— Нет, — ответил Серый Человек.
— Нет? — У неё было выражение лица, с которым обычно стреляют в людей... которое, надо сказать, было у неё все время.
— О, не стреляй в него, — попросил Гринмантл. Его пульс стал дергаться. Всё, о чём он мог думать, это о документах в конверте, которые будут выглядеть гораздо правдоподобнее в паре с событиями сегодняшнего вечера. Разве Пайпер не знала, что преступление, как предполагалось, включало в себя кропотливое планирование до и уборку после? Выстрелить не сложно, сложно потом выйти сухим из воды.
— Без перчаток я не буду никуда двигать никакие тела, — сообщил Серый Человек ледяным тоном, демонстрируя, почему он был так хорошо в том, чем занимался. — Я бы и стрелять в него не стал без перчаток. Отпечатки и остатки пороха – дурацкая причина для того, чтобы оказаться в тюрьме.
— Спасибо за совет, — сказала Пайпер. — Моррис? Ты в перчатках. Оттащи того придурка, и двигаем дальше.
— А с ним что? — спросил Моррис, глядя на Серого Человека.
— Свяжи. Мы берём его с собой. Колин, почему ты просто стоишь?
— Вообще-то, — сообщил Гринмантл. — Думаю, я собираюсь откланяться.
— Ты, должно быть, шутишь.
Только он и не собирался шутить, он думал, как бы его не вырвало. Ему нужно было остаться в одиночестве. Ему не стоило уезжать из Бостона. Он должен был жить в Бостоне один. Он почти направился на выход; он как бы хотел быть уверенным, что его прикроют, если она психанёт и решит его тоже пристрелить.
— Я просто хочу... уйти. Не пойми меня неправильно, мне кажется, ты выглядишь просто потрясающе с пистолетом в руках, но...
— Это просто. Так. Типично. Ты всегда говоришь: «Мы сделаем всё вместе, ты и я». А потом кто всегда доделывает, а? Я, пока ты идёшь запускать новые проекты. Отлично. Проваливай. Однако не ожидай, что я побегу вслед за тобой.
Он встретился взглядом с Серым Человеком. Серый Человек был занят процессом связывания за спиной своих рук Моррисом. Эффективно, кабельным хомутом.
Серый Человек взглянул на тело Джесси Диттли и закрыл глаза на секунду. Невероятно, он выглядел рассерженным, так что, выходит, у него всё-таки имелись эмоции.
Гринмантл заколебался.
— Или делай, или сваливай, — рявкнула Пайпер.
— Просто уходите, Колин, — сказал Серый Человек. — Вы бы сэкономили нам обоим массу неприятностей, если бы никогда не приезжали.
Гринмантл воспользовался возможностью, чтобы уйти. Он заблудился, отправившись обратно через поле (он был таким дерьмом в умении выбирать направление), но, оказавшись в машине, знал, куда ехать. Прочь. Куда угодно подальше отсюда.
Глава 46
Блу Сарджент была напугана.
Есть много хороших слов, противоположных «напугана». Ненапугана, бесстрашна, неоторопелая.
Кто-нибудь может предложить «мужественная» и «храбрая» как противоположности.
Но Блу Сарджент была храброй, потому что была напугана.
Если Персефона могла умереть, то кто угодно мог умереть. Мора могла умереть. Гэнси мог умереть. И не должно быть церемоний или знамений.
Такое могло случиться мгновенно.
Они снова направлялись в Энергетический пузырь. Кайла шла с ними, но не было Мэлори, который всё ещё был недосягаем, не было мистера Грея, который исчез без объяснений, и не было Ноа, который этим утром появился только в виде недолговременного шёпота в ухо Блу.
И снова они подготовили защитную экипировку и шлемы, только на этот раз Адам и Ронан прокладывали путь в яму. Это была идея Адама, быстро поддержанная Ронаном. Энергетический пузырь бы не позволил Адаму умереть из-за сделки, и он бы защитил Ронана по неизвестным причинам.
Было темно. Фары БМВ Ронана и Камаро Гэнси освещали только несколько метров в тумане, поднимающемся от влажного поля за пределами Энергетического пузыря. Казалось невозможным, что это был тот же день, когда умерла Персефона. Почему в некоторых днях содержится так много часов?
Снаружи автомобилей Блу обратилась к Кайле:
— Пожалуйста, останься здесь и побудь с Меттью.
— Ни за что, цыплёнок. Я иду с вами, — сказала Кайла. — Я не позволю тебе сделать это самой.
— Пожалуйста, — снова попросила Блу. — Я буду не одна. И я не переживу, если...
Она не закончила. Она не смогла произнёсти: «Если ты тоже умрёшь».
Кайла положила свои руки по обе стороны головы Блу, приглаживая её неприглаживаемые волосы. Блу знала, что Кайла почувствовала всё, что Блу не могла сказать, но с этим всё было нормально. Слова оказались невозможны.
Кайла изучала глаза Блу. Её пальцы изучали душу Блу.
«Пожалуйста, доверься мне, пожалуйста, останься здесь, пожалуйста, доверься мне, пожалуйста, останься здесь, пожалуйста, не умирай».
Наконец, Кайла сказала:
— Заземление. Я хороша в заземлении. Останусь здесь и заземлю вас.
— Спасибо, — прошептала Блу.
Внутри Энергетического пузыря было туманно и ещё более туманно. Ронан поприветствовал деревья, когда двинулся в омут сумрачного света, который отбрасывал нагреженный фонарик, который он захватил из Барнс. Адам называл его призрачным светильником, что казалось обоснованным.
Ронан почтительно попросил безопасного прохода.
Это напомнило Блу молитву.
Деревья зашелестели в ответ, невидимые листья двигались в ночи.
— Что они говорят? — внезапно спроси Гэнси. — Они только что велели быть внимательными?
Ронан ответил:
— Третий спящий. Они предупредили, чтобы мы не будили его.
Они вошли в пещеру.
На пути вниз по тоннелю перед ямой Гвенллиан пела песню о проявлениях, достойных короля.
Они уходили глубже.
Гвенллиан всё пела, теперь о заданиях, испытаниях и рыцарях-самозванцах. Руки Адама сжимались в кулаки и разжимались в движущихся лучах фонарей.
— Пожалуйста, заткнись, — попросила Блу.
— Мы на месте, — объявил Ронан.
Гвенллиан заткнулась.
Адам присоединился к Ронану на краю пропасти, оба всматривались вниз, будто могли увидеть дно. Свет вокруг них был необычный и золотистый, отбрасываемый не только прожекторами и фонариками, но и призрачным светильником.
Адам пробормотал что-то Ронану. Ронан покачал головой.
— Всё ещё бездонная? — голос Гэнси раздался далеко позади.
Ронан снял с плеча призрачный светильник, где тот висел, словно курьерская сумка, и привязал его к одной из страховочных верёвок.
Блу была напугана больше, чем раньше. Было легче не бояться, когда ты единственная, кто делает страшные вещи.
