магом авиации Флота мантру
Успокоения. Долбануло не по-детски, но не снаружи, а только внутри, так что девочка ничего не заметила, а его словно ведром ледяной воды попотчевали. Разом сбросил обороты, и дальше все шло, как по маслу. Вошел, к слову, тоже достаточно легко, и это при том, что член, хвала всевышнему, за прошедший год несколько прибавил в длине и порядком окреп. Однако Белла хотела не меньше, чем Эрвин, и пока дошло до дела была уже настолько мокрая, что никакой особой смазки не потребовалось. Момент, и он уже в ней. Правда, побочных эффектов лишения девственности удалось избежать не только по этой причине. Флакончик сваренного Эрвином коктейля «
Первая брачная ночь», содержащего
Обезболивающие, Расслабляющие и
Противозачаточные снадобья с добавлением пары капель «
Радости жизни», решил все возможные проблемы первого раза. Так что первый их секс получился даже лучше, чем можно было ожидать, и Белла это вполне оценила, тем более что прежний опыт был у нее так себе.
— Научишь потом варить, — шепнула девушка, разорвав поцелуй благодарности, последовавший за неожиданно бурным оргазмом. Кульминация получилась гораздо более впечатляющей, чем можно было ожидать от первого раза в этом юном еще не полностью созревшем теле.
— Научу, разумеется, — улыбнулся ей Эрвин, с удовольствием ощущая приятную тяжесть лежащей на нем девушки. — Есть еще всякое-разное… Мне когда-то… Еще там… досталась по случаю одна чисто женская книжка. Называется «Руководство для глупых девиц». Правда, она на русском языке, но я тебе все, что требуется, переведу.
Говоря это, он ласкал кончиками пальцев ее крестец, временами спускаясь чуть ниже, — к копчику и анусу, — или поднимаясь чуть выше, но недалеко. Наиболее чувствительными у Беллы были именно крестец и копчик.
— Если это намек на анальный секс, то перетопчешься, — хмыкнула девочка, уткнувшись лицом куда-то в изгиб его шеи и плеча.
— Никогда не говори никогда.
Он убрал руки с ее гладких, покрытых шелковистой прохладной кожей ягодиц и, приподняв ладонями голову Беллы, повернул ее лицом к себе, заглядывая в огромные серые глаза.
— Ты нечто!
Так, собственно, все и обстояло. Если не брать в расчет ум и талант Беллатрикс, ее непростой характер и стальную волю, внешность красивой девочки-подростка могла не только ввести в заблуждение, но и соблазнить, искушая хрупкой юностью и видимостью непорочности. Увы, но, как понимал теперь Эрвин, склонность к педофилии искусно прячется у взрослых за зарослями норм морали и культурной традиции, и в этом смысле весьма похожа на склонность к полигамии, доминированию и садизму. Обо всех этих «отклонениях» принято думать, как о девиантном поведении, патологии и мерзости. Однако правда заключается в том, что в той или иной мере все это, скрытое и отрицаемое, живет в подсознании, а иногда и в сознании многих мужчин и женщин. Ни одна нормальная женщина не может относиться к изнасилованию иначе, как со страхом и омерзением, и в то же время многие из них фантазируют на эту тему и не без удовольствия участвуют в соответствующих ролевых играх. Так же и с педофилией. Она, как показывает история, еще совсем недавно была широко распространена, — да и сейчас процветает тут и там, — практически во всех социальных группах, приобретая порой весьма неприглядный характер. Секс с дочерями, внучками и племянницами не так редок, как хотелось бы думать общественности, узнающей о такого рода преступлениях только в тех редких случаях, когда они становятся известны прессе и правоохранительным органам. То же самое можно сказать и о связях учитель-ученица. Впрочем, вспомнил Эрвин об этом несколько позже, предаваясь по обычной своей привычке «разбору полетов» и «формулировке выводов». И вспомнил не просто так, а в контексте анализа своих чувств. Оказалось, что ему понравилось иметь во всех позах нимфетку Блэк, но, похоже, и Беллатрикс, спрятавшейся силой магии в юном теле девушки-подростка, понравилось трахаться с «молоденьким мальчиком» Бойдом, разрешая ему то, что вряд ли позволила бы, будь они взрослыми любовниками. Во всяком случае, не сразу, не в первую ночь.
— Ты нечто! — сказал он ей.
— Я знаю, — на полном серьезе откликнулась Белла. — И хочу еще!
Интерлюдия 2: Взгляд с другой стороны
На поверку Эрвин Бойд оказался даже лучше, чем она думала. Не мальчик, а взрослый состоявшийся мужчина, имеющий, тем не менее, внешность юного красавчика. Просто херувим какой-то, и, говоря откровенно, не желать его она в принципе не могла. Ну кто бы мог подумать, что темная валькирия Беллатрикс Лестрейдж втрескается в ребенка! Но мальчик, — что есть, то есть, — невероятно хорош и трахается, как взрослый, умножая удовольствие тонкостью и деликатностью своих длинных пальцев, детской нежностью губ и шелковистостью кожи. Член у него, конечно, пока не так, чтобы большой, но уже демонстрирует вполне приемлемые размеры и образцовую твердость, а изощренная техника «имения» указывает на богатый и разнообразный жизненный опыт. В общем, он был именно таким, каким ей хотелось, и при том идеально подходил к ее нынешнему возрасту. Будь она, и в самом деле, двенадцатилетней девочкой, секс с сорокалетним мужчиной вряд ли пришелся бы ей по душе. Все-таки она не Лолита, ей Набоковский Гумберт не нужен и не интересен. А вот утонченный подросток-аристократ оказался более чем востребован, и Белла не хотела даже думать, какие демоны жили в ее душе, если ее тянет к таким «маленьким» мальчикам. Впрочем, это всего лишь реплика в сторону, потому что жизнь продолжается, и это по всем признакам хорошая жизнь. С одной стороны, она маленькая девочка, трогательно опекаемая «бабушкой» Вальбургой и «тетушкой» Нарциссой, а с другой — та же Вальбурга ни в чем серьезном отказать ей не может. Разве что, попросила не оставлять любовника на ночь. Легитимно, если подумать. Вальбурга сейчас регент рода, ее дом и правила, соответственно, тоже ее. Но во всем остальном Белла не чувствовала никаких притеснений или ограничений. И за покупками на Косую аллею она пошла сама. Без сопровождения взрослых, зато в компании с Эрвином. В банк им не надо было, — ни ему, ни ей, — и они практически сразу пошли по лавкам, спеша выполнить обязательную программу, чтобы осталось достаточно времени на любовь и нежность.
Народу на Косой аллее в этот день было много. Маги они такие маги, и Белла с Эрвином не исключение! Закупки к началу учебного года традиционно откладываются на последний момент, а в результате везде и всюду столпотворение и толчея, и, разумеется, очереди. А тут еще некоторые альтернативно одаренные хитрожоперы решили поднять по такому случаю бабла. Гилдерой Локонс, на книги которого Белла не могла
