позвать Маррут. Пусть навы и тиранят Хардол, но после него они наверняка примутся за нас.
— Маррут уже здесь, — заявила Зареслава. — Я её позвала ещё вчера ночью.
— История повторяется… И снова волод не может защитить подданных от влияния Тьмы.
Такими были первые слова Маррут, вошедшей в бывшую таверну. Не обращая внимания на кучку драконов, охраняющих сон и спокойствие спящей Нараты, самка взмыла в воздух и приземлилась на лестнице уже на втором этаже. После чего проследовала в комнату Мирдала.
Нарата, хотя и торопилась с помощью могучего и доброго голема-самки вернуться к Арислодаре и помочь ей, боялась вставить слово поперёк неуязвимо-металлической воли создания Порядка и Света. Потому она робко заглянула в окно, подсматривая, как Мирдал откладывает недавно купленную книгу на полку и оборачивается к гостье:
— Приветствую, сар-техномаг.
— Доброго дня, Светлейший. Прошу тебя не прятать этот том от меня, или тебе стыдно? — стальношёрстая прищурила свои ярко-горящие глаза с белыми зрачками.
— Драконы прячут не срам, а ценности, — улыбнулся в пушистые щёки Светлый. Нарата подивилась, как теперь стал он похож на статую из маминого измерения. Маррут сразу же нахмурилась — Мирдал никогда не прятал свои чувства за улыбкой…
— Оно и видно, что в Ликдуле творится полный беспредел. Воплощения убивают драконов, деструкторы врываются в дома, безумные мутанты строят бомбы…
— Жизнь кипит ключом, — резюмировал солнечный, расправляя затёкшие после чтения крылья.
— Это праздник смерти, — Маррут, не спрашивая владельца дома, сняла с полки книгу — сотворённые Мирдалом гимны запрещённого в Хардоле Покона — усмехнулась, открыв её разворот и зачтя:
Кто не убьёт себя, тот не воскреснет.
Кто не взлетит — остаётся на месте.
Кто не предаст все былые огрехи
Не устранит к вознесенью помехи.
— И что ты будешь делать, кроме слов? — спросила Маррут, понемногу начиная терять терпение. — Может быть, оправдаешься, рассказав, зачем ставил под угрозу жизни учеников? Это на тебя не похоже.
— Ты сразу сотворилась взрослой. Ты не менялась и не собираешься меняться с момента своего рождения, — взялся аккуратно за книгу Мирдал, но Маррут не отпускала её. — Меняться можно либо долго и постепенно, либо разом и полностью — и тогда со стороны кажется, что старый дракон умер, и новый занял его место. Я подвергаю опасности лишь тех, у кого нет времени изменяться десятилетиями. Разумный риск, подвиг ради поставленной цели облагораживает и закаляет душу и дух. Для тех, кто способен одним ударом сломать крейсер, победа над армией — не подвиг.
— Ты мог бы просто обратиться к тем, кому это по силам, ко мне или к моей дочери, — Маррут потянула книгу на себя и вынудила Мирдала отпустить. — К чему геройствовать зазря, подвергая опасности не только своих, но и чужих отпрысков? Я могу согласиться с Тьмой в том, что только безумец может лишать жизни себя и собратьев.
— Нарата уже победила Тьму, но ещё не победила себя… — бросив попытки тягаться с холодной самкой, Мирдал обречённо отпустил книгу. — Для Нараты сейчас цель — не сотворить невозможное, а напрячься изо всех сил, узнать себе цену, узнать себя. Добрые дела, что совершаются попутно…
— Злые дела, — Маррут разорвала когтями книгу. — Возвращение Иерона и пропажа Арислодары внесут разброд в Хардол.
— Не внесут. Демиург на своем посту, хардольцы до сих пор ценят его, не сверженного Иерона и не «заморскую» Тьму. А со своим подвигом, Маррут, ты медлишь. Каким бы он ни был.
Глава сорок первая
История со слов ее творца
Большая часть Ликдула так ничего и не узнала о необычных гостях. Не узнала даже меньшая часть — деревня и так была перепугана нападением Воплощений, не к чему усиливать страхи. Лишь нескольким драконам Нармэла повторила сообщение о нападении на Хардол, и только пара из них начала действовать сразу.
Вилмир прекрасно знал, каким путём воспользуются навы для переброски большей части своего войска. Агнар, не питая никаких особенных чувств к Светлым, на его план ответил с полным безразличием. Варлад воспротивился было подобному решению проблемы, но благодаря факту ночного покушения Вилмир всё же добился перевеса в коротком споре, как лучше всего использовать бомбу подземников. В конце концов, будет очень жаль, если в ходе грядущего противостояния Герусет и Амрафета за власть над Иркаллой кто-нибудь из них приведёт её в действие и превратит часть Нашара в одну сплошную воронку.
Теперь, закончив работу над зарядом, Воплощение Варлад осторожно отдал его голему со вселённой душой. Кажется, это была Яланара, подземная драконесса, подосланная убить Инанну. Слишком мягкое наказание, по мнению Варлада, сохранять души таких преступников. Но… Вскоре это он сам будет решать подобные вещи. Новый Верховный Жрец Храма Ночи по воле Тьмы.
— Зачем такая форма? — осведомился Вилмир. — Эта сумасшедшая душа.
— Лишь частично, в той части, что отвечает за самосохранение, — оскалился Варлад. — Агнар предлагает подыскать ей новое тело, если она выживет после этого.
— То есть, искупить несостоявшееся покушение взрывом? — удивился синий. — У неё маловато шансов уцелеть.
— Тем лучше, станет примером деструкторам, как можно умереть и не повредить этим другим, — Варлад задал Яланаре программу проследовать в Тхантифаксат, где армия душ Тьмы задерживала наступление навов на Хардол.
— Твоя воля, — бросил Вилмир вслед пришедшему в движение голему, внутри которого угадывались силуэты живой души. Варлад поднял в лапе мерцающий золотом кристалл — хотя о столь колоссальном взрыве узнать нетрудно, программа среагирует так, что когда оболочка голема разрушится от взрывной волны — кристалл померкнет, сообщив драконам о сработавшей бомбе. — Тьма не может воспринять через души итог? — Вилмир так же заинтересованно наблюдал за индикатором.
— После случая с Армой и Герусет я себе не доверяю, — Варлад пожал плечами, потом крыльями, — техника бывает надёжнее даже Тьмы.
