и закапала в озеро.
Теперь мой резерв истощался ещё быстрее, а давление — зашкалило. Кровь обильнее потекла из носа, и когда я облизывал губы, то постоянно ощущал на языке её привкус.
Наконец озеро яда начало источать пар.
Это был последний этап уничтожения фагнума. Всё скрыли розовые клубы, настолько густые, что не видно было собственных рук, но я всё равно продолжал смотреть вперёд, на озеро, хотя ничего уже не видел.
— Не отвлекайся, сосредоточься на последнем этапе, — говорил мне Жрец. — Это самое важное. Не отвлекайся. Только не отвлекайся... не отвлекайся... не отвлекайся...
Я максимально сосредоточился на озере, но тут услышал чей-то голос. Он появился неожиданно и эхом разнёсся по залу. Уже на второй фразе я понял, кому принадлежит голос.
Это был Устин Хакан, главный Оракул Стокняжья.
Ублюдок выжил.
Он читал молитву порабощения воли, а среди моей охраны были и Иномирцы без Знамения. Это значило, что сейчас они попадут под контроль Оракула.
— Ищите Жреца!!! — послышался голос моего отца за стеной огня. — Срочно ищите его! Он где-то в коридорах!!
Чтение молитвы тем временем продолжалось.
Я слышал её и мог бы перебить своей молитвой, но тогда пришлось бы отвлечься, а значит фагнум снова станет фагнумом, и мне придётся начинать всё сначала. Был риск не успеть завершить ритуал до прихода Ладислава, а если это случится, то всем нам будет уже всё равно.
Скрипнув зубами, я продолжил смотреть на озеро. Розовые клубы испарений становились всё гуще и заполоняли весь зал до потолка.
— Найдите Жреца!! Убейте его!! — доносился отчаянный крик моего отца. — Он там!! В тумане!! В той стороне!!
Хакан дочитывал уже последние строчки, и через несколько секунд от Иномирцев можно было ожидать чего угодно. Но главное — мой отец. Он тоже мог попасть под влияние Жреца.
— Вон он!! — крикнул один из бойцов.
Где-то в коридорах загрохотали удары магии, но молитва не прекращалась.
— Стреляй по нему! Точнее!
— Он ставит защиту!
Послышался звон мечей о защитные цепи Жреца. Молитва продолжалась.
— Рубите! Рубите!
Звон стал громче и оглушил весь зал.
— Это друго-о-о-ой! — вдруг в панике завопил отец. — Это не Ора-а-акул, а его помо-о-о-щник!..
Внезапно всё стихло.
Остался только гул пламени вокруг озера. Мне показалось, что я поседел за то время, пока вслушивался в звуки за стеной огня. Молитва Хакана подействовала или нет? Почему все молчат?
— Отец! — крикнул я, не отрывая взгляда от озера. — Отец! Па-а-а-апа!
Сердце заколотилось, как сумасшедшее.
Я набрал воздуху в грудь, чтобы заорать ещё громче, но вдруг слух уловил голоса где-то далеко.
— Вы успели вовремя, — сказал отец. — Спасибо. Простите, что чуть не убили вас.
— После того, что я натворил под влиянием безумия, я был бы только рад умереть.
Это был настолько знакомый голос, что меня охватил жар радости.
Елизар Саргон! Это точно был он!
Он победил безумие, убрал Хакана и оборвал его молитву!
Я перевёл дыхание, справляясь с эмоциями, и только сейчас заметил, что клубы испарений над озером начали рассеиваться. Мои глаза смотрели уже не на фагнум, а на воду. Совершенно чистую прозрачную воду. Да, она всё так же кипела, но это была вода!
— Получилось... — нервно выдохнул я.
Ну вот и всё. Можно начинать.
Занемевшие руки опустились вдоль тела. Ладони сильно кровоточили, и резерва в теле почти не ощущалось, но это были мелочи. Я поднял руку вверх и через боль пустил поток Сферы Холода в потолок. Это и был сигнал для отца.
Он сразу же увидел его.
— Мой сын готов! Несите тело!
Теперь мне предстояло убрать стену огня или хотя бы ослабить её так, чтобы отец смог пронести тело Ратибора к озеру.
Я снова обратился к Сфере Холода и обеими руками нарисовал знаки Цуо, а потом отправил два мощных потока холода в воду. Сначала она перестала кипеть и успокоилась, а потом покрылась коркой льда.
— Отец, подними лёд!
Он услышал меня и сразу же выполнил мою просьбу. Ударом телекинеза он начал поднимать замёрзшую воду. Озеро затрещало, каменные берега задрожали, и уже через несколько секунд вода в озере раскололась на льдины.
Они поднялись вверх, а внизу осталась огромная яма, на две трети наполненная водой.
Внизу, на самом дне, блестел и переливался маленький круглый символ — Знак Сферы Защиты Хого. Он был похож на серебряное кольцо, будто кто-то случайно уронил его на дно.
Тем временем льдины, что отец поднял над озером, собрались в громаду, а потом рухнули прямо на огонь одного из берегов. Часть стены из пламени погасла, и я смог наконец-то увидеть всё, что происходит в зале.
Моего отца там уже не было. Он должен был уйти за телом Ратибора.
Зато кроме нескольких человек из охраны, здесь стоял и Саргон. Жрец с печалью смотрел на меня: он понимал, что я собираюсь воскресить Ратибора ценой собственной жизни.
— Мне жаль, Кирилл, что это будешь именно ты.
Он поднял руку, словно заранее прощаясь. Рядом с ним у стены я заметил мёртвое тело Оракула Хакана с кинжалом в шее.
В зал вернулся отец. Он нёс на руках тело Ратибора, завернутое в простыню. Не останавливаясь, он взошёл на груду льдин, добрался по ним к озеру и положил тело у воды.
— Горшки с внутренностями, — напомнил я ему. — Ты забыл их принести.
— Ах ты чёрт... схожу сам, а то мало ли.
Отец быстро отправился за ними и через полминуты уже вернулся, на его плече висела сумка с сосудами, где лежали внутренности мумии. Он аккуратно положил сумку у тела.
— А теперь уходи. — Он выпрямился и посмотрел мне в глаза. — Уходи отсюда! Быстро!
— Что?.. — Я уставился на него.
И тут до меня дошло.
— Ты сам хочешь воскресить его? Своей жизнью?
— Да! Я ведь тоже Колид! Ратибору нет разницы, жизнь какого потомка забирать. Зато ты останешься жить!
Голос отца стал жёстким и чужим, будто вообще ему не принадлежал.
— Ты не имеешь права жертвовать собой. А мне всё равно не жить. Я слишком давно выпил фагнум, чтобы от него избавиться. Во мне яд, Кирилл. Мы оба знаем, что мне уже ничего не поможет. Не жалей меня! Мне всё равно умирать, так пусть моя смерть
