Продолжая ворковать, Лазарь перешел к делу, легким заклинанием лишив пленника голоса. Он не любил, когда ему мешали, а вырубить клиента совсем было нельзя — работать с бодрствующим было куда как проще. И была возможность набрать полезной информации, которая всплывет в его разуме… пока будет, где всплывать.
* * *
…У создания была огромная голова, тоненькая шея, чтобы сломать которую понадобилось бы лишь сомкнуть кольцо из большого и указательного пальца. Тщедушное тельце трепыхалось, но уже как-то вяло.
А это значило только одно — еще один эксперимент не удался. Бросив задумчивый взгляд на груду изломанных тел в углу, Алхимик подумал о том, не могла ли на чистоту эксперимента повлиять бросовость материала, и тут же сам констатировал, что не могла.
Капля первосилы Природы выделилась из образцов легко. То что при этом души вампиров оказались покорежены, ученого не интересовало. Как и то, что под его руками родились настоящие чудовища. Лишенные силы природы, они лишились одновременно и вампирского проклятья. Теперь солнце им было не страшно, так же как и серебро.
Ведомые чувством зверского голода, все чего хотели измененные твари — это убивать.
Алхимика это тоже не интересовало. Даже несмотря на то, что вышедшие из-под его рук твари пожирали своих сородичей…
Сейчас все что его занимало — это неудавшийся эксперимент по приданию форму первостихии.
— Жалкая картина, — Ильяр, сидящий на столе в лаборатории и выступающий одновременно в качестве телохранителя Алхимика и его же подопытного образца, жалостливо покачал головой, жадно глядя на искалеченных кукол.
Алхимик повернулся к вампиру.
— Ты хочешь их?
— О, да! С их помощью можно испортить жизнь не только Неведомым, но и всем вампирам! Получить власть, деньги! Влияние!
Алхимик поморщился:
— Это не интересно, да к тому же слишком неосмотрительно.
Ильяр хмыкнул:
— Что могут тараканы против могущественного тебя?
— Если объединятся — многое. Я однажды недооценил силу клана и прервался в самом разгаре замечательный эксперимент. Поэтому больше я не допущу чтобы мои планы разбились из-за такой глупости.
Ильяр промолчал, но на лице его было написано неподдельное разочарование.
Алхимик, сломав шею неудачному созданию, взглянул на Ильяра снисходительно, как на неразумное дитя:
— Если тебе так хочется поиграть с этим хламом, забирай его и выметайся из лаборатории. С тобой на сегодня все. Впрочем, стой. Если будешь играть где-нибудь в городе, не забудь замести следы и прихвати для меня пару мастеров природы или тени. Я продолжу свои эксперименты.
— Я понял! — Ильяр обрадованно подорвался с места. — Я не подведу.
Спустя мгновение, в лаборатории никого не осталось. Прихватив сломанные игрушки, Ильяр отправился играть на улицы города, а Алхимик к своей Русалочке — отдыхать и раздумывать над тем, где именно в эксперименте он допустил ошибку.
Цель раздумый была проста и понятна. Алхимик хотел получить успешный экземпляр воплощенной стихии.
И будь здесь человек или вампир, он бы сказал Алхимику, что в нем проснулась зависть.
Но на беду или на счастье, а в словаре Алхимика таких слов уже давно не было и их появления не предвиделось.
…Маленький парк в сумерках был не очень популярным местом среди людей. Зато его обожали использовать в качестве своих романтических встреч — вампиры. В основном, молодняк. На аллеях после того, как солнце клонилось к закату, просыпались охранки кланов Тени и Правящих, вызывающих иллюзии и когда страх, когда радость.
Около семидесяти лет назад здесь порезвились два мастера, чтобы отогнать от мест своих встреч досужих людишек. Их идея удалась, хотя они даже не думали о том, что их чары будут не только долго работать, но их еще будут подновлять, и вампиры здесь будут устраивать себе испытания на храбрость.
В этот ласковый вечер в парке были пятеро. Мастер Тени, приглядывающий за своими подопечными. Две девочки из клана Природы и новообращенные близнецы из клана Тени.
Прогуливаясь по дорожкам и общаясь, они дошли до центрального фонтана и удивленно остановились, обнаружив, что место — занято.
На чаше фонтана сидел мужчина. В темно-алом плаще, алых тяжелых ботильонах на высокой платформе, узких черных брюках и белой рубашке с пышным жабо.
Заметив молодняк, он помахал им рукой.
— Привет, деточки! Подходите ближе, не стесняйтесь. Еще ближе, вот так. Достаточно.
Потянув за мысленные поводки, которыми управлял своими новыми игрушками, Ильяр скомандовал:
— Фас!
И искалеченные природники сорвались с места.
Это было страшно. Молодняк даже ничего не успел понять, Ильяр с легкостью ухвативший ментальный контроль над ними, не дал им даже стронуться с места.
Вампирята умерли на месте.
Ильяр потер руками, и прыгнул с фонтана вперед, вихрем промчался по макушкам деревьев и схватил за горло мастера Тени.
— Нет, нет, нет. То что ты уже сюда позвал службы спэшл-реагирования, это хорошо. Но вот самому сбежать тебе не удастся. Ты же не хочешь лишить меня возможности сделать приятный подарок? О нет. Не дергайся. Не надо. Это будет совсем не больно.
Пронзительно алые глаза Ильяра расширились, и несчастному мастеру Тени показалось, что они закрыли собой весь мир, беря его в плен.
Подхватив бессознательную тушку на плечо, Ильяр вернулся к фонтану, где его «зверюшки» уже успели искупаться в пепле вампиров и теперь отмывались в фонтане, радостно и счастливо повизгивая.
Забросив вампира в припаркованный рядом фургончик, Ильяр потер руки.
— Сейчас подождем еще парочку отрядов, посмотрим на вас, малышатки, в действии. А потом пойдет в люди! Думаю, вам и им понравится это знакомство.
Глава 23. Притворись моим бойфрендом
Не сказать, чтобы в парке было очень много народа. Если быть точнее, к тому моменту, как там появились Мистраль, Ната и близнецы, там было очень много трупов.
Деметра согнулась пополам, рухнула на колени, зажимая рот. Объяснения были довольно просты — девушка поймала воспоминание вампира, которого заживо ели, о том, что здесь было. Мучения страдальца оборвала Ната, без преувеличения метнув молнию из глаз.
Ильяр, заметивший появление очень опасного отряда, сплюнул и метнулся куда-то в сторону, а из кустов начали появляться… Что-то. Это были не вампиры, это были не люди. Это нельзя было назвать чем-то средним.
Но это однозначно было опасно.
— Чую, что все нехорошо… — Дем прищурился, возводя прямо на пути… существ стену пламени, сорвавшегося с посоха.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
