выжидающе посмотрел на нее, поощряя продолжать. Но она вздохнула и опустила взгляд, заключив: — Ты этого не заслужил?
Лора произнесла это как вопрос. Как будто сама в этом не была уверена.
— Да, — пробормотал я, проводя рукой по щетине и задумчиво пощипывая подбородок. — Может быть.
— В любом случае, не думаю, что Диана там еще работает. Я видела ее всего один раз, и это было так давно.
— Ну да, это обычное дело.
Разговор затих, и я прочистил горло, прежде чем предложить нам обоим выпить. Лора с благодарностью приняла предложение. Затем она спросила, не нужны ли мне деньги, но я отказался. Самое меньшее, что я мог сделать, — это угостить женщину чертовой чашкой кофе за то, что та проделала весь этот путь.
Итак, я сделал заказ и стал ждать, пока Кайли приготовит нам напитки. Мама Билли осталась за столом, и я повернулся от эспрессо-бара, чтобы взглянуть на нее. Чтобы доказать, что все это реально, что она здесь, и мы… что? Возобновление отношений казалось крайностью, но она явно заботилась обо мне, а это должно было что-то значить, не так ли?
Зазвонил телефон, и я вытащил его, чтобы увидеть лицо Рэй, высветившееся на экране. С улыбкой, которую не мог сдержать, я ответил, когда Кайли передала мне два напитка.
— Привет.
— Привет, Мускулистый. Ты сегодня придешь на ужин?
— Эм… не уверен. Я сейчас в «Блэк энд Брюд», и мы как раз сидим за кофе, — признался я.
Я сказал Рэй, что встречаюсь с мамой Билли — Лорой, и она меня очень поддержала, но забыл сказать ей, в какое время мы с ней встретимся.
— О! Прости. Я должна была написать. Я не знала, — быстро ответила Рэй. — Извини.
Ее постоянная потребность извиняться за такие мелочи, как звонок в неподходящий момент, заставляла меня стискивать зубы, понимая, что именно вселило в нее эти неуверенность и страх.
— Все в порядке, — заверил я ее, ставя обе чашки на стол.
Лора пробормотала «Спасибо», а затем с любопытством посмотрела на телефон, зажатый между моим ухом и плечом.
Я спросил Рэй:
— Что ты готовишь?
— Ной очень хотел мясной рулет, так что он сейчас в духовке.
— О, черт. — Я сел на свое место и взял в руки бумажный стаканчик с кофе. — Ты же знаешь, я люблю твой мясной рулет.
Рэй хихикнула, как будто мясной рулет был кодовым словом для чего-то другого.
— Так что, мне оставить тебе немного?
— Да, я приду позже.
— Хорошо. — В ее голосе прозвучала улыбка, и это заставило меня тоже улыбнуться. — У тебя есть ключ?
— Да, мэм, — сказал я, вспомнив о запасном ключе, который Рейн дала мне утром, перед тем как мы оба ушли на работу.
— Хорошо. Увидимся позже. Удачи с мамой твоего друга.
— Спасибо.
Затем Рейн отключилась, а я с улыбкой, которую не мог сдержать, и теплом, охватившим мое бьющееся сердце, убрал телефон. Подняв глаза, увидел, что Лора наблюдает за мной с понимающим блеском в глазах, когда она поднесла свою чашку к губам.
— Извини, — сказал я, показывая на телефон в кармане. — Это была моя девушка.
— Я так и поняла, — игриво подколола Лора меня поверх края чашки. — Она заставляет тебя краснеть.
— Что? — Я потер ладонью щеку. — Нет… это…
— Это мило, — заметила Лора, закончив мое предложение дразнящей ухмылкой.
Затем она вздохнула, подперла подбородок рукой и посмотрела на меня через стол с задумчивым, меланхоличным выражением в глазах. Я не знал, что с этим делать, так же, как не знал, что делать с ее реакцией на кладбище или печальным признанием, которое Лора сделала за несколько минут до этого. Поэтому поерзал на стуле и неловко улыбнулся, прежде чем поднести чашку кофе к губам и сделать большой глоток.
Затем Лора опустила руку на стол и сжав свою чашку, сказала:
— Я помню один случай, много лет назад, когда подвезла Билли к твоим бабушке и дедушке. Твоя мама была Бог знает где. Я смотрела, как вы, мальчики, бежали наверх, в свою комнату, и спросила твою бабушку: «Ты когда-нибудь задумывалась, что с ним будет?» И я… я не знаю, почему спросила. Наверное, это было ужасно, и мне следовало бы держать это при себе, но я всегда волновалась за тебя. И знаю, что твои бабушка и дедушка тоже.
— В любом случае, твоя бабушка ответила: «Пока я рядом, у него будет лучшая чертова жизнь, которую я могу ему дать, и мне остается только надеяться, что этого будет достаточно, чтобы он выжил, когда меня не станет». И я подумала об этом — о том, как она была бы счастлива видеть тебя сейчас, знать, что всего, что они с твоим дедушкой сделали, было действительно достаточно.
Мое горло сжалось от нахлынувших эмоций. Я не ожидал, что Лора сбросит такие эмоциональные бомбы. Не ожидал, что она упомянет бабушку и дедушку. Боже, о своей матери я мог говорить вечно, не проронив ни слезинки, но стоило затронуть бабушку и дедушку, и я легко превращался в плачущего ребенка. Но потом ей пришло в голову упомянуть, что они гордились бы мной сейчас, после всего…
Черт, это было смешно, честно говоря.
— Я не… — Я прочистил горло и покачал головой. — Не думаю, что они были бы слишком высокого мнения обо мне. Лично я…
— Нет, — покачала головой Лора, сохраняя мягкость во взгляде. — Да, были совершены ужасные ошибки, но ты никогда не был потерян для них, Солджер, и это главное. Именно это сделало тебя тем, кто ты есть сегодня; именно поэтому ты сейчас там, где ты есть. Ты говорил, что это удача, но нет, здесь нет ничего удачного. Все зависит от тебя, от твоего доброго сердца и души, и не более того. И это… это были твои бабушка и дедушка, и этого явно было достаточно. Даже больше, чем достаточно. Они бы гордились тобой, и я тоже.
* * *
— Важно помнить, — начала Лора, поднося ко рту яблочный
