– Работенка-то ей не по плечу, – беззлобно заметил Хари. – Безусловно, водитель она классный, но Найджел сказал, быстро устает.
– Так она временно. Еще на неделю, если, конечно, никто больше не свалится с гриппом.
Вернулся еще один фургон из Вулвергемптона. Я оставил Харва заканчивать трудовой день и последовал за машиной Нины, которая как раз выезжала из ворот. Через полмили она остановилась, подошла ко мне и предложила поужинать в маленьком ресторанчике, мимо которого она проезжала каждый день. Так что тридцатью минутами позже мы уже парковали машины на стоянке у ресторана, где можно было вкусно и недорого поесть и куда редко заглядывали выпивохи.
Она распустила и причесала волосы и подкрасила губы, так что ужинал я с Ниной, выглядевшей куда моложе и на полпути к оригиналу. Народу было много, крошечные столики тесно составлены. Мы заказали бифштекс с жареным луком, графин домашнего красного вина и сыр на десерт.
– Надоело есть только то, что полезно, – заметила Нина, для которой проблемы веса, судя по всему, не существовало. – А вы голодали в бытность жокеем?
– Жареная рыба и салаты, – кивнул я.
– Возьмите масло, – сказала она с улыбкой, пододвигая ко мне серебряный пакетик с маслом. – Обожаю полуфабрикаты. Дочь меня презирает за это.
– Шоколадный торт? – предложил я, протягивая ей меню.
– Нет, до этого я еще не дошла.
Мы с удовольствием, не торопясь, выпили кофе. Я рассказал ей, что полиция пришла к выводу, что Джоггера убили, так что у меня всего несколько часов, чтобы во всем разобраться, пока они снова не нагрянут.
– Вы несправедливы к полиции, – заметила она.
– Возможно.
– Я согласна, что до разгадки так же далеко, как и вначале.
– Сэнди Смит говорит, – сказал я, – что самое главное – задать правильные вопросы.
– Именно?
– В том-то все и дело.
– Придумайте хоть один, – предложила она улыбаясь.
– Идет, – согласился я. – Что вы думаете об Азизе?
– Что? – удивленно переспросила она. Похоже, я застал ее врасплох.
– Он странный, – заметил я. – Не знаю, каким образом он может быть причиной моих несчастий, но он появился у меня на следующий день после смерти Джоггера, и я взял его вместо Бретта, ” потому что он говорит по-французски и по-арабски и работал в гараже. Но сестра утверждает, что он чересчур умен для водителя, а я привык доверять сестре. Так почему он у меня работает?
Она спросила, откуда сестра знает Азиза, и я рассказал о том дне, когда он перевозил старых лошадей, и о поездке с Лиззи в аэропорт на следующее утро.
– В тот вторник, ночью, меня сбросили с причала в Саутгемптоне. Откуда мне знать, что Азиз не приложил к этому руку?
– Да нет, – запротестовала она. – Уверена, он тут ни при чем.
– Откуда такая уверенность?
– Ну, просто... он такой жизнерадостный.
– И бандиты умеют улыбаться.
– Только не Азиз, – сказала она.
Честно говоря, в глубине души я был согласен с Ниной. Может, он и бродяга, но не бандит. Тем не менее кто-то из моего окружения был бандитом, и я бы очень хотел знать кто.
– Кто убил Джоггера? – спросила она.
– На кого бы вы поставили? – спросил я.
– На Дейва, – сказала она без колебаний. – Он способен на насилие, только скрывает это от вас.
– Да, мне говорили. Но нет, не Дейв. Слишком давно его знаю. – Я и сам слышал сомнение в своем голосе, невзирая на всю мою уверенность. – Дейв не знал о контейнерах под днищами фургонов.
– Можно улыбаться по-мальчишески и быть бандитом.
Несмотря ни на что, я рассмеялся и мне стало почему-то намного легче.
– Полиция разыщет убийцу Джоггера, – сказала Нина, – все ваши беды кончатся, я уеду домой, и на всем можно будет поставить точку.
– Я не хочу, чтобы вы уезжали.
Я произнес эти слова не подумав и удивился не меньше ее. Она задумчиво посмотрела на меня, безусловно понимая, что скрывалось за ними.
– Это у вас от одиночества, – сказала она медленно.
– Мне хорошо одному.
– Верно. Как и мне.
Она допила кофе и решительно вытерла губы салфеткой.
– Пора. – Она встала. – Спасибо за ужин. Я заплатил по счету, и мы пошли к машинам, нашим верным рабочим лошадкам.
– Спокойной ночи, – негромко произнесла она. – До утра. – Она легко забралась в машину. – Спокойной ночи, Фредди.
– Спокойной ночи.
И она уехала, умиротворенная и дружелюбная, не больше. Я не знал, почувствовал ли я облегчение или нет.
* * *
Среди ночи я внезапно проснулся. В голове звучал голос Сэнди: “Надо еще знать правильные вопросы”.
Мне пришел в голову вопрос, который я должен был задать, но не сделал этого. Завтра утром первым делом и задам его.
Завтра утром первым делом меня разбудил телефонный звонок Мэриголд. Терзая мои барабанные перепонки своим оглушительным голосом, она немедленно перешла к делу.
– Не нравится мне твой приятель Петерман. Хотелось бы посоветоваться. Не мог бы ты приехать? Скажем, часиков в девять?
– Угу. – Я с трудом выкарабкивался из глубин сна, пытаясь сообразить, что к чему. – Да, Мэриголд. В девять. Хорошо.
– Ты что, пьян? – спросила она.
– Нет, просто не могу проснуться. В постели, и глаз еще не открывал.
– Так ведь уже семь, – резко заметила она. – Уже полдня прошло.
– Сейчас приеду, – пробормотал я, пытаясь положить трубку на рычаг.
– Хорошо, – услышал я ее голос с некоторого расстояния. – Прекрасно.
Спать хотелось ужасно, так и тянуло снова завалиться в постель. Только сознание того, что я так и не задал самый важный вопрос, заставило меня вылезти из постели и направиться в ванную комнату.
Суббота. Кофе. Кукурузные хлопья.
Все еще плохо соображая, я протопал в хаос моей гостиной и включил компьютер Все работали нормально. Я вызвал на экран те данные о водителях, которые Изабель снова ввела в компьютер Все коротко, сжато: имена, адреса, даты рождения, ближайшие родственники, номера водительских удостоверений, поездки за последнюю неделю, количество часов за рулем.
Были там данные и о Нине: ее адрес и возраст – сорок четыре года.
На девять лет старше меня. Точнее, на восемь с половиной. Я выпил еще чашку горячего кофе и задумался, много ли значит такая разница в возрасте.
