Пока не заиграл очередной «медляк», девушки с моим другом были заняты обсуждением всех этих вопросов, а я начал прикидывать, как именно провести остаток сегодняшнего вечера. Ехать в «Каньон» совсем не улыбалось: Николай с Александром опять попрутся в стриптиз, оставив на меня и Стефанию, и Джузеппе, или того хуже, прихватят итальянца к девкам с собой, и что мне потом под утро делать с этой троицей? И завтра днем? Кроме того, я и так сегодня серьезно накосячил, и царственный дед вместе с отцом и дядькой могут всерьез разозлиться на то, что я потащил важных гостей в место «с сомнительной репутацией», а оно мне надо? Необходимо просто до завтрашнего вечера дотерпеть и спокойно вернуться на родную гауптвахту подальше от всех этих сложностей. Решено, надо договариваться с Долгоруким. Предварительно извинившись перед Стефанией и Кристиной, я подошел к университетскому другу, стараясь при этом не смотреть на опять вовсю любезничающего с Шереметьевой итальянского принца:
— Андрей, можно тебя на минутку?
Переговоры с Долгоруким по поводу «Метрополии» не продлились долго, он пообещал мне и подошедшим Николаю с Александром решить вопрос, схватил трубку и принялся кому-то звонить.
— Леха, — обратился ко мне с улыбкой Николай, — ты заметил, что Анька Шереметьева вовсю Джузи глазки строит? А тот и рад стараться.
— И что? — пожал плечами я. — Пусть строит.
Николай прищурился и стал пристально рассматривать мое лицо.
— Думаешь, я один заметил, что ты стараешься не смотреть в сторону этой парочки? Даже сейчас встал к ним спиной?
— Да, мне неприятно это видеть, — признался я, а братья дружно хмыкнули. — Ничего больше. — И попытался перевести разговор на другую тему: — Лучше скажите, как мы завтра Стефанию с Джузеппе развлекать будем? Не по музеям же с ними ходить?
— Можно на природу съездить, — предложил Александр. — Они у себя в Европе такую зиму только на горнолыжных курортах и видят. Переговори с дедом Колей насчет поместья в Жуковке, он тебе явно не откажет. Мне кажется, это будет самым лучшим вариантом, тем более нам там для пикника все приготовят в лучшем виде.
— Точно, — кивнул Николай. — Шашлычки, вино, свежий воздух, заодно и Джузеппе попарим в настоящей русской баньке, он потом всем родичам про эту экзотику расскажет. Только надо и всех наших друзей позвать, и Машу с Варей, веселее будет.
— Отличная идея, — согласился я. — Пусть дед хоть поместьем поучаствует.
Разговаривать с императором решил чуть позже — и так долго тут эти вопросы решал, не дай бог, Стефания заскучает. «Загладить вину» перед француженкой решил сразу же, как вернулся к ним с Кристиной и Александром:
— Девушки, как вы посмотрите на то, чтобы после одиннадцати вечера выдвинуться в клуб к Долгоруким? — поинтересовался я и посмотрел на Гримальди, ища у нее поддержки.
Хоть я и не сомневался, что Бурбон согласится в любом случае, особенно после того ее заявления про нашу с ней поездку на Смоленщину, но решил, что девушке будет приятно, если ее поуговаривают. И Гримальди не подвела:
— Стефания, Алексей предлагает отличный вариант! Вчера мы были в хоть и модном, но простеньком клубе, а у Долгоруких все гламурнее и приличнее.
— Поеду с удовольствием! — как бы согласилась та, глядя на меня. — Надеюсь, гламура и приличий в новом клубе будет не так чтобы много, а то я от этой всей мишуры еще в Париже устала.
«Надо бы братиков попросить, чтобы они пару-тройку размалеванных девиц в откровенных нарядах к нам за стол приволокли или вызвали из «Каньона» несколько стрипок, вот и опадет вся мишура с гламуром, — подумал я. — Уверен, такого в твоем присутствии еще ни один молодой человек себе не позволял». Благоразумно промолчав, я улыбнулся:
— Вот и оценишь, Стефания.
— Договорились, — кивнула она.
Через некоторое время я опять извинился и отошел к Марии, рассказав ей про идею Николая с Александром.
— Пошли к деду, — заявила она. — Если что, настаивай на нашем с Варей присутствии.
— Заметано.
Переговоры с императором, как и ожидалось, надолго не затянулись:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Сегодня же отдам распоряжения, завтра к часу дня беседка рядом с полигоном будет в вашем распоряжении, как и весь парк. Для пикника на свежем воздухе тоже все подготовят. Маша, вы с Варей тоже можете поучаствовать. — Она подскочила к деду и поцеловала его в щеку. — Алексей, баня в твоем полном распоряжении, по времени, когда она вам понадобится, сориентируешься сам и дашь знать дворцовым.
— Спасибо, — кивнул я.
— Как у вас там?.. — дед смотрел в сторону малого света.
— Нормально, — пожал плечами я и не удержался от сарказма: — Гостей развлекаем в полном соответствии с полученными инструкциями. После бала поедем в клуб к Долгоруким и продолжим веселить их дальше.
— Ведь можешь, когда захочешь. — Император не «повелся» на провокацию. — Почему же не делаешь все как положено с первого раза?
— Мы не ищем легких путей, — вспомнил я первые строки прочитанного когда-то стихотворения. — Процесс иногда доставляет гораздо больше удовольствия, чем результат.
— Тебе не процесс, внучок, тебе нервы родичам доставляет большое удовольствие мотать, — буркнул дед. — Все, возвращайтесь к гостям.
Процесс приглашения всей нашей компании, Стефании с Джузеппе и курсантов в Жуковку не занял у нас с Машей много времени, а для меня еще и омрачился присутствием при этом находящейся в хорошем настроении Ани Шереметьевой, обратившей на меня внимание только из вежливости. Я даже глянул ее, пытаясь выяснить, не играет ли, и убедился, что эмоции у нее натуральные. Головой я понимал, что девушка имеет полное право на подобное поведение, но все равно было обидно и досадно! Что же касается Джузеппе, то без раздражения я на него смотреть не мог, хотя той же головой понимал, что он тут совершенно ни при чем…
* * *
— Вот это да! — протянул Татищев. — Нас пригласили в саму Жуковку! У меня даже родичи, насколько я помню, там ни разу не были.
— Мои хоть и были, — поддержал его Нарышкин, — но меня с собой не брали.
— Аналогичная ситуация, — кивнул Багратион. — И приглашение-то не простое, а с банькой, где мои родичи точно не бывали.
— И во сколько, интересно, мы с вами в расположение училища после этой баньки заявимся? — поморщился Каранеев. — Я лично не хочу потом на губу залететь, да еще и перед самым Новым годом. Это Алексею Александровичу плевать, его все равно родичи отмажут, а я праздники в казарме отмечать не собираюсь.
— Не хочешь, не приезжай, — отмахнулся Багратион, а остальные закивали. — А я такие приглашения, о которых потом внукам рассказывают, отклонять не собираюсь. Да и с командованием училища, уверен, Романовы вопрос решат, так нас подставлять не станут. А что касается предвзятого отношения к Алексею, ты бы завязывал, дружище. Великий князь вообще на губе живет и под конвоем постоянно ходит, и никто его не отмазывает. Кроме того, на нем с братьями сейчас оба иностранных высочества, а ты тут спокойно стоишь, вино попиваешь и жизнью наслаждаешься. Хочешь с ним местами поменяться? — Каранеев молчал. — А справишься с массой дополнительных обязанностей? Уж мне-то как будущему наследнику рода дед с отцом все нервы этими обязанностями с детства измотали!
— Подтверждаю, — кивнул Нарышкин. — Это только со стороны кажется, что у великих князей жизнь прекрасна и хороша, но это только видимость, а на самом деле… Одни только представительские функции чего только стоят!
— Да понял я! — скривился Каранеев. — Не надо повторяться. Признаю, погорячился. Но с Николаем и Александром все же переговорю, чтоб Романовы не забыли с командованием училища вопрос о нашей задержке решить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Другой разговор! — хлопнул его по плечу Багратион. — А то начал тут опять… на жизнь с пессимизмом смотреть. Радоваться за себя надо, дружище, где ты еще с французской принцессой и итальянским принцем накоротке познакомишься? В месте будущей службы у тебя это точно не получится, разве что во время боевых действий на территории Европы.
