Мидори и Кириллу больше не нужно было что-то затевать, чтобы продолжить род Чи без Знамения, потому что это сделают другие люди: сын Кирилла от Акулы и сестра Мидори. И это случится только в будущем.
— Ты не должна жертвовать собой, — добавил отец. — Ты ничего никому не должна. Оставь себе свою жизнь. Будущее свершится само собой. Самое лучшее из всех.
— Но как же Камэко?
— Я сам воскрешу её. Я ведь тоже несу в себе кровь рода Чи, и Камэко примет мою жертву. — Он протянул руку. — Отдай мне ключ Нагину, милая...
В этот момент паром содрогнулся, его накренило.
Мидори упала на пол, саркофаг скользнул вбок и ударился в стену, туда же покатились сосуды с внутренностями. По кузову корабля забарабанили снаряды: снизу, сбоку, сверху — отовсюду! В иллюминаторах вспыхнули огни.
— Атака с моря! — закричали воздушные маги.
— Атака с неба!
— Атака с земли!
— Набрать высоту! Увеличить скорость! — рявкнул Арон. — Прижмитесь к границам с Горным Озаем! Идём по линии! Мы не должны опоздать! Лучники, пустить стрелы!
Паром начал набирать высоту, хотя и так летел очень высоко. Лучники обрушили шквальную атаку на противника, но тут корабль тряхнуло так, что он затрещал.
— Это войско старшего императорского сына! — крикнул один из воздушных магов. — Он должен был сражаться у Горы Ратибора!
— Но ждал в засаде именно нас, — процедил Арон и снова повысил голос: — Поднимаемся выше! Ещё выше!!
Паром загудел.
Отец бросился к саркофагу у стены и достал кинжал. Он собирался совершить ритуал прямо сейчас!
— Папа! — Мидори вскочила с пола и кинулась за ним.
Корабль опять подбросило от мощного удара снизу. Иллюминаторы лопнули и взорвались, внутрь полетели искры, огонь и снаряды заклинаний.
Мидори снесло с ног горячей волной. Раскалённые осколки изрешетили стены и пол, забарабанили по салону. Воздушные маги успели прикрыть Мидори и отправили вихри в иллюминаторы.
Корабль продолжало трясти.
— Выше! Ещё выше! — орал Арон.
Отец тем временем уже убрал крышку на саркофаге, вынул из сосудов внутренности и положил рядом с телом Камэко.
— Па-а-а-па! — Мидори перекатилась по полу, вскочила и вновь кинулась к отцу.
Её лианы были сейчас не такими сильными, как на земле, но она всё равно успела отправить их в сторону отца. Зелёные корни метнулись по полу, а потом... пол вспыхнул огнём.
Всё вокруг поглотило пламя Ган.
Корабль подбросило ещё раз, воздушные маги уже не смогли ничего сделать. Обшивку парома разбило, салон затрещал, загудел, и пол с треском рухнул вниз, куда-то в чёрную ночь.
Несколько воздушных магов из охраны обуглились за мгновение, но Мидори от огня они всё-таки защитили. Солдаты Пачуа бились за неё до последнего вздоха, как и обещали.
Она успела зацепиться за свои лианы, но вот саркофаг... он накренился над пробоиной, готовый упасть от любого удара. Отец отчаянно держал тяжеленный гроб, но сил не хватало. Он не был магом, чтобы применить другие силы, кроме обычной силы своего тела.
Мидори крепче ухватилась за лиану и взмахнула другой рукой. Через пробоину метнулись ещё несколько лиан. Те выросли за секунды и окутали саркофаг, удерживая его от падения.
— Папа, держи-и-и-и-сь! — крикнула Мидори.
Корабль опять набирал скорость, уходя от атаки. Внизу громыхало. Казалось, всё Стокняжьте сейчас атакует только этот паром.
Уцелевшие воздушные маги кинулись поднимать Мидори вихрями. Саркофаг тоже успели сдвинуть дальше в салон и опять накрыли тяжёлой крышкой.
— Приближаемся к Тунтурии! — крикнул Арон.
Теперь Мидори и её отца разделяла огромная пробоина в полу и несколько лиан. Он посмотрел на Мидори и что-то прошептал. По его губам она поняла, что он сказал:
— Отпусти меня.
Она мотнула головой.
— Убери лианы! — крикнул он, отчаянно глядя на неё. — Убери их! И кинь мне ключ!..
Она не успела ничего сделать, даже ответить не успела.
Корабль вспыхнул, и всё поглотил огонь...
* * *
Очнулась Мидори от удара в грудь и жуткого гула. Он оглушил её так сильно, что сознание встрепенулось, по телу пронеслась дрожь.
Вокруг трещало и скрежетало, раскалённый воздух обжигал лёгкие.
Она закашлялась и перевернулась на живот, ладони ощутили под собой комья земли и острые камни. Мидори открыла глаза и приподнялась. Она лежала посреди горящих обломков парома, а рядом распростёрлось переломанное тело Арона. Воздушный маг прикрыл её собой и погиб.
Мидори затрясло от ужаса и безмолвного плача.
В ушах до сих пор стоял треск и гул падающего корабля.
— Папа... — прошептала она. — Папа... папочка...
Его нигде не было, как не было и саркофага с Камэко.
Мидори еле поднялась на ноги и увидела, как на погибшие паромы уже надвигается войско императорского сына. Пехота и верхолёты. Она завертела головой в поисках хоть кого-нибудь живого, но видела только трупы воздушных магов и покорёженный металл.
— Папа! — Хромая, Мидори бросилась по полю с воплем. — Папа! Папа!
В треске огня её голос терялся, но она продолжала звать. Взгляд отчаянно искал среди погибших отца... мёртвого или живого — любого!
Войско Стокняжья тем временем приближалось, верхолёты уже принялись выжигать всё, что осталось от порушенных паромов. Имперские маги выпускали потоки огня прямо с машин, а тот уничтожал всех, кто смог выжить после крушения, и только поднимался.
Мидори с ненавистью посмотрела на верхолёты и сжала кулаки, потом пригнулась, прячась за обломками, и приложила ладони к тёплой земле. Сила природы откликнулась мгновенно, почва лопнула и затрещала под напором корней.
Лианы вырвались отовсюду, устремились вверх и обвили первые верхолёты. Но этого было недостаточно. Войско Стокняжья было слишком огромным, чтобы справиться с ним в одиночку даже с таким резервом и мощью, как у неё.
Но она всё равно продолжала крушить верхолёты один за другим.
Слёзы текли по щекам сами по себе. Всё рухнуло! Они проиграли! Где-то там Кирилл сражается без неё, где-то там гибнет весь клан Волкова и их союзники, а она стоит тут, беспомощная и бесполезная, как всегда!
Мидори скрипнула зубами. Её обуяла такая злость, что смертоносных лиан вокруг стало ещё больше, в десятки раз больше. Она выпрямилась и вскинула руки, уже не скрываясь от врагов.
Вокруг поднялся ветер, земля задрожала. Ядовитые корни и трава полезли отовсюду, и Мидори сразу отправляла их в атаку. Верхолёты поднялись выше и принялись жечь уже её лианы.
В этот момент она увидела,
