Еще в начале осени мне пришлось по делам службы послать своего помощника Н. В. Рощина в Сянган (Гонконг). Пользуясь тем, что наши страны были союзниками, Рощин зашел в резиденцию английской разведки в Сянгане, имевшую глубоко законспирированную и действующую разведсеть, которая, по нашему мнению, не могла ошибиться в прогнозах. Его приняли очень любезно ответственные офицеры разведки и обменялись с ним оценкой обстановки, складывающейся на Дальнем Востоке.
Вернувшись из Сянгана, Н. В. Рощин доложил мне о твердой уверенности англичан, что они ни в коем случае не упустят возможных действий со стороны японцев. Англичане поделились с Рощиным богатыми разведывательными сведениями, полученными ими, несомненно, на паях с американцами.
Будучи уверен в своих выводах, я в то же время подумал: а вдруг я ошибаюсь? Вдруг моя информация, которую я посылал в Москву, что японцы вот-вот выступят на юге, окажется неправдой, что я дезинформирован теми источниками, которыми пользовался?
В ночь с 6 на 7 декабря 1941 г. я заснул лишь на рассвете. Утром едва собрался спуститься в ресторан позавтракать, как ко мне быстро вошел мой помощник по авиации полковник Рыбаков и доложил, что англичане и американцы в срочном порядке покинули Чэнду и уехали в Чунцин.
Этот факт меня сразу насторожил. То благодушие, которое было у них накануне, не могло так быстро исчезнуть. Без каких-либо серьезных причин они не могли столь быстро сорваться из Чэнду и уехать в Чунцин.
Спустившись вниз, я услышал за завтраком тревожные разговоры. Мой переводчик С. П. Андреев быстро раздобыл местные газеты. Экстренные выпуски напечатали сообщение о том, что японские воздушные силы и морской флот без всякого предупреждения напали на американскую военно-морскую базу в Тихом океане Пёрл-Харбор и нанесли сильный удар по судам военно-морского флота, находившимся там. Американский флот понес очень большие потери.
Следующий удар японцы нанесли по английскому флоту в водах Южно-Китайского моря и также добились успеха. Они потопили английский линкор «Принц Уэльский» и линейный крейсер «Рипалс», незадолго до того прибывшие в Сингапур. Японская агрессия на Тихом океане началась.
Причинив огромный ущерб американскому и английскому флотам в первые же дни войны, японцы завоевали господство на море и получили возможность проводить широкие наступательные операции на Филиппинах, в Малайе и Голландской Индии, не опасаясь серьезного противодействия противника.
…Вскоре я получил телеграмму из Москвы, в которой мне предлагалось срочно возвращаться на работу в Чунцин.
Итак, политика «дальневосточного Мюнхена», которую проводили правящие круги западных стран, потерпела окончательный провал. Ее творцам предстояло теперь увязнуть в кровавой схватке с агрессором, которому они до поры до времени потакали за чужой счет. В результате мудрой и дальновидной политики нашей партии и правительства Советский Союз сумел избежать второго фронта на востоке, что уже само по себе было большой победой.
События разворачивались совсем не так, как планировали их западные державы. Получив удар в декабре от японцев, Соединенные Штаты Америки против своей воли неожиданно оказались втянутыми во вторую мировую войну. Если до Пёрл-Харбора Америка старалась, оставаясь вне войны, сохранить свои силы и вела линию на то, чтобы обескровить и ослабить как фашистскую Германию, так и Советский Союз, то теперь ей пришлось пересматривать свои карты, потому что они были биты всем ходом событий.
Во время подготовки наступления на юг, а также в начале войны на Тихом океане японское командование благодаря разветвленной сети шпионажа неплохо знало состав и дислокацию вооруженных сил своих противников. В то же время японцы умели держать в тайне свои планы, тщательно маскировать переброску и сосредоточение своих ударных соединений. Теперь, по прошествии почти 40 лет, многие тайны стали известны. Состав японских группировок перед броском на юг в настоящее время уточнен до дивизии, до боевого корабля.
К концу 1941 г. японские вооруженные силы насчитывали около 2,5 млн. человек (из них 310 тыс. во флоте). Эти силы были развернуты следующим образом. Квантунская армия имела в своем составе 13 пехотных, 2 танковые дивизии и авиационную группу (560 самолетов). Численность этой армии к осени 1941 г. составляла 700 тыс. человек. Кроме того, две японские пехотные дивизии находились в Корее. В Китае действовали 21 пехотная дивизия, 20 пехотных бригад (всего более 600 тыс. человек). В ударной группе «Южное направление» (Индокитай, о-в Хайнань и южные порты Китая) насчитывалось 11 пехотных дивизий, 3 пехотные бригады общей численностью около 230 тыс. человек, объединившиеся в 4 полевые армии. Всего на юге и в Гавайской операции японцы предполагали использовать 1700 самолетов и 150 боевых кораблей. Основные силы военно-морского флота находились в портах метрополии и в выжидательных районах.
В самой Японии дислоцировалась Объединенная армия численностью свыше 400 тыс. человек: 4 пехотные, 10 учебных дивизий, 11 пехотных бригад и авиационная группа (около 100 боевых самолетов)[59].
Сильными сторонами японских войск были высокий боевой дух, относительно хорошая оперативно-тактическая подготовка личного и офицерского состава, отработанность взаимодействия между сухопутными войсками и флотом, а также между родами войск. В то же время японская армия имела и свои недостатки — невысокую насыщенность сухопутных войск современными огневыми средствами, малочисленность бронетанковых войск (последние не имели оперативных соединений, сами танки были громоздкими, со слабой броневой защитой). Несмотря на принятые энергичные меры по улучшению вооружения и организации бронетанковых войск (их создавали только в Квантунской армии), японские вооруженные силы не могли наверстать упущенное время до конца 1941 г.
Существовавшие противоречия в оценке обстановки и разногласия между США и Великобританией в организации обороны послужили причиной разбросанности их вооруженных сил на широких пространствах и отсутствия единого, согласованного управления войсками. К тому же война в Европе поглощала значительную часть вооружения, производимого в этих странах. Спешное развертывание американской военной промышленности начиная со второй половины 1941 г. хотя и увеличило выпуск боевой техники, однако уровень ее производства с учетом возросшей опасности со стороны Японии пока отставал от потребностей как армии США, так и их союзников.
По стратегическому плану США и Великобритании (план «АБЦ-1»), разработанному еще в марте 1941 г. и подтвержденному в конце того же года, на Дальнем Востоке армия и флот союзников должны были придерживаться оборонительной тактики. Согласно этому плану главной задачей вооруженных сил Великобритании на Дальнем Востоке было удержание английских владений в Юго-Восточной и Южной Азии, особенно военно-морской базы Сингапур, и обеспечение морских коммуникаций на Тихом и Индийском океанах. Соединенные Штаты должны были защищать территории и морские коммуникации союзников на Тихом океане и Дальнем Востоке, оборонять острова Мидуэй, Джонстон, Пальмиру, Самоа и Гуам и оказывать содействие англичанам в обороне так называемого «Малайского барьера».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
