вляпавшись. Все-таки сложная местность.
Остальные же сели хорошо и сходу сориентировавшись на местности стали готовить оборонительные позиции. В темпе. Потому что по данным разведки у них было два-три часа до подхода авангардных подразделений поляков.
Минул час.
Комбат мотался по позициям и нервно поглядывал на часы.
Выставленные вперед секреты молчали.
Второй час канул.
Тишина.
Только пот с бойцов ВДВ лил ручьями от активного «шевеления» грунта лопатками.
Командир этого батальона уже сомневаться стал в том, что их правильно скинули. И даже думать о том, что враг пройдет в стороне… как за трещала рация связиста. И тот почти сразу доложил:
— Идут.
— Пусть отходят. Огрызнуться и отходят.
— Есть…
Секунд двадцать спустя донеслись выстрелы. Застучало несколько легких пулеметов короткими очередями. Защелками самозарядные карабины. Заухали егерские.
Им отвечали.
Обычной винтовочной трескотней.
Недолго.
Минуты две — не больше длилась перестрелка. После чего вновь установилась тишина. Батальон же занимал подготовленные позиции. И готовился к бою.
Через четверть часа из-за поворота показались бойцы передовых секретов. Немного «покоцанные». Семерых тащили на импровизированных волокушах, сделанных из плащей. Двое, как выяснилось чуть позже, погибли, но тела их не стали оставлять врагу.
Еще через четверть часа появился передовой дозор поляков.
Конный.
Командир батальона ВДВ аж глаза выпучил, когда этих всадников увидел.
— Откуда они тут?
— А черт их знает? Может крестьян обнесли. Лошаденки то дохлые. Клячи. И кобылы в основном. — ответил его начальник штаба, разглядывая в бинокль гостей.
Так или иначе, но, когда они достигли удобной дистанции, по ним отработало парочка ручных пулеметов. Прокрутив им по пулеметной ленте — и покрошив 7,92-мм пулями как всадников, так и «копытных» под ними.
После чего пулеметчики отошли со своих позиций на новые. Мало ли от опушки их «спалили»?
Дальше поляки предприняли несколько попыток провести разведку боем. Но каждый раз очень неприятно заканчивающуюся. То нарвутся на мощный фланкирующий огонь из пулеметов. То получат беглый обстрел из самозарядных карабинов накоротке сразу широким фронтом. Словно этаким шквалом.
То еще чего.
Причем каждый раз — бойцы оставляли выявленную позицию и отходили на новые. Благо, что тяп-ляп укрытий легких они сумели соорудить несколько рубежей.
И действовали не разом батальоном, а подразделениями. Чтобы вскрываться не целиком. В чем очень способствовала радиосвязь. В этом батальоне она была даже на уровне взвода. Пусть и не дальнобойная, но была.
Так до вечера и проигрались.
После чего поляки остановились, начав накапливаться для решительного удара. А бойцы ВДВ, установив противопехотные мины, отошли километров на десять по дороге.
Да, уставшие.
Но сказывалась тренированность и… определенная химия, которая позволяла поддерживать тонус за счет внутренних резервов организма. Хорошо надо сказать откормленных.
Более того, отойдя на новые позиции, бойцы их сумели немного укрепить. И даже поспать несколько часов прежде чем начали взрываться мины.
Очень неприятный фактор.
Фрунзе выделил ВДВ несколько контейнеров с перспективными противопехотными минами: как «лягушками», так и направленными «экранами». Из-за чего темпы продвижения поляков РЕЗКО замедлились. Они очень осторожно продвигались, буквально просачиваясь по проверенным тропинками.
Что, в свою очередь, выиграло время бойцам ВДВ на отдых и обустройство позиций. Военно-транспортная же авиация, которая их поддерживала, скинула запасы продовольствия, медикаментов, боеприпасов и… еще партию мин. Позволяя надеяться на то, что довольно крупная толпа неприятеля будет топтаться на месте из-за «зубастого клопа», попавшегося ей на пути…
Тем временем на территории бывшей УССР территориальные да легкие части почти повсеместно вышли к Днепру. На всем его протяжении. Вытеснив или разгромив все банды, которыми руководители украинской компартии наводнили левобережную Украину.
На левом берегу напротив Киева расположился 3-ий корпус постоянной готовности. И открыто готовился к переправе. То есть, строил плоты и собирали лодки. Мостов то через Днепр не имелось. Созданный еще до революции Петровский железнодорожный мост был разрушен в Гражданскую. И так не восстановлен. А наведенный понтонный мост благоразумно разобрали местные. Да и паромная переправа не действовала. Так что, без большого количества плав-средств, перебраться на ту сторону не получиться.
Начал он готовиться накануне.
И националисты попытались помешать корпусу. Начав артиллерийский обстрел берега. Но в завязавшейся артиллерийской дуэли победила… авиация. Просто налетели Р-1МБ и разбомбили к чертям собачьим укрывшийся в складках местности орудия неприятеля. Что разом навело порядок на берегу.
Этот подошедший 3-ий корпус был свежий и полон сил. Так как прошел сюда практически без боев. Одного факта его приближения хватало, чтобы банды разбегались. Местные же очаги сопротивления националистов удавалось давить быстро и почти что бескровно. Просто смешивая с землей артиллерией или авиацией.
Так вот — руководство бывшей УССР, впечатленное польской кампанией, не питало иллюзий относительно своих возможностей.
Польша — все.
Даже дураку было понятно — ее разгромили в пух и прах. Особенно после начала бегства Пилсудского из Варшавы.
Да, какие-то очаги сопротивления еще долго будут дергаться, но в целом — как единая военная и политико-административная единица — все. А значит руководство СССР сможет сосредоточить на украинском направлении большие части задействованных в Польше войск. Включая те самые 8 БТГ так бодро показавшие себя в этой кампании. Ну и авиацию. Основную ее массу, так как до сего момента здесь, на юге, она оперировала по остаточному принципу.
При этом с запада наступал добровольческий корпус РККА — бывшие белогвардейцы. Более того — почти на треть состоящий из офицеров и унтеров. Да, они были плохо вооружены. Но пренебрегать ими было смертельно опасно. Они все прошли и Мировую войну, хотя бы ее часть, и Гражданскую. А кое-кто еще и в Русско-Японской сумел поучаствовать. Матерые волки.
И сопротивляться им было нечем. После того, как в первые дни войны авиация РККА уничтожила в эшелонах почти весь личный состав лояльных Киеву войск. Состоящих из опытных боевиков, до того резвившихся в Польше, и добровольцев-националистов. Они, конечно, пытались набрать новых бойцов, проводя мобилизацию. Но она провалилась.
Им остро не хватало времени для работы с населением.
Они ведь ввязались во всю эту авантюру слишком быстро. Поэтому даже те войска, что удалось поднять по мобилизации в центральных и западных землях бывшей УССР не спешили подчиняться центру. Они, забрав оружие, оставались на местах с целью защиты «своих хуторов» от бандитов. Еще очень свежи были воспоминания о той вольнице, что творилась здесь в годы Гражданской. Поэтому иллюзий люди не питали.
Кое кто, конечно, прибывал под командование Киева.
Но их было ничтожно мало, даже с Западной Украины. Откуда основную массу наиболее упертых и идейных националистов они
