— Оплот моей тайной жизни.
Друзья слегка притихли, оглядываясь по сторонам.
— Это ведь индуистский храм, верно? — зачем-то спросил Рэндалл. Он чувствовал себя неуверенно.
— Резьба великолепна! — заметил Керкленд, пристально осматривая каждое из божеств. — Насколько я понимаю, это домашняя церковь, такая, какая бывает во многих больших домах.
— Только крестов на стенах нет. — Уилл пристально посмотрел на Адама. — Это не такой уж сюрприз, Эш. Ты никогда не делал тайны из своего индийского происхождения.
— Не делал, — согласился Адам, — но я всегда скрывал, насколько оно для меня значимо.
— Поверь нам, — с улыбкой сказал Уилл, — мы знали об этом, но поскольку ты никогда не поднимал эту тему, мы ее тоже не поднимали.
— Уилл, может, и знал. — Керкленд остановился перед статуей танцующего Шивы, восхищенно на нее глядя. — Я не могу сказать, что был столь же проницателен. Но это ничего не меняет. — Он обвел рукой статуи. — Ты был тем, кем ты был. Ты есть то, что ты есть. И я не хочу тебя другого.
Адам почувствовал, как глаза защипало. Должно быть, лампа дымит.
— Я не могу сказать, отчего почувствовал необходимость открыться перед вами. Но потребность была довольно сильной.
— Если честно, — вполне серьезно сказал Уилл, — хотя нас тебе шокировать не удалось, чужие тебе люди могли бы прийти в негодование, узнав, что ты держишь у себя в доме целый пантеон языческих идолов, которые для тебя не являются лишь коллекцией предметов искусства. Твои попечители вбивали тебе в голову, что ты должен стать большим англичанином, чем любой чистокровный англичанин, чтобы быть достойным титула английского герцога.
— Да будут благословенны подрывные методы леди Агнесс, не то нас всех скрутили бы в бараний рог и мы уже не смогли бы быть такими, как есть, — заметил Керкленд.
Верно сказано. Именно благодаря леди Агнес Адам остался верен своему индийскому наследию. Оборвись эта связь, и его рассудок, возможно, не выдержал бы свалившихся на него перемен.
Рэндалл отвернулся от алтаря.
— Не забывай, что человек, который пытается тебя убить, возможно, не имеет иных мотивов, кроме национальной ненависти.
Рэндалл словно вылил на всех ушат холодной воды, вернув к суровой реальности. Друзья, знавшие Адама многие годы, конечно же, относятся к нему с большей терпимостью, чем чужие люди, склонные обличать то, что не в состоянии принять и понять. Он будет хранить свою веру в сердце, не выставляя ее напоказ. Но тайны из этой веры делать больше не будет.
Как бы отреагировала Дженни? Приняла бы его или осудила? Если верно последнее, то она скорее всего потребует расторгнуть помолвку. Надежда взмахнула перед ним крылом. Но, воздавая должное Дженни, Адам был склонен ожидать иного: если первой реакцией ее будет шок, то со временем она скорее всего примет как данность его двойственную природу, так же, как приняли Адама его друзья.
— К вопросу о том человеке, что пытался меня убить. Появилась ли какая-то новая информация? — Адам махнул рукой в сторону стола посреди гостиной. — Мы могли бы поговорить и здесь. У меня и места больше, и запас вина богаче.
— Ты недооцениваешь качество тех бутылок, что мне удалось выпросить у твоего дворецкого. — Рэндалл сел на диван, вытянув перед собой ноги. — Я думаю, разговор потянет на пару бутылок, не больше.
Уорф, неслышно ступая по персидскому ковру, вошел в комнату. Возможно, его разбудили голоса.
— Вам что-нибудь нужно, ваша светлость?
Адам понял, что ужасно проголодался — ужин он проспал.
— Было бы неплохо, если бы сюда принесли холодной закуски. Мясо и сыр, никаких изысков.
Адам вытащил из буфета бутылку с кларетом и открыл ее. Уорф с поклоном удалился на кухню. Какое удовлетворение испытываешь, точно зная, где найти то вино, которого хочется. Он с той же легкостью сейчас мог бы достать бренди, рейнвейн или херес. Герцог Эштон хорошо ориентировался в собственном доме.
Он разлил вино по бокалам. Друзья сели за стол.
— Ну, так есть какая-то информация?
— Нед Шипли — один из рабочих, помогавших монтировать котел на «Энтерпрайзе» в Шотландии, постоянно проживал в Лондоне, — сказал Керкленд. — Если верить моему осведомителю в Глазго, его рекомендовали тебе для работы над этим проектом, поскольку у него имелся опыт обращения с паровыми двигателями. Он был себе на уме и много не болтал, но он знал свое дело и работал усердно. Его не было на судне во время аварии, и после взрыва он куда-то исчез. Возможно, он погиб, но, пока не найдено тело, мертвым его считать рановато.
Адам нахмурился:
— Шипли? Я смутно припоминаю это имя, но ничего определенного сказать о нем не могу.
— Мы ищем его здесь, в Лондоне. Возможно, в Шотландии он нанимался к тебе на работу под вымышленным именем. — Керкленд пригубил вино. — Но у меня есть подробное его описание. На тыльной стороне левой ладони у него татуировка в виде якоря, а на правой — череп.
Адам легко мог представить эти руки с татуировками, но; он не был вполне уверен в том, что на самом деле вспомнил их. Адам узнал о себе еще кое-что: у него было очень живое воображение.
— Вы говорите, его мне рекомендовали. Кто именно?
Друзья озабоченно переглянулись.
— Это не вполне ясно, — ответил Керкленд. — Но вроде бы его рекомендовал тебе Хэл Лоуфорд.
Адам невидящим взглядом уставился в бокал с кларетом. Окончательные выводы делать рано, но он должен был принять как факт то, что Хэл — Боже, его будущий зять и кузен — мог пытаться его убрать. Титул герцога и немалое состояние могли бы многих заставить пойти на преступление.
— Есть ли иные способы выяснить причастность к взрыву Шипли, не спрашивая напрямую ни Шипли, ни Хэла?
Керкленд вздохнул:
— Возможно, иного пути нет. Очевидно, ты упоминал в беседе с кем-нибудь, что рад тому, что Хэл рекомендовал тебе Шипли, но вычислить того, кому именно ты об этом говорил, будет весьма затруднительно. Ты очень помог бы расследованию, если бы сумел вспомнить самый недавний отрезок твоей жизни.
На все воля Божья.
— Рэндалл, ты дал задание Робу искать убийцу?
— Да, но пока ему почти не с чем работать, — ответил Рэндалл. — Он поручил информаторам искать Шипли. И Берка тоже — по просьбе Марии.
Адам прищурился.
— И как обстоят дела с этим?
— Если Берк вернулся в Лондон, узнать о месте его пребывания будет несложно, потому что он скорее всего прятаться не станет. Если его в городе нет, то поиски займут немного больше времени.
Адам подумал о том, как горевала Мария, когда ей сказали, что ее отец мертв. Если Берк ей солгал…
