Читаем без скачивания ОХОТА НА КРУТЫХ - Александр Граков

— Вполне! — согласился окрыленный ювелир. — Но эту Светку-секретутку...

— Ах, оставьте! — махнул рукой Умар. — Что куплено, то куплено. Вы-то сами вспомните, за что к нам попали? — хитро спросил он.

— За жадность мою дурацкую! А когда мне можно... это... ну — домой?

— Через неделю. Наша миссия здесь заканчивается, а смены не предвидится — на родине конфликт, похоже, идет на убыль. Но не советовал бы там, дома, особо распускать язык — у вас, оказывается, богатая фантазия в общении с секс-девочками, которых вам предоставляли время от времени для разгрузки, так сказать, а видеокассет мы на такое дело не жалеем. Так что понимаете: язык ваш — враг ваш. Что касается вас, — обернулся он к Игорю и остальным, — я думаю, не в ваших интересах особо распространяться о сумме, которую тебе, Игорь, Леонид Григорьевич нарисовал в блокнотике и которую вы сейчас получите: за что и от кого вручены эти деньги. Я правильно мыслю?

— Давайте уж быстрей покончим с этим делом! — высказался за всех Гек.

— Я считаю это согласием со мной. А посему... — Умар кивнул Джафару и Сархану. Те переглянулись, и Сархан спросил у Игоря: — Сколько?

Тот молча протянул им блокнотик. Прочтя сумму, Джафар вынул из кармана маленький ключ и отпер им наручник, которым рука Сархана была прикована к черному пузатому чемоданчику средних размеров. Тот, проведя рукой по ребру чемоданчика, с силой нажал на небольшой выступ и только потом набрал шифр на комбинированном замке. Затем откинул крышку и глазам присутствующих предстало зрелище, при виде которого по всем канонам детективного жанра положено ахнуть: ровные стопки стодолларовых банкнот заполняли почти все его пространство. К боковой стенке чемоданчика изнутри была прикреплена продолговатая коробка с зеленоватым табло и крохотной пульсирующей красной индикаторной лампочкой. Сархан молча отсчитал из чемоданчика тридцать пачек, сложил их в «дипломат» Джафара, остальное пододвинул к Игорю, Геку, деду Феде и Жене, сгрудившимся на другом краю стола.

— Миллион семьсот! — подытожил Умар. — Пересчитывать будете?

— Послушайте, так не бывает! — воскликнула очнувшаяся от шока Женя. — Это же фантастическая, нереальная сумма!

— С чево ето ты взяла, шо нереальна? — тут же откликнулся дед Федя. — У моей Лизаветы в Швеции их двести с лишком, ентих лимонов! В наследство хапнула, — пояснил он. — Однако же до седнишнего дня я и представить не мог, как ето они выглядають. Да у меня у самого лимон есть, — похвастался он, порылся в кармане и бросил на стол блеснувший металлический желтый прямоугольник.

— Золотая кредитная карточка! — с уважением повертел его в руках Умар. — По этой карточке вам в любом из центральных банков Москвы, введенных в единую банковскую систему, выдадут желаемую сумму в любой конвертируемой валюте.

— Ой, дедушка Федечка, ты у нас завидный жених — миллионер! — засмеялась Женька.

— Значит, и нам в Москве можно получить такую же? — спросил Игорь.

— Отчего же нет? — пожал плечами Джафар. — Там вас с распростертыми объятиями примут. Ну что, мы полетели? — обернулся он к Умару. — Последний вопрос, — попросил Гек, тыча пальцем в коробку с индикатором. — Это что тут такое?

— Это предохранитель! — объяснил Сархан. — На случай нападения с целью захвата чемодана. Вот здесь на ручке — кнопочка. Нажимаешь один раз — включается режим готовности. При повторном нажатии взрыв с сорокасекундным замедлением. Вот этот выступ на ребре — выключатель готовности. Просто и надежно, с гарантией! — засмеялся он. После того как инкассаторы уехали на «девятке» Умара, тот спросил:

— Ну что, остаетесь на неделю?

— Еще как остаемся! — за всех ответил Игорь. — У нас тут дел непочатый край.

Глава ХVII

К СОЖАЛЕНЬЮ, ДЕНЬ РОЖДЕНЬЯ...

Рано утром Игорь скорым поездом уехал в Москву — обменять доллары на карточку. Ребятам он оставил пятьдесят тысяч баксов.

— Это на все расходы, — заявил он деду Федору и Жене, — какие, Гек объяснит.

Разговор у них с Генкой был затяжной — далеко за полночь. Игорь рассказал ему об озере Беляевском, культуристах-суперменах, пересказал вкратце содержимое досье на Гальчевского и Вольвака.

— Постарайся не влезать сам и не втягивать Женю и деда в это дело, — попросил он. — Лучше всего нанять частных сыскарей, вон сколько объявлений в газетах. Сами до моего приезда оставайтесь в стороне. А я в Москве на месте попробую разобраться с Агафоновым. Есть между ними связь какая-то: на визитке, которую Жене дала Кира, та же эмблема организации «Перекресток молний». И в досье на этих гадов встречается это название. Так что, давайте, вы раскручивайте потихоньку здесь, а я в Москве. Через неделю встретимся и состыкуем сведения!

С тем Игорь и убыл. А Гек, оставшись с дедом Федей и Женей, задумался. Для поездки на озеро нужна машина. Ну это — на потом.

А пока надо нанимать частных сыщиков. За советом он решил обратиться к негласному хозяину дома — Паше-охраннику. Повод нашелся быстро. Оказывается, у деда Федора три дня назад был день рожденья. Он и сам как-то забыл об этом за всеми хлопотами, а теперь вот вспомнил. Отмечать решили вечером, о чем и заявили Паше. Кличка «Квадрат» шла ему как нельзя кстати — низкий, с широченными плечами и полным отсутствием талии. Получив приглашение на торжество, он, ни слова не сказав, исчез из дома после обеда. Женя и Гек также пошли выбирать деду подарок.

— Только ты того, — предостерег старик Гека, — ежели надумаешь чего дарить навроде тех трусов, шо подсунул мне на море, лучче сразу сбегай куда ни то подале — оторву башку и скажу, шо так и было!

Генка по дороге к городу рассказал историю с секс-шортами Жене — та чуть из рейсового автобуса на остановке не выпала от смеха.

А выбрали они подарок деду — закачаешься! Электроразрядник шоковый — почти такой же, как тот, что остался у Володьки на побережье. Но этот — за четыреста долларов был модернизированный — плевался сгустками энергии на расстояние до четырех метров. Фантастика! Когда Гек усомнился в таких супервозможностях похожей на обыкновенный туристический фонарик штуки, продавец принялся клясться и божиться, а под конец навел ее на Гека и предложил испытать на нем, в случае бездействия обещая выплатить компенсацию. Пришлось поверить на слово. Но дома обрадованный донельзя дед быстро нашел объект для испытаний: он вышел на улицу, прицелился в соседского индюка и нажал кнопку. Из узкого отверстия на конце «фонарика» вылетело маленькое голубоватое облачко — индюк тут же перевернулся лапами кверху. На беду эти «испытания» углядел сосед: взбешенный недавней потерей нескольких кур, которых увезли с собой «амазонки», и антенны, начисто срезанной дуплетом из обреза, он решил отыграться на старике — взял в руки хороший кол и вышел на улицу «побеседовать». Пришлось Геку, осознающему всю правоту соседа, да и во избежание лишних слухов, отваливать за бедную птицу сто пятьдесят тысяч «деревянных» — благо были разменянные баксы. Это, конечно, много, но, по уверениям соседа, — мало, ибо индюк, по его же словам, обещал вырасти до размеров коровы... Этому пришлось поверить на слово, ибо несчастный так больше и не воскрес: то ли заряд был слишком мощный, то ли индюк — немощный. Сосед его дорезал в нагрузку к рублям.

Паша Квадрат заявился к вечеру на собственной «Оке»: привез борщ, гуляш и пирожки — все горячее, только что приготовленное его женой, как он сам похвастался. А сосед Вася, выпытав у Жени, что за праздник они собираются отмечать, заставил жену запечь пострадавшего индюка со сметаной в духовке и пришел с ним вечером мириться — украинцы сами по себе народ добродушный, это им просто президенты никудышные достаются, потому и в неладах до сих пор Украина с Россией. Впрочем, оно и наши — не из лучших.

Вася быстро нализался и все пытался подарить деду Феде сто пятьдесят тысяч — его же деньги за индюка. Если бы жена его быстренько не прибрала вместе с деньгами, непременно подарил бы. После того как они остались в своем «семейном кругу», так сказать, Гек начал подход к делу.

— Паша, нам нужна помощь парочки классных сыщиков!

Паша уже тоже крепко выпил, поэтому долго резину тянуть не стал — тут же, в прихожей, снял трубку и позвонил, как уверял, двум своим лучшим друзьям — бывшим ментам, пригласив их прямо надень рождения. Те приехали. Познакомились, посидели, затем стали говорить о деле, и тогда выяснилось, что два бывших сержанта служили когда-то в роте ППС по охране порядка в ресторане «Турист» и очень хорошо помнят и самоубийство Насти, и смерть Ивана Николаевича... А ушли они из рядов милиции после беспредела, начавшего там твориться. Ушли, а через несколько лет организовали частное сыскное бюро. Вольвака и Гальчевского они знали, как облупленных, но разговор о них вели осторожно. Один из них, Витя, после четвертой стопки «Абсолют-Куранта» доказывал Геку: