традиции, поведенческие линии, установки; вы оцениваете события с иного угла зрения, и к тому же, надо отдать должное, умеете откровенно и вместе с тем деликатно — я бы сказал, дипломатично — донести своё мнение, опираясь не только на эмоции, но и на логику и здравый смысл. Но главное — вы непредвзяты.
Озадаченно хмурюсь.
— Уверены?
Он опускает глаза.
— Донна Ива, назову вещи своими именами. Вы — не ксенофоб.
Последнее слово даётся ему с трудом.
— Вам просто не приходилось ещё сталкиваться с… активным неприятием инаковости. А я ещё помню времена, когда от нас, некромантов, отворачивались и шептали вслед оскорбления и угрозы… Лишь избавление Гайи от демиурга-тирана, за которое нашему Клану пришлось слишком дорого заплатить, сломало предвзятое отношение к Тёмным. А потом и тайная война с Игроком, в которой мы приняли самое деятельное участие. Очень трудно пробиться через щиты предубеждений, донна. Наше общество с благоговением относится к драконам, но неразумных хищных рептилий, мягко говоря, недолюбливает. А внешний облик гррексов таков…
Невольно опускаю глаза.
— Понимаю. Но неужели Совет… Ах, да, они же помогают «Детскому саду», и вообще…
— Большинством голосов они его, конечно, поддерживают. Но незначительным большинством.
Дон Куадро смотрит на меня умоляюще:
— А вас, как я слышал, собираются пригласить не простым Наблюдателем, но с правом голоса в Совете.
— Да, это серьёзно.
Подперев подбородок рукой, задумываюсь.
Факту, что о предстоящих в моей жизни событиях узнаю… гхм, пусть не последней, но и не первой, не удивлена. То, что «верхи» не спешат оповещать простых смертных о своих намерениях — это, знаете ли, и в нашем мире не ново. А вот ксенофобы в рядах Совета… Неожиданно. Их неприятие повредит не только гррексикам, но и здешним детёнышам, нашим детёнышам, за которых я уже чувствую ответственность. И раз уж появилась возможность помочь, доказать безопасность детей, а главное — будущую полезность для общества — я это сделаю.
Тем более, сейчас, пока есть время, и собственные малыши ещё не поглощают моего внимания денно и нощно. А то знаю я эту круговерть с новорожденными. Хоть сто нянь в дом приведи — я ж всё равно буду стараться успеть всё, везде и сама!
Лапа ТирР осторожно касается моего плеча.
— ДУМАЕШЬ, У НАС ПОЛУЧИТСЯ?
— Должно получиться. Если дети подружатся — они непременно наберутся друг у друга всего, и нужного и ненужного. В сущности, человек, как и любое мыслящее существо, только так и учится. Ему говорят: «Делай, как я», он и повторяет. Особенно, если лучший друг заверит, что «сделать, как он» это вообще легкотня. Вера в то, что всё получится, творит чудеса. Думаю, у нас есть шанс.
— А… УБЕДИТЬ ВАШ СОВЕТ?
Чтобы посмотреть на ТирР с удивлением, мне приходится задрать голову.
— Не вижу препятствий. Мне наши маги не кажутся ни ретроградами, ни ксенофобами. Я верю в здравый смысл большинства и, если хотите,
