застать ее голой.
— В самом деле, какого черта ты все еще девственница, детка?
— Эй! — Она тут же замоталась полотенцем и обернулась на голос.
Шестерка сидел на матрасе и курил воображаемый косяк.
— Что? — Он постучал пальцем по виску. — Я у тебя в голове, Чесси. Ты сама решила, что я появлюсь именно сейчас.
— Тогда я решаю, чтобы ты свалил прямо сейчас!
Рэд исчез, чтобы снова появиться верхом на холодильнике, стоило Чес нагнуться за чистыми шмотками.
— Давно пора кого-нибудь трахнуть, подруга.
— Да бля…
— Или попроси у парней. Крис, например, опытный малый…
— Завали. Сейчас же.
— Серьезно, малыш! — Рэд развел руками, разбрызгивая воображаемое мороженое. — Мне надоело на репите смотреть твои порно-фантазии о Квинте.
Подскочив на месте, Чес яростно взвизгнула:
— Вот сейчас ты точно должен заткнуться! У меня нет никаких… — Рэд улыбнулся и снова постучал пальцем по виску. — Бля…
Эдриан вернулся через полчаса с пакетом уличной еды, еще одним матрасом и шторкой для душа — белой в красное сердечко. Прелесть-то какая…
— Что? — Эдди проследил за ее взглядом. — Другой не было.
— А-а-а… а то я подумала, тебя подменили.
Он бросил покупки на пол, пакет с едой поставил на импровизированный стол — несколько плотно сложенных друг к другу военных ящиков дном вверх.
— Удивительно, но даже в Подземье есть твое любимое веганское ничто.
Чес азартно заурчала, воображая себя голодной кошкой. Они стали есть. В напряженной тишине, слушая только гул неспящего города за стеной — отголоски музыки, голосов, электричества. Рядом с их новым домом гудела старая неоновая вывеска над магазином всякой технической чуши для нетволкеров. Кажется, ее держал кореш Криса.
Мысли вернулись к недавнему — побег, преследование, брошенная хата Рэда. Шестерка бы сказал, что такова жизнь «Тайгасу» — вечный бег, жизнь на дне, риск сдохнуть, растущий с каждым днем. Чес нравился этот бег, когда у нее ничего не было. У нее и сейчас почти ничего не было, но вот чердак… Чердак было ужасно жалко. Больше, чем пентхаус и квартирку в Бетельгейзе. А еще дурацкие мысли, эти разумные логичные мысли, слишком разумные для нее, слишком не подходящие беспечной тигрице, живущей одним днем.
— Эдди… — Ей хотелось озвучить их, хотелось сбросить на чужие плечи.
— Что?
Как маленькая…
— А, забей…
От его внимательного взгляда хотелось отвернуться.
— Говори, Чес.
Она вздохнула и очень постаралась, чтобы вопрос не звучал вслух так же беспомощно, как в голове.
— Что нам теперь делать?
Квинт задумчиво помолчал, копаясь палочками в коробочке с лапшой.
— Стать сильней. От нас так просто не отстанут, рано или поздно придется драться.
— То есть… мы будем, как… — Чес неуверенно улыбнулась, — супергерои-отступники? Вдвоем против всех и все такое?
Эдди усмехнулся.
— Ох, Чес… Конечно, нам нужны союзники. Вдвоем мы не одолеем ни мою команду, ни… «Аллегро». Здесь мы в относительной безопасности, но после смерти Такахаси здешние банды скорее всего лишились всех привилегий неприкосновенности. Пока есть передышка, нам нужно срочно нарастить мощь.
Нарастить мощь? Ого!
— Ты о чем? — Чес аж привстала на стуле. — Собрать армию?
— Хотя бы отряд бойцов, с кем будет проще противостоять штурмовой группе. Или группам.
Ох…
— Ну… у нас есть «Тайгасу»… бойцы из них, конечно, так себе… хотя стрелять они умеют! Кажется…
Квинт указал на нее палочками.
— Против нас будут профессиональные бойцы. Не сомневаюсь, твои тигры — умелые парни по части взлома компьютерных систем. Но захотят ли они вообще встревать в такой головняк?
Хороший вопрос. Вечно он задает такие вопросы… Захотелось снова стать Алисой и ни о чем не париться, но, почему-то, не получалось. Нужна была… ярость? Боль? Жажда мести? Но сейчас была только досада.
— Не знаю… но мы вроде как стали частью их семьи. — Она неловко улыбнулась. — Разве можно бросить в беде такую милашку, как я?
Квинт наклонился ближе и очень серьезно посмотрел на нее.
— Послушай, это не игра. Я буду рад, если они помогут нам. Но это значит, что мы будем нести ответственность за то, что с ними может произойти. Я хочу, чтобы ты это осознала.
Ну вот опять, ментор… Чес откинулась на спинку стула.
— Вот умеешь ты загрузить… Ладно, понимаю я… А еще! — Она качнулась вперед, чтобы щелкнуть Эдди по лбу. — Нам нужен кэш. Денежки имеют свойства кончаться, знаешь? И «Тайгасу» они тоже нужны. Если мы поможем им с делами, то парни не бросят нас в час нужды. Ну? Круто я придумала, а?
Она довольно улыбнулась, и Эдди улыбнулся в ответ. Надо же, начинает оттаивать Мистер Серьезная Рожа.
— Да, ты умница. Надо узнать, есть ли у них какое-то дело на примете. А еще поучить тебя стрельбе…
— Да! — Чес хлопнула в ладоши. — И бить рожи! И прыгать! Хочу прыгать, как ты!
— Хорошо, научу и этому. Только не жди поблажек, девочка.
Она шутливо нахохлилась:
— Девочка у тебя знаешь где?
— Здесь. — Квинт ткнул ее пальцем в грудь, и Чес рассмеялась.
С этого момента в ее жизни начался форменный Ад. Поначалу, мышцы удивительно хорошо отзывались на тренировки, быстро приходили в тонус, словно бы она занималась этим всегда. Но выносливость… ее и впрямь не хватало. Первые двадцать отжиманий проходили легко, почти играючи. Когда Квинт понял, что она справляется с простыми задачками, повторений стало в два, три раза больше. И тут Чес вспомнила все ругательства, какие знала.
— Я больше не могу-у-у-у…
— Можешь. Работай. Иначе — никаких прыжков и сладкого.
— Пожалуйста-а-а…
— Просишь еще? Окей. Еще двадцать отжиманий сверху в следующем круге.
— Ты чертов Сатана, Квинт!
— Жопу не отклячивай. Это планка, а не поза собаки мордой вниз.
— У-у-у…
Каждое утро они начинали с зарядки, потом завтракали, потом пару часов гуляли по Подземному городу, изучая местность на случай очередного побега. Потом снова тренировки. Обед. И к вечеру Чес так выматывалась, что просто засыпала на огромном матрасе, стоило только упасть на него башкой.
Квинт так рано не ложился. В полусне она слышала, как он ненадолго уходит, потом просыпалась от щелчка электронного замка. Пару раз переговаривался с кем-то по комлинку — возможно с Крисом о новом деле. Иногда он курил испаритель, иногда вскрывал банку пива. Эдди о чем-то постоянно размышлял, и в полубреду Чес воображала, что проникает в его голову и видит там беснующегося на цепи зверя с гладкой багряной кожей и дьявольскими глазами.
На следующий день все повторялось, но с каждым днем становилось легче. Особенно Чес нравилась стрельба и паркур. Разряжать до упора обойму Градина, скакать по стенам, подтягиваться на поручнях, прыгать через канализационные дыры, неизвестно на какую глубину уходящие вниз.
