за цепь на шее, мои пальцы отчаянно нащупывали замок. Даже если бы у меня было чем его открыть, руки неконтролируемо дрожали, а потом начались судороги. Каждые несколько минут сильные спазмы почти сводили меня с ума. Комната кружилась, расплывалась, пол покачивался.
«Твой язык развяжется».
Я боялась этого. Что, если действительно не смогу больше терпеть? Что, если, потеряв контроль, выскажу все? Отвечу на его вопросы? Расскажу, где Лидия и Нэш? Или где находится другой вход в хранилище? Если признаюсь, что Джейс жив?
Продумай, Кази, продумай, что будешь говорить, независимо от того, насколько сильной станет боль.
* * *
Прошли часы. Дни. Недели. Вечность. Я просила их вернуться.
Моя кожа пылала. Горела.
Глаза превратились в угли. Губы прилипли к зубам. Огонь опалил горло.
Железное кольцо на шее раскалилось.
Я не знаю, где они! Не знаю, где… Не знаю! Не…
Я… Я…
Я…
* * *
И потом я сломалась.
И рассказала все, что они хотели услышать. Каждое продуманное слово.
Биржа. Конюшни.
Храм.
Даркхом.
Кейвс-Энд.
Я отправляла их в разные места.
Пока слова не исчезли, и осталась только боль.
* * *
Зейн внезапно оказался рядом. Мама побежала за палкой, стоящей в углу. Где она? Где это отродье? Секунды, годы, они кружились в тумане. Лицо Зейна прижалось к моему. Теперь тебе никто не поверит. Ты скажешь что угодно, лишь бы спасти свою шкуру. Держи рот на замке, или я убью твою мать. Ты будешь виновата, если она умрет. Ты еще можешь спасти ее. Я моргнула, и он исчез. Исчез. Я сомневалась, был ли он вообще.
* * *
Зейн, возвращающийся снова и снова, его губы, касаясь моего уха, нашептывали мои самые худшие кошмары.
* * *
Пожалуйста. Вернитесь.
Пожалуйста. Позвольте мне умереть.
Но они не возвращались. И не позволяли умереть.
* * *
Одеяло подо мной было мокрым от пота. Холодная жидкость коснулась моих губ. Я снова ощутила свой язык.
Боль отступила. Огонь в горле погас.
Я слышала голоса. Лица маячили передо мной, но я не могла сфокусировать взгляд. Чья-то рука мягко обхватила мою ладонь.
– Это Джейс. Ты слышишь меня, Кази? Я здесь.
– Джейс?
– Да, это я. Ты поправишься, но мне нужна твоя помощь. Лидия и Нэш мертвы. Но если потороплюсь, еще могу спасти их с помощью звездной пыли. Где она, Кази? Скажи мне. Скорее.
– Нет, они не могут быть мертвы. Они…
– Все хорошо. – Его губы встретились с моими, его язык исследовал мой рот, его рука ласкала мою щеку. – Просто скажи, любовь моя, скажи, где пузырек с пылью.
Откуда Джейс знает о пыли? Как он мог…
Может, она не знает?
Она знает. Никогда не верь тому, что говорит тебе вор, даже если он в бреду.
Голос Гарвина.
Прохладная жидкость скользнула мне в горло и растеклась по всему телу. Комната перестала кружиться.
И я увидела лицо, склонившееся надо мной. Монтегю.
* * *
Голоса превратились в кошмары. Я не могла доверять ни одному из них. Они бились в моей голове.
Это Джейс. Лидия и Нэш мертвы. Скажи мне, где пыль. Никто тебе не поверит. Ты все еще можешь спасти ее…
Держи рот на замке, или я убью ее.
Скажи мне, где пузырек.
Что-то холодное стекало по моему горлу. Боль снова отступила, и я увидела Монтегю. Он приказал всем выйти из комнаты.
– Прошло всего два дня, как тебя укусили, – сказал он. – Впереди еще много дней агонии. – Он поднял стакан, из которого я пила. – Целительница дала тебе обезболивающее. Пройдет всего час или около того, и оно перестанет действовать, боль вернется.
Он пододвинул стул к кровати и сел рядом со мной. Потом взял меня за руку.
– Противоядие навсегда прекратит твои страдания. Может, мы…
– Я ничего тебе не скажу, Монтегю.
– Скажешь. Поверь мне, скажешь.
Это повторялось день за днем. Или, может, каждые несколько часов. Я не была уверена. Мне мешал свет, проникающий через чердачное окно. Свет слепил, пока мне в горло не вливали холодную жидкость, чтобы дать еще один шанс. Следовали час или два прояснения и расспросов, а затем меня снова погружали в огненный ад.
* * *
Больше прохладной жидкости.
Больше вопросов.
Но даже моменты ясности становились все более размытыми. Каждый раз, когда меня возвращали с края пропасти, я слабела. Все, чего хотела, – это спать, раствориться в кратких минутах спокойствия. Сон. Держаться за что-то хорошее. Но даже сон стал мне недоступен. Иногда Монтегю, Бэнкс и Зейн сидели в комнате и разговаривали о делах королевства, ожидая, пока подействует лекарство и я перестану дрожать. Они будто заботливо дежурили у постели больной.
Приносили еще стулья. Иногда спорили, нарушая мой покой в короткие минуты без боли.
Они требуют оплаты. Они получат ее.
Попробуй.
Вкусно. Передай графин.
Еще два груза. И все.
Почему еще не готово?
Могу перевозить только один груз в день без предварительного предупреждения.
Заканчивайте. Сейчас там небезопасно. Слишком многие приходят и уходят с биржи.
А вчера они нашли отряд убитых разведчиков. Кровавое месиво. Лоялисты все еще там.
Слышите? Нам нужно опустить его под землю. Сделайте это завтра. Еще вина, ваше величество?
Добавьте шпионаж в качестве обвинения. Таким образом мы обоснуем нашу атаку, когда все начнется.
Кто-нибудь, плесните ей в лицо воды. Хочу, чтобы она смотрела на меня, когда задаю вопросы.
* * *
Рука целительницы дрожала, когда она наливала еще лекарства в стакан.
Судорога скрутила мое тело. Женщина наклонилась ближе, и я услышала далекий голос. Ее? Мне жаль. У меня нет противоядия. И никогда не было. Но у меня есть другой яд, который могу тебе дать. Он положит конец страданиям. Они никогда не узнают. Кивни, если хочешь, чтобы дала его тебе.
* * *
Смерть ходила по комнате, наблюдая за мной. Нетерпеливо.
Она подошла к кровати и уставилась на меня, ее костлявые пальцы обхватили кроватный столбик, ее взгляд пронзал меня, будто она знал, о чем думаю. Гляди в оба. Продержись еще один день.
Мои плечи дрожали от холода. Всегда думала, что это были мои слова, но они принадлежали ей. Они всегда были ее. Я вспомнила страх, охвативший меня в ту давнюю ночь. Ее шепот. Ее призыв остаться в живых.
Теперь я чувствовала ее страх. Или, может, это был гнев.
Продержись еще один день.
Глава сорок девятая
Джейс
Луна тонкой косой виднелась в небе, дымчато-оранжевая на фоне звезд. Жатвенная луна. Света было недостаточно, чтобы разглядеть нас. Мы
