руки, повели прочь из зала. Бони еще крепче сжала мою ладонь, и я ее тоже.
Спустя где-то минут пятнадцать, я стояла в огромной белоснежной комнате. Здесь располагались два мраморных бассейна, по искусственному водопаду которого бежала небесно-голубая вода. В комнате помимо меня и Бони присутствовали еще шесть девушек. Они подошли к нам и начали молча раздевать. Я опешила.
«Не бойся, Рыжик, они тебя сейчас разденут, помоют, оденут…»
– Но я и сама могу, – попыталась, сама снять одежду, но девушки тут же закричали и замотали головами. Боги, как же это стыдно… Девушки раздели нас с Бони догола и посадили в воду. Бони посадили в один бассейн, меня – в другой. На удивление, вода была теплая и такая успокаивающая, что тело вмиг расслабилось. Затем девушки что-то между собой начали перешептываться, а затем, капнули в воду какое-то масло. После этого вода стала пахнуть… я даже не знаю чем. Чем-то сладким, но в то же время и свежим. И вдруг я почувствовала, что с моей шеи пытаются снять цепочку Черепа. Я тут же вскочила и замотала головой. Меня прожгли недовольным взглядом. Но кулон сверкнул яркой искрой и возле меня запарил Череп. Комната тут же заполнилась женскими визгами. Череп, не растеряв спокойствия, что-то объяснил им на йирийском, после чего девушки намного успокоились.
– Что ты им сказал?
– А тебе какая разница? – хмыкнул тот. – Ты лучше просто расслабься, они все за тебя сделают, – и Череп отлетел в сторону.
После этого вокруг нас с Бони развели бурную деятельность. Я попыталась сопротивляться от мытья, но меня чуть ли не силком прижали к краю бассейна и намылили все тело. Так это еще полбеды. После того, как с меня смыл всю пену, я заметила, что все нежелательные волосы просто исчезли. На мой шокированный взгляд, девушки просто засмеялись. Боги, так стыдно мне еще никогда не было. Моим горящим лицом можно было подогреть воду до кипятка. Но девушек, похоже, это мало волновало.
Покончив с мытьем тела, они принялись за мои волосы. За это время они отросли до плеч. За спиной я услышала недовольное цоканье языком. И в следующее мгновенье мне на волосы налили маслообразную жидкость и стали намыливать голову. Аккуратные, но массирующие движения, полностью меня расслабили. Жидкость эта пахла какими-то цветами, такими сладкими и пьянящими, что не хватает слов описать этот запах. Им просто нужно наслаждаться. Но после того, как смыли всю пеню с моей головы, я почувствовала, что волосы потяжелели. И без малого не завизжала от удивления, когда увидела, как мои рыжие пряди плавали под водой. Я взяла одну прядь и ахнула. Они отросли! Да не просто отросли, а стали длиннее, чем до стрижки. Невероятно…
Покончив с водными процедурами, нас повели одеваться. А вот тут начался хаос. Я молча стерпела расчесывание моих новых рыжих локон. Теперь они доставали мне почти до копчика. Я молча стерпела нанесение макияжа на мое лицо. Одели меня в изумрудного цвета шаровары и такого же цвета лиф. На голову надели диадему с изумрудной фатой. Бони одели почти так же, только на голову фату не надевали, а вместо лифа у нее был топ с разными побрякушками.
Закончив меня одевать, девушки подвели к зеркалу. Увидев себя, чуть сквозь землю не провалилась. Шаровары располагались на бедрах, а лиф почти ничего и не прикрывал, а, наоборот, все только подчеркивал. Я замерла в шоке. Да, это выглядело очень красиво. Но в таком виде я не выйду, ни за какие грехи!
– Я в таком виде не выйду, – тут же прикрыла плечи руками и отошла от сопровождающих.
– А мне нравится! – радостно вскрикнула Бони и закружилась на месте. – Теперь я точно йирийская танцовщица!
Девушки что-то недовольно начали мне объяснять, попытали взять меня за руки и вытянуть куда-то. Похоже, мои крики и сопротивления бесполезны. Я, кое-как вырвавшись из цепких рук сопровождающих, выбежала прочь из комнаты. Толпа тут же побежала за мной, что-то недовольно крича мне в след. Но мне было все равно, лишь бы спрятаться от этих… этих…!
Но как только свернула за очередной угол, тут же во что-то впечаталась.
– Ой, простите, – потирая нос, извинилась я и подняла глаза. Боги, вы издеваетесь?? Я забыла, как дышать. Потому что тот, в кого впечаталась был Блэйк. Надет на нем был… по-моему, это называется бишт – длинный плащ без рукавов, кремового цвета с золотыми узорами. Такого же цвета были на нем и штаны. Щеки вмиг начали наливаться краской, когда увидела его обнаженную грудь. Но из транса вывело меня удивленное:
– Илис?.. – В глазах дракона читалось недоумение, сменившееся удивлением, а затем… восторгом. Сердце ускорило свой темп и готово было выпрыгнуть из груди. Я еще ни разу не видела, чтобы на меня смотрели… вот так…
– Блэйк! – раздался голос Ивара позади дракона. Блэйк нервно дернулся и, мне показалось, его глаза гневно вспыхнули?..
– Мы услышали женские крики и прибежали сюда, – произнес Гайяс и удивленно посмотрел на меня, затем на Блэйка. – Оу, мы вам не помешали?
– Илис! Ты куда так быстро убежала?? – обижено произнесла Бони. – О, Блэйк, и ты тут! – И позади себя я услышала женские голоса и топот ног. Как только девушки столпились позади меня, они тут же поклонились.
– Простите, что заставила вас поволноваться, – извиняющимся тоном произнесла я и взяла Бони на руки. – Но я не хочу так выглядеть… Это слишком… откровенно для меня…
– Хах, так вот в чем дело, – улыбнулся советник. – Не переживайте, я попытаюсь найти какую-нибудь рубаху для вас. – И после этого советник обратился к девушкам на йирийском, и они тут же испарились. – Прошу проследовать за мной.
И мы молча направились за советником. Я украдкой подняла на Блэйка взгляд, и дыхание сперло, когда наши взгляды встретились.
«А ты говорила, что ему безразлична», – хмыкнул Череп.
Тут же опустила глаза, пытаясь утихомирить свое сердцебиение.
Некоторое время спустя Гайяс нашел для меня приличную мужскую рубаху, чему была несказанно рада. И только после того, как переоделась, меня направили к шейху Аджару. Точнее, в его покои. По словам советника, именно там располагался болеющий принц Разу.
Дверями в комнату принца служили плотные темно-зеленые шторы. Стража, что стояла на дверях, тут же открыла нам вход. Комната была просторная, с такими же узкими окнами. Повсюду стояли ароматические свечи. А на противоположной стороне стояла кровать с огромным числом подушек. Над софой располагался балдахин из темно-зеленого шелка. Шейх Аджар сидел и с печальным взглядом держал
