-- Я должен буду пойти с тобой в трактир?
-- Ну, а тебе разве не интересно? Насколько я могу судить по его физиономии, -- сообщил Абу, сияя, -- это самый настоящий портовой кабак, в котором собираются моряки со всей Харрод от истока до побережья. Баек наслушаешься... ого-го!
Подумав, Острон кивнул:
-- Ну да, звучит заманчиво...
-- А пока можем побродить по городу, -- предложил кузнец. -- До заката полно времени. Или у тебя были свои планы?
-- Нет, нет, -- уныло покачал головой Острон, вспомнив о состязании по стрельбе из лука, спонтанно проводившемся во дворе.
***
Они пришли к назначенному месту, -- откуда Абу узнал, где оно находится, для Острона осталось тайной, -- в момент, когда солнце только коснулось горизонта. Трактир "Морская дева" (соответствующая вывеска была криво намалевана на висевшем над входом полотне) представлял собой приземистое длинное здание, из которого доносился гомон и хохот; иногда среди человеческих голосов можно было различить звуки барбета.
-- Подождем, -- сказал Абу и прислонился спиной ко стволу толстого дерева. Острон встал рядом.
-- Он опаздывает?
-- Скорее всего, нарочно еле плетется от порта, -- рассмеялся кузнец. -- Нахуде, с которым хотят заключить сделку, не пристало приходить на встречу первым. Чем сильнее он опоздает, тем выше его самомнение.
-- ...О, -- пробормотал Острон. -- Почему мне кажется, что он придет, когда над нашими головами будет вовсю светить луна?
-- С другой стороны, мы можем заглянуть в этот самый кабак и заключить договор с другим нахудой, который окажется там, -- подмигнул Абу. -- Дагман тоже заинтересован в сделке, герой. Он же не задаром будет нам поставлять то, что мне нужно.
-- Но ты ведь сказал, что только Дагман...
-- Т-с-с, и не вздумай ему об этом проболтаться!
Острон озадаченно пожал плечами. Они так стояли до тех пор, пока солнце не погрузилось в Харрод наполовину: потом Острон углядел фигуру нахуды, неспешно шедшего по улице.
-- Абу, он пришел, -- взволнованно сказал парень. Кузнец лишь пожал плечами.
-- Еще бы он не пришел. Так вот, герой, насчет моего предложения к нему ты молчишь, ясно тебе? Если спросит о войне или твоем Даре -- там, понятно, другое дело. Заливай, что захочешь, хоть про то, как ты маридов в капусту рубил в Хафире.
-- Но я не...
-- Не забывай, что ты должен произвести на него впечатление. Для того я тебя с собой и взял!
Острон вздохнул; тем временем Дагман уже подошел к ним и приветственно поднял руку. Платок на его голове был по-прежнему лихо завязан на затылке, и из-под него на плечо свисал длинный хвост.
В трактире было накурено так, что дым стоял коромыслом; в полутьме, посреди этого дыма скользили неясные фигуры, в некоторых Острон различил женщин, разносивших пиалы на подносах. Сердце екнуло: это был точь-в-точь трактир из сказок, какие ему рассказывали в детстве! В таких трактирах герои сказок обычно начинают свои приключения или встречают других героев. Быть может, он, Острон, здесь встретит Одаренного маарри, например?
Одна из женщин проводила их за низкий столик, где Дагман и Абу уселись друг напротив друга, скрестив ноги, на пушистый, хоть и не самый чистый ковер. Острон осторожно устроился рядом с кузнецом.
-- Бутыль арака, дорогуша, -- сказал Дагман, ухмыляясь, -- и три пиалы.
Женщина улыбнулась ему и убежала. Смуглое лицо нахуды приняло выражение, совсем как у объевшегося сметаны кота; Абу сиял своей солнечной улыбкой в ответ, но какое-то смутное чувство подсказало Острону, что эти двое приготовились к смертельной битве, а вовсе не к дружеской беседе за пиалой верблюжьего молока.
-- Ну что ж, -- лукаво произнес нахуда, -- ты обещал мне рассказать последние новости, Абу Кабил. Признаться, я мало что слышал, вернулся только этой ночью и весь день был страшно занят. Вы уже добрались до старейшин в Эль Кафе, м-м?
-- Говорят, попасть в Эль Каф непросто, -- отвечал Абу. Прибежала та самая женщина, снова улыбнулась Дагману, составляя содержимое своего подноса на стол, игриво поправила прядку волос и убежала. -- Иные путники, ищущие аудиенции у старейшин, ждут неделями.
-- Да, несомненно, -- кивнул Дагман. -- Даже посланники из Набула вынуждены были ждать четыре дня. У оседлых племен, как ты знаешь, не принято торопиться.
Абу Кабил уверенной рукой разлил беловатое содержимое бутылки по пиалам. Острон нервничал: ему, конечно, доводилось слышать об араке, который делают из аниса и перебродившего кокосового молочка, но пить -- никогда; дядя Мансур был противником подобных напитков. Он бы, в общем, обошелся водой из графина, стоявшего на столе с самого начала, но Абу не оставил ему выбора. Ну, подумал Острон, -- если бы он пил воду, когда Абу и Дагман пьют арак, это наверняка произвело бы, м-м, странное впечатление. Совсем не то, какого хотел Абу.
-- Мы не будем спешить, -- ухмыльнулся Абу Кабил и поднял пиалу. -- На самом деле, старейшины приняли нашего предводителя в тот же день.
-- Да-а?
-- Ну конечно, ведь в нашем отряде двое Одаренных.
-- Да ну.
-- Один из них -- вот он, сидит рядом со мной, -- Абу похлопал Острона по плечу; тот чуть не разлил содержимое своей пиалы. -- Выпьем же за то, чтобы огонь Мубаррада сжег дотла всех безумцев в Хафире.
Глядя на то, как Дагман и Абу опрокинули свои пиалы, Острон последовал их примеру и чуть не закашлялся: несмотря на внешнее сходство с молоком, арак обжег горло и оставил анисовый привкус на языке. Ему показалось, что жидкость огнем стекла по глотке, быстро распространилась по телу и осела в ногах, заставив их чувствовать странную, непослушную легкость.
-- Да, -- с деланно-равнодушным лицом протянул Дагман, разливая следующую порцию арака, -- по всему городу гуляют слухи о том, что якобы целый легион Одаренных ночи напролет разводит костры в том районе города, который обычно дальше всех от пересказывающего их. Скажи, парень, -- как твое имя, Острон, если я не путаю?.. -- ты и вправду умеешь вызывать огонь из ниоткуда?
Легкое беспокойство мешалось у него внутри с пламенем, оставленным араком; Острон уставился на полную пиалу и кивнул. Содержимое пиалы вспыхнуло ярко-синим огнем, который взвился почти до потолка, заставив кого-то из посетителей ахнуть.
-- Потуши его скорее, -- прошипел Абу, ткнув Острона в бок. В голове у парня неповоротливо плыли мысли. Потушить? Как?
Он схватился за пиалу, -- она была горячей, но не обжигала, -- и опрокинул ее содержимое в рот. Громко взвизгнула какая-то женщина; Дагман хохотал и хлопал в ладоши, Абу схватился за голову.
Новая порция пламени влилась ему в глотку. Острон недоуменно посмотрел на Абу, потом на Дагмана.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
