Кол кивнул и просигналил «Банши», что все в порядке. Две лодки с пыхтением двинулись назад в Гескомб, пройдя прямо над головой Кракена, который снова впал в свою спячку.
Неделей позже на кухонном столе красовалась огромная груда газетных вырезок. Конни и Кол просматривали их: «Ужас на танкере», «Нефтяная катастрофа предотвращена», «Скандал бьет по „Аксойлу“: акции падают» и их любимую, потому что они знали, что она разозлила доктора Брока, а у всех остальных вызвала хохот: «Мужественный пенсионер и дети спасают судно!».
— Знаешь, я чувствую себя каким-то жуликом, — сказала Конни. — Вся слава достается нам, а ведь на самом деле все это совершили мифические существа.
— Ну, не знаю, — сказал Кол, все еще воодушевленный поздравительным звонком от отца, во время которого Мак впервые в жизни не стал заявлять, что ему самому уже случалось предотвращать нефтяные катастрофы.
Эвелина вошла с утренней почтой в руках.
— Ты собираешься показывать это родителям, Конни? — спросила она.
— Конечно, я покажу эти вырезки маме с папой, когда папа оправится от потрясения, — сказала Конни, пряча их обратно в папку.
— Тебе не стоит слишком об этом волноваться, — сказала тетя, заметив мрачное выражение лица Конни. — Я знаю, что твои родители были не слишком рады узнать о твоих «ночных похождениях», как это назвал твой отец, но думаю, что со временем они сменят гнев на милость. Когда они услышат, что весь мир поет тебе хвалы, вряд ли они смогут продолжать тебя ругать. И все-таки, наверное, к лучшему, что они уехали отвезти Саймона в школу. Я много дней боялась, что какой-нибудь чересчур восторженный член Общества не выдержит и проболтается всему клану Лайонхартов!
— И я боялась. Думаю, синьор Антонелли однажды сделал бы это, если б рядом не оказался Кол и не удержал его.
Конни занялась письмами. Большая часть их предназначалась ей: поздравительные письма от членов Общества, приглашения участвовать в дневных телепередачах, письма от поклонников — защитников природы со всего мира. Два письма выбивались из сегодняшнего урожая. Она пододвинула их к Колу, который прочитал их, нахмурясь.
— Нагловато с их стороны, верно? — заметил он, отшвыривая письмо от мистера Коддрингтона и открытку от Ширли в сторону.
— Ну ты же знаешь, что я о нем думаю, — коротко ответила Конни. — А что касается Ширли, я думаю, что ей просто обидно, что ее великана выгнали из Общества.
Она распечатала последнее из адресованных ей писем. Из него выпал книжный купон[37] от мистера Джонсона. Записка гласила: «Запоздалая награда от членов правления гескомбской начальной школы за успешное завершение проекта в прошедшем семестре. Отличная работа!»
— Ага, я тоже такой получил, — сообщил Кол, увидев знакомый почерк.
Эвелина ухватилась за купон.
— А! Одобрение педагогов! Теперь это может помочь убедить твоих родителей позволить Саймону приехать сюда на каникулы в середине семестра, если другие аргументы не сработают.
— А может, и не поможет: некоторые подробности в прессе могут их отпугнуть, — сказала Конни.
— Верно. Он всегда ненавидел мою связь с теми, кого он считает кучкой опасных сумасшедших, и теперь он обвиняет меня в том, что его собственная дочь пошла тем же путем.
Конни усмехнулась и собрала газеты.
— Ну, во всяком случае, одна битва выиграна Обществом, — сказала Эвелина с удовлетворением, открывая ящик, в котором хранилась коллекция писем Конни и газетных вырезок. — Существование сирен осталось в тайне. Они пока что в безопасности: сейчас вокруг Стогов образовалась запретная зона. Этого никогда бы не случилось, если бы не Каллерво, — надеюсь, что одно это бесит его, где бы он ни находился. В любом случае я думаю, что это стоит отпраздновать. Как насчет визита к моим банши? Они устраивают потрясающую вечеринку.
Конни скорчила гримасу Колу, спрятав свою пачку в ящик и со стуком закрыв его.
— А может, и нет. Я просто пошутила, — быстро добавила ее тетя, увидев выражение их лиц. — На самом деле мы приглашены в ресторан Аннины на обед с Джейн и ее семьей. Нуруддины хотят отпраздновать то, что мистер Бенедикт нашел в Плимуте новую работу.
— Как насчет конной прогулки чуть позже, Конни? — спросил Кол. — Мы с Жаворонком хотим покатать тебя этим вечером. Как тебе идея?
— Здорово! — ответила Конни. — Но есть одна вещь, которую я должна сделать до того, как мы отправимся. Мне уже давно следовало это сделать. Подожди меня, я быстро.
Натянув пальто, Конни вышла из дома и пошла по скользкой дорожке к морю. Там было пусто: даже самые стойкие любители морских прогулок остались сегодня дома, побоявшись арктического ветра, так что никто не видел ее, когда она протянула к морю руку ладонью вниз, прощупывая безмолвный мир глубин.
— Спасибо тебе, Кракен, — прошептала она странным течениям, которые циркулировали далеко внизу, под миром людей. — Спасибо.
Снег хрустел у нее под ногами, когда она вернулась на берег и на мгновение остановилась у могилы Скарка.
— Твоя стая теперь в безопасности. Покойся с миром, — хрипло прошептала она. — Прощай, Скарк.
— Все, ты готова? — спросил Кол, когда она вернулась в дом все еще в задумчивости. Конни кивнула. — Тогда пойдем.
Кол, Конни и Эвелина вместе пошли по Шэйкер-роуд, за спиной у них было море и синие полночные тени, которые снова собирались там, где волна накатывает на берег.
Примечания
1
«Сардинки» — детская игра, в конце которой все играющие оказываются в «доме», набитом, как банка сардин.
2
Чинтс — английский ситец: набивная хлопчатобумажная декоративная ткань с рисунком на белом или светлом фоне; используется для штор.
3
Dr. Martens (Docs; DocMartens) — обувная серия фирмы AirWair Ltd; ботинки, популярные в молодежных субкультурах.
4
Clam (англ.) — моллюск, молчун; worthy (англ.) — стоящий, достойный.
5
Lionheart (англ.) — львиное сердце.
6
Веллингтоны — резиновые сапоги с голенищем ниже колена.
7
Милая (ит.).
8
Какая холодная ручонка (ит.).
9
Конечно (ит.).
10
Природа (ит.).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
