Она протянула Ребекке оба конверта, и девушка крепче сжала их, боясь, что гладкие прямоугольнички выскользнут из непослушных пальцев.
— Здесь вся история, — продолжала Дорис, — включая тот факт, что после моего звонка Мэри позвонила Чарльзу и назначила ему встречу на этой самой ферме. Чтобы выманить его, она солгала, будто бы и ты, Ребекка, будешь там. Мэри знает, что, пока он жив, тебе всегда будет грозить опасность. У нее револьвер Бена. Из этого оружия она и стреляла той ночью, около бассейна, чтобы отпугнуть Чарльза.
— Так она…
Ребекка облизала неимоверно сухие губы. Голова у нее шла кругом при мысли о матери и о том, что человек, который мог быть ее отцом, и вправду пытался убить ее.
— Значит, Мэри была там, — сказал Джейк. — Вот откуда вы узнали об этом происшествии уже на следующий день.
— Да, она была там. Она позвонила в твой номер, Джейк, чтобы вызвать тебя к бассейну, потому что видела, что Ребекка сидит там одна. Мэри опасалась, что Чарльз устроит новое покушение… и не ошиблась. Все эти годы она старалась убедить Чарльза, что ты, Ребекка, мертва, а потом появились вы двое и начали задавать вопросы. В первый же день Мэри попыталась напугать тебя телефонным звонком с угрозами, но ты оказалась упрямицей — вся в нее.
— 3-змея, — пробормотала Ребекка, едва выдавив из себя это простое слово.
Дорис кивнула.
— Змею подбросила Люсинда. Она училась в одной школе с Мэри. Люсинда же украла голубое платье, потому что Мэри боялась, что я его вспомню. Все эти уловки не сработали. Вы все равно не уехали. Узнав, что вы собираетесь погостить у меня, она рассказала мне все. По дороге на ферму я повторю вам эту историю, но если не успею закончить или со мной что-нибудь случится — остальное в этих письмах.
То и дело прерываясь, чтобы объяснить Джейку дорогу к ферме, Дорис рассказала Ребекке все: как Чарльз изнасиловал Мэри и убил ее мужа, как решил, что Ребекка его дочь и от нее надо избавиться, чтобы не испортить себе репутацию.
Ребекка слушала с ужасом и муторным отвращением. Кошмар, пережитый Мэри Джордан, нечеловеческая жестокость Чарльза, все события, происходившие вокруг нее, покуда она мирно росла в материнской утробе… Воистину, жизнь в доме Паттерсонов была чересчур мирной и светлой, чтобы подготовить ее к встрече с настоящим злом!
— Вот и ферма, — мрачно сказала Дорис. — Или, вернее сказать, то, что от нее осталось после стольких лет. А вот и машина Мэри.
Джейк остановил седан в зарослях сорной травы, окружавшей ветхие руины фермы. Открыв отделение для перчаток, он бережно извлек из кобуры черный, глянцевито блестящий револьвер.
— Оставайтесь здесь, — велел он и выскочил из машины.
Секунду Ребекка сидела в оцепенении, но потом решительно последовала за ним. Она должна увидеть мать, которая любит ее так сильно, что готова пожертвовать ради нее собственной жизнью. А еще она хотела снова встретиться с Чарльзом Мортоном — и выцарапать его блеклые глаза, вцепиться ногтями в бесстыжую физиономию, черт, да просто кастрировать его за то зло, которое он причинил стольким женщинам!
Джейк ожег ее сердитым взглядом.
— Я ведь уже сказала, что не стану выполнять твоих приказов, — напомнила Ребекка.
Жесткая трава хлестала ее по ногам, изрядно затрудняя движение, но девушка решительно шагала вперед и достигла ветхого крыльца фермы почти одновременно с Джейком.
Бок о бок они шагнули в дверной проем.
— О Боже! Вы-то что здесь делаете? — Из дальнего, темного угла прихожей шагнула к ним Мэри. Одну руку она прижимала к горлу, другую — в ней наверняка был револьвер Бена — прятала за спину. Предзакатное солнце, пробиваясь через дыру в потолке, освещало ее белокурые волосы и искаженное страхом лицо. — Уходите немедленно! Дорис, что ты натворила? Чарльз с минуты на минуту будет здесь!
Дорис подошла к ним, осторожно переступая через сломанные доски пола.
— Что я наделала? Привезла к тебе твою дочь. Что же ты стоишь? Подойди к ней, поговори, обними — впервые за двадцать восемь лет…
Мэри попятилась от Дорис, и по щеке ее поползла одинокая слеза.
— Ради Бога, уходите все! Сейчас же, пока он еще не появился!
— Нет, Мэри, мы дождемся его вместе, обратимся к властям за помощью, заставим его заплатить за все злодеяния.
— К властям? — Мэри коротко, нервно рассмеялась. — К каким властям, Дорис? Чарльз держит в своих руках по меньшей мере половину здешней полиции. Фарли Гейтс принадлежит ему душой и телом — с тех пор, как из дела о наркотиках исчезли улики против его сына.
— Фарли ненавидит Чарльза, да и все его ненавидят. Кто-то должен первым сказать вслух правду о Чарльзе Мортоне, и этим «кем-то» придется стать тебе.
— Да, Фарли ненавидит Чарльза, но он знает, что проклятые улики еще могут выплыть на свет. Даже Люсинда тряслась от страха, помогая мне, потому что Чарльз грозился выслать в Мексику ее двоюродного брата. Фарли не посмеет сказать ни слова. Он будет защищать собственного сына, и кто из нас посмеет его в этом винить? — Мэри быстро, украдкой взглянула на Ребекку и с мольбой обратилась к Джейку: — Если моя дочь тебе хоть сколько-нибудь дорога, увези ее отсюда!
— Только вместе с тобой, — сказала Ребекка, обретя наконец дар речи.
Мэри покачнулась и неуверенно шагнула к ней.
— Ба, как это кстати! Вся семейка в сборе.
Ребекка круто обернулась и увидела, что в проеме двери стоит Чарльз.
Оглушительно прогрохотал выстрел, за ним — еще пять.
Чарльз Мортон зашатался, при каждом новом выстреле дергаясь все сильнее, и рухнул на порог.
Метнувшись к Мэри, Ребекка успела заметить, как та опускает револьвер, и вздохнула с облегчением. Женщина бессильно пошатнулась, и Дорис едва успела поддержать ее.
Сунув пистолет за пояс, Джейк одним прыжком оказался около Чарльза.
— Стой, где стоишь! — раздался повелительный окрик.
Фарли Гейтс с автоматом в руках возник позади Чарльза, который, ко всеобщему изумлению, уже поднимался на ноги.
Джейк застыл на месте и потянулся к пистолету.
— И не думай даже, если тебе жизнь дорога! — посоветовал Чарльз, потирая грудь, и, шагнув вперед, хладнокровно выдернул пистолет из-за пояса Джейка. — Как я уже говорил, вся семейка в сборе — кроме тебя, Дорис, тебя-то вряд ли можно причислить к этому семейству. Разве ты не знаешь, что ублюдок нашей Мэри не имеет к тебе никакого отношения?
— Боже милосердный! — задохнулась Мэри. — Да ты сущий дьявол! Как может выжить человек, в которого всадили шесть пуль?
Чарльз ухмыльнулся.
— Ах, Мэри, Мэри! Неужели ты и вправду думаешь, что я пришел бы сюда, не приняв меры безопасности? И это после того, как ты едва не пристрелила меня возле бассейна? — Он гулко похлопал себя по груди. — Бронежилет, цыпочка. Лучший друг полицейского. Твои пули легли точь-в-точь посередке. Синяк останется изрядный — ну да ничего страшного. Ты всегда была слишком наивна, Мэри. Как в тот день, когда я зачал твою маленькую шлюшку, — Чарльз кивнул на Ребекку. — Я дал ей жизнь и, значит, имею право ее отнять. Чарльз Мортон дал — Чарльз Мортон взял.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
