– Кто он?
– Сэр Лютер Хиллиард. О смерти его брата Эндрю было написано в газетах. Суд постановил, что его убил какойто бродяга, но имеются свидетели…
– Свидетели? – переспросил Эмерсон, распахнув дверцу кареты.
– Так мы можем ехать или нет? – раздраженно осведомился Хиллиард. – Я впервые вижу, как представитель закона мирно беседует с разбойником. – Он вгляделся в лицо Ника. – А, это ты. Я должен был догадаться. Меня нисколько не удивляет, что ты…
– Вы ошиблись, – холодно проговорил капитан Эмерсон. – Мистер Терстон работает на меня – он помогал мне поймать джентльмена по имени Лютер Хиллиард. Мистер Терстон говорит, что напал на вашу карету, чтобы освободить вашу племянницу, которую вы, судя по всему, похитили.
«Хорошее объяснение», – похвалил его про себя Ник, с горечью сознавая, что не заслужил такого верного друга, как Эмерсон. Тревор всегда сохранял спокойствие, даже в самых сложных ситуациях. Он не поймал Полуночного разбойника, но с помощью Ника арестует убийцу и привлечет его к суду.
– Мы с племянницей ехали в гости к другу, – высокомерно заявил Хиллиард, садясь в карету. – Пока он не остановил нас, – добавил Лютер, указав на Ника.
Эмерсон свистнул своим людям, и солдаты, вынув шпаги, окружили Хиллиарда.
– Сэр Лютер, извольте выйти из кареты.
Острия шпаг заставили толстяка вылезти из кареты и отойти в сторону. Он в бессильной злобе смотрел, как Эмерсон Помогал выйти Серине. Она бросилась Нику на шею.
– Серина, расскажи капитану, что ты видела в ту ночь в ХайКресенте.
Серина дрожала от пережитого страха, но тем не менее довольно связно рассказала про убийство, свидетельницей которого невольно стала.
– И вы ей поверите? – в ярости вскричал Хиллиард. – Местные власти на моей стороне, и убийца моего брата уже найден и казнен.
Эмерсон сурово взглянул на него и коснулся острием шпаги кружевного галстука Лютера.
– Мне кажется, дело следует пересмотреть. Свидетельница говорит, что вы ударили ножом Эндрю Хиллиарда, и этого для меня достаточно, чтобы вас арестовать. Я отвезу вас к герцогу Этвуду, и он свяжется с лондонскими властями и передаст дело в суд.
Хиллиард злобно сплюнул на землю.
– И вы поверили женщине?
– Свидетель есть свидетель, – невозмутимо возразил Эмерсон. Он вынул наручники и приблизился к Хиллиарду. Пленник стал вырываться.
– Не трогай меня, солдафон! – взревел Лютер, и Серина испуганно прижалась к Нику.
– Есть и еще один свидетель, – вкрадчиво произнес Ник, глядя, как вырывается и брыкается арестованный.
Хиллиард замер. Наступила зловещая тишина. Он уставился на Ника, и его холодные змеиные глазки блеснули в тусклом свете фонаря.
– Еще один свидетель? – повторил он. – Что тебе об этом известно? – рявкнул он на Серину. – И откуда Терстону известно о наших семейных делах?
Ник приложил палец к губам Серины и ответил за нее:
– Я сам слышал рассказ свидетеля и ручаюсь за него. Он обещал повторить свои показания в суде.
Эмерсону наконец удалось защелкнуть наручники на запястьях Хиллиарда.
– Если это правда, сэр Лютер, вас ждет виселица.
– Они лгут! – крикнул Хиллиард. – Лгут! В доме в тот вечер никого не было…
Он растерянно умолк, потрясенный собственным невольным признанием.
– Значит, вы были там, хотя пытались уверить всех в обратном, – уличил его Ник во лжи. – Ну хорошо. – Он обернулся к солдатам: – Вы слышали, что он сказал, и подтвердите это на суде.
Гвардейцы кивнули, и Серина прижалась к Нику, исполненная любви и благодарности.
– Ник, – прошептала она, – наконецто справедливость восторжествует.
– Правда всегда выплывет наружу, – изрек Ник, обнимая ее.
– Я, кажется, сейчас лишусь чувств.
Ник обнял ее еще крепче, искоса взглянув на Эмерсона. Солдаты увели пленника.
– Ну как, ночь прошла не зря? – спросил Ник друга. Эмерсон задумчиво потер подбородок, и легкая улыбка заиграла у него на губах.
– Не зря, это точно.
– Ты прославишься, – пообещал Ник. Эмерсон широко улыбнулся.
– Судьба иногда подбрасывает нам сюрпризы. – Он втолкнул Хиллиарда в карету и сел с ним рядом, приказав своим солдатам привязать его лошадь к задку кареты.
Ник смотрел, как экипаж скрылся за поворотом, направляясь к Лондону.
– А что же мы? – спросила Серина. – Мы пойдем вслед за ними?
– Нет. Я отвезу тебя в Холлоуз. – Он взглянул ей в лицо, белевшее в лунном свете. – Теперь мы больше не расстанемся. Мы найдем способ быть вместе.
Прежде чем она успела ему ответить, изза кустов выехал Раф.
– Черт подери, ты что, не уехал?
– Я не мог тебя бросить, Ник. И ждал, когда представится возможность тебе помочь.
– Тогда поедем все вместе ко мне домой, – произнес Ник и посадил Серину перед собой в седло. Обняв ее за талию, он спросил: – Как ты оказалась в карете сэра Лютера? Я ничего не понимаю.
– Я получила записку от твоего брата. Он предложил мне помощь и сообщил, что нашел свидетеля убийства. Мне стало любопытно, и я по глупости согласилась прийти к нему. Он привез меня в конюшню рядом с «КовентГарден» и запер в каморке. Два дня спустя за мной приехал дядя. – Она всплеснула руками. – И как я могла поверить сэру Итану! Я же знала, что он опасен. И случай с Калли Вайн меня ничему не научил.
Ник стиснул зубы, кипя от гнева.
– Я расправлюсь с Итаном, но сначала нам надо заманить его в Суссекс. Если он заподозрит, что я его ищу, он забьется в какуюнибудь дыру в Лондоне, и мы его никогда не найдем. – Ник содрогнулся от ужаса, представив, что могло случиться с его возлюбленной. – На этот раз Итан зашел слишком далеко. Он понесет заслуженное наказание.
Глава 28
На следующий день сэр Итан, покидая банк в Сити, насвистывал веселенький мотивчик. Чек Хиллиарда покрыл сумму его долгов, и ему больше не придется прятаться от кредиторов за шторами. Он закажет портному новые камзолы – ему так понравились серебряные галуны, которые тому прислали из Франции. Манжеты из кружев тоже были бы весьма кстати. Можно заказать и рубашку из серебристой ткани… Вариантов множество.
Перед ним открываются широкие, безоблачные перспективы. Итану показалось, что за спиной у него выросли крылья.
Сейчас, когда он прогуливается по Сити, Ника уже, наверное, бросили в темницу. При этой мысли сердце его радостно запело. Он игриво повертел тросточкой в воздухе, едва не задев чепчик на голове цветочницы, торговавшей на углу. Но даже ее гневные вопли не могли испортить ему настроения. Он навсегда избавился от Ника Терстона, этого уличного воришки, который замарал честь семьи Левертон низким происхождением. Скоро газеты сообщат о его аресте и казни.
