за ней, это неизбежно как прилив. И они придут как прилив, как приходили много раз до этого. Может быть, султан и сможет их остановить, может быть, они не пойдут в этот раз на юг, в Египет, а удовольствуются лишь этими землями, но что от этого местным жителям, на которых падёт гнев бесчисленного монгольского войска?
— Я передумал, — невыразительным глухим голосом внезапно вновь нарушил наступившую тишину эмир. — Я и мои люди сдаёмся в плен. Лично тебе, и рассчитываем на твою милость и защиту, да смилуется над нами Аллах. Я прикажу, и Белый Замок распахнёт ворота перед твоим войском.
На том и договорились. Эмир с остатками своего войска сдался мне, якобы после сокрушительного поражения в битве. Что ещё смогут подумать посторонние люди? К тому же битва действительно была, как и жертвы с обеих сторон. Кто поверит новостям, что под Красной Башней мусульмане и христиане сражались бок о бок с демонами, и лишь с трудом и большими жертвами победили? Тем более что по результатам этой битвы эмир с остатками войска попал христианам в плен и был принужден сдать Белый Замок, оставшийся без защитников. Правда даже мне кажется невероятной.
Мария и Хехехчин убыли в сопровождении туркополов и последнего из братьев-рыцарей ордена Храма в Тортосу. Как сказала мне Избранная, недобро щуря глаза в сторону альвийки, она лично приготовит той мороженое, необходимое для закрытия моего задания. В Красной Башне остался небольшой гарнизон во главе с братом-сержантом, дожидаться возвращения брата Риккардо и следить за окрестностями. Заодно они соберут трупы павших и их вещи. Вместе с ними осталась и часть воинов эмира, тоже для сбора тел и погребения павших. Сам Аль-Хасан ибн Аби принёс мне вассальную присягу, как своему новому сюзерену, и я со своими людьми и следующей за мной тенью Мэрион отправился принимать под свою руку неожиданно упавшее в неё новое владение. Разумеется, вместе с эмиром, дабы сдача Белого Замка прошла без неожиданностей. К тому же мне нужно ознакомиться со своими землями и показаться местным жителям, освободить из рабства христиан, а ещё — забрать заложников, ведь верных людей у меня с собой совсем немного, а значит, охрану новых владений мне придётся доверить самому эмиру и его людям. Забавно, что в определение «верных людей» по умолчанию были отнесены и сирийцы из гарнизона Маргата, хотя и для них я лишь недавно стал сюзереном.
А ночью в мои покои в Белом Замке, где мы остановились на ночёвку, тенью проскользнула альвийка. Я проснулся от её прикосновения, и едва распахнув глаза, услышал шёпот.
— Спокойно, это всего лишь я. Над нами полог молчания, и происходящее в комнате никто не услышит.
— Ты? Что-то случилось?
В рыцарских орденах принято спать одетыми, а не нагими, и при слабом освещении. Так что тыкаться в темноте подобно слепому котёнку мне не пришлось, как и смущаться собственной наготы. Распознав склонившуюся надо мной фигуру, я приподнялся на локте и сел, и лишь тогда обратил внимание на то, что Мэрион не одета. Точнее, на ней одето нечто полупрозрачное, напоминающее ночнушку или лёгкий халат, полураспахнутый на груди.
Альвийка перехватила мой взгляд и довольно усмехнулась. Да уж, ситуация. При побудке по тревоге ведут себя не так.
— Постой. Ты ведь замужняя дама.
— Глупый. Я же говорила, что мой муж пропал без вести в бою. По нашим законам он считается мёртвым, а я — вдовой. Других принципиальных возражений, как я понимаю, у тебя нет? Хорошо. Ты обещал. Жизнь за жизнь, признаёшь?
Я нехотя кивнул.
— Я хочу взыскать этот долг здесь и сейчас. За свою спасённую жизнь ты подаришь другую жизнь, и больше ничего не будешь мне должен. Понимаешь о чём я, или мне объяснить тебе как маленькому? Сделка?
— Я не отказываюсь от своих слов, но ты же говорила, что от союза альва и человека не может быть детей.
— А ещё я говорила, — в ответ на мои движения, альвийка спокойно расстегнула полы своей одежды и она скользнула на пол за её спиной, — что всё зависит от личной силы. А ещё, ты по-прежнему слишком мало знаешь о моём народе и его обычаях. Магия может всё, а мне нужен этот ребёнок.
Она ловко выхватила у меня край одеяла и скользнула в постель, усаживаясь рядом и плотно прижимаясь своим горячим бедром к моему.
— Ты же потеряла свою магию?
— Только на время, и ты не задумывался почему? Я всё учла. Мы были с моим мужем близки не так уж давно. Его семя всё ещё во мне. Твоё — не имеет значения. От тебя нужно лишь согласие и личная сила, — её глаза, казалось, слабо мерцали в полутьме спальни.
— Это план Лунный Свет?
— Не-е-ет, — альвийка довольно усмехнулась, — это целиком мой план, а моя покровительница, скорее всего, рассвирепеет, когда узнает. Наплевать. Если всё получится, то она примет и одобрит мой выбор. У нас, у альвов, более всего ценится результат, а не то, каким путём он был достигнут.
— Но почему ты выбрала меня, а не кого-то из своих соплеменников?
Чужое тело, очень напоминающее на ощупь обычное девичье, в ответ на прикосновение благодарно прижалось ещё теснее, а сама альвийка едва ли не мурлыкнула.
— Личный и расовый ранг родителя важен, но важен и потенциал. Твои достижения, титулы, особенности, таланты, то, чего ты достиг или можешь достичь, — всё это будет взвешено Системой при определении Даров, которые достанутся моему ребёнку. Тебе дано гораздо больше, чем любому из ныне живущих моих соплеменников. Не в плане личной силы, а я имею в виду потенциал. В чём-то он даже больше, чем мой.
— Ты планировала это с самого начала?
Мэрион завозилась, перебираясь ко мне на колени и поудобнее на них устраиваясь.
— Нет. Озарение посетило меня в момент нашей близости в прошлый раз, когда мы обменивались магической энергией при лечении раненых. Кстати, твоя маскировка стала гораздо лучше с тех пор, а ты — сильнее. Не волнуйся, я уже не вижу твоих параметров, но всё ещё могу чувствовать личную силу.
Она закинула свои руки мне за плечи и посмотрела глаза в глаза.
— Помнишь, как мы обменивались энергией в прошлый раз? Я ещё говорила тебе, как важен плотный телесный контакт.
Наверное, я показался девушке недостаточно решительным, так как она решительно дёрнула меня за ухо и, наклонив голову, шепнула:
— Ты боишься гнева Лунный Свет? Не бойся. Если он и падёт, то на меня.
Интерлюдия. Ледяной Трон
Отступление автора:
Слегка изменено начало предыдущей главы
