– Да. Гарольд появился позже.
– И ты на мгновение задержалась у входа в холл.
– Я бы хотела идти быстрее, но меня как будто парализовало, и я не могла двинуться с места, а Абигайл тянула меня за собой, примерно как тетя сегодня вечером.
Истлин кивнул.
– И ты тогда надела платье такого же цвета.
– Да. - Софи чуть заметно нахмурилась. Выбирая платье для сегодняшнего бала, она вовсе не думала о том вечере в «Олмаксе», где впервые встретила Истлина. И теперь ей пришло в голову, что, возможно, она приняла решение подсознательно.
– Я не старалась специально подбирать наряд, - тихо пролепетала она.
– Должно быть, ты считала, что я веду себя жестоко, делая вид, что мы не встречались прежде.
– Не жестоко, нет, - ответила Софи. - Вначале мне просто не приходило в голову, что ты ничего не помнишь. Я думала, что ты пытаешься щадить мои чувства. Теперь я понимаю, что вела себя глупо.
Истлин взглянул в расстроенное лицо Софи и заговорил:
– Ты сказала, что не стала бы обвинять меня в сознательной жестокости к тебе. А вот я мог бы назвать несколько моментов, когда ты обращалась со мной жестоко.
Софи взглянула на маркиза с выражением полнейшего недоумения.
– Ты сказала мне в саду на Боуден-стрит, что я не вызываю у тебя интереса. Ты сказала, что не пошла бы гулять в парк, если бы знала, что там буду я. И ты проявила непоколебимую твердость, даже когда я пытался соблазнить тебя своим новым ландо.
Смех Софи неожиданно оборвался, когда дверь, ведущая на галерею, снова отворилась, и на пороге появился Нортхем. Он не обратил на Софи никакого внимания, остановив свой взгляд на Исте.
– Она там? - спросил он. Когда Истлин утвердительно кивнул в ответ, Софи показалось, что граф стал держаться менее напряженно. - А ее друг?
– Очень надеюсь, что он тоже там.
Нортхем поблагодарил Истлина, вежливо улыбнулся Софи и стремительно направился к двери в библиотеку.
Софи проследила взглядом за удаляющейся фигурой Hopта, пока он не скрылся за дверью в святая святых французского посла.
– Вора Джентльмена ждет не слишком радушный прием, если он появится здесь.
Ист приподнял рукой подбородок Софи, заставив ее взглянуть ему в глаза.
– Меня не очень-то волнует его судьба. Гораздо больше меня интересует то, что ты сочинила для меня в Кловелли. Ты честно спросила, когда, по моему мнению, мы с тобой познакомились. И когда я ответил, что у леди Стенхоп, ты многозначительно замолчала.
– На самом деле, - сухо заметила Софи, - ты ответил, что это случилось на вечере у леди Стэффорд. Мне пришлось смириться с печальным фактом, что ты не можешь вспомнить точно даже обстоятельства нашей второй встречи. Наверное, во всем виновата моя гордыня, но я просто не смогла себя заставить рассказать тебе о том, другом вечере в «Олмаксе».
– Ты говорила мне, что леди Дансмор призывала тебя быть осмотрительной во время приема у леди Стенхоп.
– Да. Она предостерегала меня, опасаясь, что я вновь начну открыто демонстрировать свои чувства, как на том злополучном балу.
– Но с тех пор прошло так много времени.
Софи пожала плечами.
– Она отлично запомнила тот случай. Да и я тоже.
– Совершенно невозможно, чтобы я забыл его, - вздохнул Ист.
– Должно быть, на том балу я произвела на тебя столь же жалкое впечатление, как и на музыкальном вечере у Стенхоп.
Ист сжал руки Софи в своих ладонях. Она подставила ему губы для поцелуя, и он с готовностью принял ее дар. Они были так поглощены друг другом, что ничего не замечали вокруг. При появлении Норта и Элизабет Истлин приветственно помахал им рукой.
Когда Софи вернулась в зал, леди Гилберт окинула ее оценивающим взглядом, пытаясь найти следы беспорядка в ее одежде.
– Я смотрю, ему удалось не помять вам платье, - сурово заключила пожилая леди. - Весьма похвально с его стороны, но, боюсь, у вас слишком уж довольный вид. Вам нужно последить за своим лицом, дорогая, а то никто не поверит, что вы отлучились, чтобы поправить оторвавшуюся оборку на платье.
– Я не думаю, что кто-то вообще заметил мое отсутствие, - заверила Софи, но тем не менее прислушалась к ворчливому замечанию тетушки и постаралась придать своему лицу выражение вежливой заинтересованности.
То, о чем подумала леди Гилберт, не считалось такой уж редкостью во время светского раута. При желании в резиденции посла можно было обнаружить не одну уединившуюся парочку.
– Ваш дядя уставился на вас, и с ним ваш кузен, - предостерегающе промолвила леди Гилберт, легонько похлопав Софи веером по колену. - Силы небесные! Да не смотрите вы на них! Они будут только рады, если им удастся вас смутить. Никогда не видела таких отвратительных и мерзких типов. Они мне сразу не понравились.
Мечтательное настроение Софи тут же испарилось, когда ей напомнили о том, что по крайней мере два человека из числа приглашенных на бал интересуются ею.
– А леди Дансмор тоже здесь? - спросила она.
– Я не знаю. Я ведь не знакома с ней. Оглядитесь вокруг и поищите ее глазами.
Софи так и сделала, и сразу же ее взгляд остановился на Истлине, беседующем с послом. Софи не позволила себе долго смотреть на него. Она также не стала задерживать взгляд на живописной группе, в центре которой, непринужденно разговаривая, стояли Тремонт с Гарольдом. Софи узнала Хелмсли, члена палаты лордов, известного своими злобными клеветническими нападками на принца-регента, а также лорда Пендрейка, льстеца и подхалима, который в последнее время появлялся исключительно в компании лорда Харта, сейчас отсутствующего. Без своего покровителя он явно чувствовал себя не в своей тарелке и держался довольно скованно. Софи посмотрела по сторонам и заметила лорда Барлоу и Харта, которые как раз прокладывали себе дорогу в толпе, чтобы присоединиться к остальным. Похоже, что эта небольшая группа собралась вместе не случайно. Софи бросило в дрожь при такой мысли. Девушка зябко передернула плечами и заставила себя смотреть в другую сторону.
– Абигайл нигде нет, - оповестила она леди Гилберт, складывая своей веер. - Я надеялась, что она здесь. Если виконтесса дома, значит, у нее плохо со здоровьем.
Леди Гилберт презрительно фыркнула.
– Вы слишком добры к ней, моя дорогая, а ведь она так плохо обращалась с вами.
Софи ничего не ответила. Она знала, что в глубине души леди Дансмор вовсе не злая. Если бы пристрастие к опиуму не подчинило себе ее волю и не затемнило разум, Абигайл вполне могла бы успешно вести хозяйство в доме и, возможно, даже нашла бы мужество противостоять самодурству своего мужа.
Софи снова огляделась и заметила, что Истлин закончил свою беседу с послом и пропал из виду. Девушка подумала, что он ушел, но все оказалось гораздо хуже. Вскоре она заметила маркиза рядом с леди Пауэлл. Он склонился перед ней, приглашая на танец. Софи еле сдерживалась от негодования, но тут она увидела, как сквозь толпу к ней направляется лорд Эдимон, и одарила его чарующей улыбкой.
