и добавлена концовка (выделена цветом). Новый эпизод даст моим читателям понимание, что название прошлой главы — «Тёмная сделка» — дано по совершенно другому поводу, никак не связанному с соглашением главного героя с эмиром Белого Замка.
Интерлюдия. Ледяной Трон
И я трублю в свой расколотый рог боевой
Я поднимаю в атаку погибшую рать
И я кричу им — "Вперёд!", я кричу им — "За мной!"
Раз не осталось живых, значит мёртвые — Встать!
(С. Калугин, «Последний воин мёртвой земли»)
Он сидел в медитативной позе лицом к камню для жертвоприношений и размышлял. Инкрустация кровавой яшмы на чёрном влажно блестящем обсидиане создавала иллюзию льющейся с Камня крови, отсекая лишнее и настраивая мысли на нужный лад.
Ледяной воздух приятно холодил свежеобретённое тело, разгорячённое недавней тренировкой и жаром, идущим от чуть перенапряжённых энергоканалов. Одержимому надлежит заботиться о своей оболочке, — как говорится: «в здоровом теле — здоровый дух». Младший бог (по классификации Системы — расовый ранг B) с силой выдохнул, с удовольствием наблюдая облако образовавшегося пара. Всё-таки в обладании материальной оболочкой есть своя прелесть, которую приятно вспомнить после веков, проведённых в бестелесности. Плоть несовершенного существа всего лишь ранга D уязвима, но банши не боялся простудиться. Глаз легко скользил по причудливо извивающимся прожилкам инкрустации на чёрном фоне обсидианового жертвенника. Пожелав, в них иногда можно было разглядеть осмысленные картины, но чаще они оставались всего лишь красивыми абстрактными узорами. От Камня шёл устойчивый и ровный поток холодной успокаивающей разум силы. Помимо прочего, он служил ещё и мощным инструментом при проведении магических обрядов и ритуалов, в частности — немного усиливал интеллектуальные способности медитирующего, помогая в принятии сложных решений.
За пределами защитного круга рядами лежали покрытые изморозью тела. Тысячи и тысячи тёмных эльфов, — далёкие стены зала, подпираемого покрытыми льдом массивными колоннами, тонули во мраке. Мужчины, женщины, дети… Он, как Хранитель Рода, не пожелал ничего здесь менять. Когда-то это место было убежищем, одним из сотен других, рассеянных по всему миру. Но лишь в этом когда-то родился Он. На далёкой отсюда поверхности планеты ещё кипела, мучительно угасая, проигранная битва, а здесь те, кого не имело смысла использовать в бою, приносили себя в жертву, — матери сами убивали своих детей. Отчаянная и безнадёжная попытка уже не победить, но хотя бы отомстить. Они умерли, а Он родился. Это не было запланировано, ритуал не предусматривал рождения Бога. Злая насмешка судьбы, выразившаяся в событии исключительной редкости — рождении Хранителя. Хранителя, которому уже некого было оберегать.
Итак, Он вновь пробудился. Что дальше?
Продолжать бессмысленное и давно наскучившее существование? Почему бы и нет? До сих пор Его это вполне устраивало. Доставшаяся при рождении Искра Хаоса надёжно защищает от взора самонадеянных Пророков миров Порядка, и объявившаяся во владениях банши альвийская богиня третьего уровня никого не найдёт. Его искали и не такие. Некоторые полагают, что тлеть как гнилушка тысячи лет лучше небытия. Большинство подаривших Ему жизнь, в глубине души надеялись выжить, даже если сами не отдавали себе в этом отчёта, уж Он-то знает. И именно эта подспудная надежда и желание жить, пусть и вопреки всему, вели Его даже тогда, когда выцвели и потеряли смысл все остальные желания и чувства. Века жестоких сражений, в которых Он не жалел ни себя, ни врагов, достигнув невероятных успехов в постижении аспекта Смерти, неожиданно не прервали Его существование в очередном бою, а принесли высший — десятый — уровень, за которым должно было последовать перерождение в Старшего бога и возможность что-то изменить в своей судьбе. Но этого не произошло. В Его расчёты где-то закралась ошибка, какие-то обязательные условия не были соблюдены, и Он «застрял» на своём уровне и ранге.
Просить совета или помощи было не у кого. Друзей у Него не было, а пленники сами не знали ответа. Бросить личный вызов какому-нибудь Старшему богу? Есть куда более простые способы умереть, — разница в силах между ними слишком велика. В теории, при большом везении Он мог бы убить неопытного, слабого и беспечного Старшего внезапной атакой из засады. Но Старшие боги первого уровня не атакуют чужие миры лично, а к более могущественным с Силой приходит и жизненный опыт. Атаковать такого — бессмысленное самоубийство. Он и выжил-то первые века после своего рождения лишь потому, что о Его существовании долгое время никто просто не подозревал, а Храмов, в традиционном понимании этого слова, у Него никогда и не было. Заводить — не имело смысла, Храм бесполезен в отсутствие верующих, и лишь потребляет ресурсы, делая бога уязвимым. Вполне возможно, что он «застрял» в своём Восхождении именно поэтому. Но проблему отсутствия верующих решить не в Его силах, — мёртвому не дано породить жизнь. По крайней мере, так принято считать.
Разумеется, Он перепробовал всё. И всё оказалось тщетным. Долгое время Он не желал признать своё поражение, просто не мог поверить, что зашёл в тупик. Остановка в развитии — это смерть, даже в отсутствие сиюминутных опасностей. Рано или поздно найдётся противник, который прервёт Его унылое и ставшее бессмысленным существование. Это попросту неизбежно. А Его народ так и останется неотомщённым. Он всё равно пытался найти решение, что-нибудь придумать, но ничего не получалось и это приводило в бешенство и исступление. Мысль покинуть мир, бросив тот на произвол судьбы, была Им с негодованием отвергнута, так как стала бы ненавистным предательством, бессмысленным к тому же. Именно здесь — источник Его Силы, и оставив это место Он потеряет всё. Просто угаснет, начав деградировать без энергетической подпитки. Хранитель Места не может покинуть свой пост, безнаказанно, по крайней мере.
В попытке погасить сжигающий его изнутри пожар, Он искал и убивал недобитков из числа старых врагов, не сумевших или не пожелавших сбежать из умирающего мира, но и это не помогало. Ярость постепенно угасала, не находя новой пищи, а дух погружался в уныние, пока Он не опустился до торга. Младший бог, пытающийся «договориться» с самим собой, — жалкое зрелище. В ту пору Он создал кучу островков-осколков, которые заселил остатками выживших врагов и призванных существ из иных миров. Как ни странно, определённый смысл в этом безумном решении неожиданно нашёлся, так как эпизодические убийства их беспокойных обитателей позволяли поддерживать в тонусе Его угасающие в бездействии дух и разум. А потом Он смирился. Эмоции угасли, и размышления о собственном поражении уже не вызывали ничего, оставляя спокойным и безучастным. Со временем Он погрузился в отупляющий ступор, напоминающий кошмарный сон, в котором ты шагаешь к краю обрыва, прекрасно понимая последствия, но тебе
