Первая, была просто глупа, с насмешкой думала Анна, - или она не имела достаточного таланта, или не ощущала его в той мере, чтобы понять, что ей следует флиртовать с режиссёрами и продюсерами, а не с агентом спецслужб.
Рита Вагнер, пытавшаяся играть роль влиятельного лица, всегда оказывалась лишь средством в чужих руках. Лучший для неё расклад – составить партию такому, как Лаврецкий. Однако богатые любят своих красивых избранниц скорее как бриллианты в красивой оправе, с чем честолюбивая Рита никогда не смирится. Она слишком горделива для покорности. Её кредо – манипулировать мужчинами, сталкивая их лбами, чем она могла бы нажить в их стане врагов. В лице Византа она уже одного заработала, когда спустила на него столь убийственный компромат.
Сделав подобные выводы, Анна не прочь была позабавиться с их ревностью.
На Византа она смотрела как на выдержанного и смелого воина, попавшего в западню из-за неумения избегать роковых обстоятельств, и быть неразборчивым политиком, но именно этот последний изъян давал ей чувство превосходства над ним и шанс пристегнуть его к себе. К тому же, он красив, хотя и не предаёт этому значения, и без натяжек обаятелен.
В своей мечтательности Анна представляла себе, что если весь мир настроен против него, то он не лишён благородства. И, в конце концов, исхитрился же он до сих пор остаться невредимым, значит, проворства ему не занимать. Лишённый честолюбия, он мог оберегать её от агрессивности внешнего мира, не ища славы из-за её спины и обходясь без интриг, как это принято в её окружении слизняков.
Пока она обдумывала действия по спасению объекта своей страсти в один из скучных долгих дней, охранники внесли в её комнату несколько объёмных коробок, перетянутых лентами, но не так изящно, как это делают упаковщики. Рылись в коробках, но тогда бы уж лучше и не вязали, подумала Анна, встретив навязчивых слуг недовольным взглядом.
- Доставлено с посыльным. Внутри записка. Мы только проверили на предмет взрывчатки и отравляющих веществ.
- Вы поступили как настоящие джентльмены, - ядовито заметила Анна.
Они не торопились оставить её, она окинула их удивлённым взглядом.
- От некоего модельного дома “Мари Лоньер”, - борясь с неуверенностью, объяснил охранник.
- Спасибо. Это моя знакомая, - ответила Анна, понуждая их к тому, чтобы они удалились.
Но они не сдвинулись с места.
- Этот адрес держится в секрете. Вы кому-то его передавали?
- Как? Я под вашим неусыпным контролем. Не пытайтесь делать из мухи слона. Вы выезжаете в посольство, не исключено, что вас выследили, те же папарацци, - Анна сгорала от любопытства и перезревшего желания прорвать изоляцию, что, и сулило ей письмо, а своих тюремщиков она даже не хотела замечать.
- Но ваша знакомая - не папарацци, - не отвязывался охранник.
-Значит, она хотела меня удивить, и возможно, что этот адрес, секрет только для вас.
- Теперь мы вынуждены искать другое место и усилить меры безопасности.
- Это ваша работа. Но только я не в заточении, а безопасность не должна касаться моей личной свободы. И не допускайте грубости в отношении моих друзей, если вы ещё не обращались к ним со своими вопросами.
- Мы пока ни с кем не разговаривали.
- Тогда передайте от меня благодарность.
Двое охранников удалилось с недовольным видом. Прежде чем рассматривать сами подарки, Анна нашла широкий конверт, с сургучной печатью, и тут же вскрыла его. В нём, на бумаге с маркой торгового дома, в готическом шрифте выражалась благодарность за принятие подарков и пожелание удачи. За этим следовал постскриптум, где автор предлагал обратиться к электронной справочной системе по геральдике, если у адресата возникнет интерес к древнему фламандскому роду Визарт (в латинском написании “Visart”, схожим с английским словом “Wizard”, означающим маг, или колдун).
Анна сразу сообразила, что ей предлагают некий код для общения с возлюбленным, чья фамилия напоминала указанное дворянское имя, что её поразило, но ещё больше подкрепляло её желание связаться с ним. Мари тоже была, в какой то степени в общем сговоре, правда, оставалось загадкой, в чём её выгода, или же, она являлась только проводником чужого замысла, вероятнее всего, её друга Воленталя. Хотя, вполне возможно, эту записку сфабриковали и недруги. Вскоре всё выяснится, решила Анна, и вопреки заинтриговавшему её посланию, с не меньшим восторгом увлеклась примеркой платьев, костюмов и блузок.
Через секретаря она отослала благодарственное письмо по факсу Мари Лоньер, устояв перед начальным порывом позвонить лично, предпочитая с некоторого времени держать всех на дистанции, как и положено важным персонам, и обещала появиться в нарядах на ближайшем светском рауте.
Мари сочла, что добилась своей цели.
ГЛАВА 32. КРАТКИЙ БЛЕФ.
Туристический сезон был в разгаре и поэтому Визант предпочёл скрываться на Лазурном побережье среди массового наплыва отдыхающих, долго не задерживаясь в одной квартире или доме. Преодолевая путь на арендованном «Фольксвагене» между двумя маленькими городами, он решил выполнить давно задуманное, и остановился около придорожного телефона автомата, набрав международный номер секретариата директора ФСБ. Сперва, как и полагается, ответил механический женский голос, Александр назвал свою фамилию и попросил связать его лично с Бурановым, на что голос просил уточнить должность или род занятий. Визант назвался агентом и заверил, что директор знает его, так же как и дело с которым он обращается к нему, и поэтому не откажется от разговора.
Какое то время в трубке звучала музыка, Александр же отсчитывал время, за которое могли бы определить его местонахождение, что было бы нежелательно. Затем раздался уже другой женский голос, более заинтересованный и советовал перезвонить ему примерно через полчаса.
Предварительно изучая карту местности, Визант проехал с пару десятков километров, пока не остановился у следующего телефона, где от шоссе расходились две грунтовые дороги сквозь лесистую местность. Если бы полиция, с какой то немыслимой оперативностью, да ещё и по наводке российских спецслужб смогла бы организовать преследование, у него был путь для отхода.
На этот раз ему не пришлось долго ждать. После узнаваемого голоса секретаря, ответил сам Буранов, лишь назвавшись, но дальше ожидал, что ему скажут.
- Отправьте Спирина в отставку, и тогда мне не придётся раскрывать остальные материалы по счетам некоторых крупных чиновников, - выдержанно проговорил Александр.
- Вы блефуете, - ответил директор брезгливо. - А у меня нет доводов, чтобы отправлять кого-то в отставку.
