Урчание в желудке вернуло меня на землю.
— Не забудь про еду! — крикнула я. Под ноги мне шлепнулась упаковка с пищевыми тюбиками. Поддев носком, я даже не сдвинулась с места, чтобы поднять ее. — Поищите что-нибудь поприличнее, капитан, а не то я гарантирую вам бунт на корабле! Погляди на щедрую природу вокруг нас! Скажи еще, что ты действительно собрался есть эту много раз переработанную размазню!
Морган высунул из люка голову и, оторвавшись от своего тюбика, саркастически предупредил:
— Смотри у меня, чтобы ни крошки, ни капли воды в рот не брала, пока все не будет проверено! И вообще, до заката у нас не будет времени заниматься поисками разносолов. К тому же, — добавил он, и глаза у него ехидно сверкнули, — эта «много раз переработанная размазня» занимает всего одну руку, так что ты вполне можешь продолжить работу, малыш. — И его ухмыляющееся лицо исчезло.
Я подняла упаковку и выпрямилась — и тут же согнулась под обрушившимся на меня ворохом одеял. Сквозь толстую ткань до меня донесся приглушенный смешок Джейсона. Я выдрала из земли клок влажного мха и занесла руку. Ну, пусть он теперь только попробует высунуть голову!
ГЛАВА 21
Экренемский закат меня совершенно поразил. Я не была готова к темноте, которая накрыла нас практически с той же скоростью, как если бы я приказала свету в моей каюте выключиться. Хотя густая тень от растительности над нашими головами должна была бы вызвать у меня такие подозрения.
Я улыбнулась, глядя вверх. Полная тьма царила совсем недолго. Почти сразу же раскрылись большие сияющие белые цветы, свешивающиеся с веток над нашими головами. Мягкий свет их лепестков манил к себе всякую мелкую летучую живность; стоило насекомым оказаться поблизости, как они мгновенно оказывались в плену у усов, почти невидимых в глубокой тени внизу. Кровожадность растений меня огорчила, но восхищение великолепными цветами меньше от этого не стало.
Огонь уже угасал, самые дальние от центра угольки почернели по краям, потихоньку остывая. Я поспешила подбросить дров, испугавшись, что костер потухнет прямо у меня на глазах.
Мне никогда и в голову не приходило, что смотреть на огонь окажется столь занимательно, но сейчас я глядела на его переливчатые цветные языки, пока глазам не стало так жарко и сухо, что пришлось дать им отдых, отвернувшись в прохладную темноту — в колдовскую ночь, озаренную целой плеядой цветов, со всех сторон подступающую к нашему костру.
— Так и будешь сидеть здесь до утра? — поинтересовался Морган с постелью в скатке в руке и одеялами на другом плече. Над головой у него, точно обеспокоенная птичка-мать, парил крошечный портативный светильник.
С наступлением темноты Джейсону пришлось прекратить делать наброски. Он показал мне — хотя и поломался слегка (надеюсь, для виду) — свои рисунки. Большей частью это были мгновенные, сделанные в несколько штрихов зарисовки. Я даже знала, что Морган уже представляет, где развесит их в своей каюте на «Лисе» — если получит его обратно. Единственным исключением был изящный, полупрозрачный стебелек мха, над которым он бился больше часа, прежде чем с удовлетворенным вздохом распрямиться и потянуться всем телом.
Я снова улыбнулась. Теперь этот рисунок находился в моей сумке, хотя Джейсон ничего об этом, разумеется, не знал. Я решила, что сия небольшая кража не помешает мне спать спокойно, если, конечно, сегодняшняя ночь не станет для нас с ним последней.
Я взяла свою постель, но отказалась подняться с уютной моховой кочки.
— Наверное, я не смогу вот так вот лечь, заснуть и пропустить это восхитительное зрелище, — заявила я твердо. — На нашем уровне цивилизации жизнь не так уж часто возвращается к первобытным временам. Огонь против ночных демонов, разум и сила против хищников, рыщущих в темноте… — Я с наслаждением потерла руки.
Морган встряхнул свою скатку и устроился у огня, подальше от капсулы. Он отправил портативный светильник на зарядку, и теперь я едва различала его в темноте — да и то только по блеску белых зубов.
— Давай не будем забывать про защитное поле и систему слежения за живыми организмами, предусмотрительно установленные вашим покорной слугой. Мне не хотелось бы оказаться слишком далеко в прошлом.
Я скептически фыркнула.
— Ну и пожалуйста: Я буду дежурить первой.
Джейсон уже успел зарыться в груду одеял.
— Можешь дежурить хоть всю ночь, если тебе так хочется, Сийра. Я лично считаю, что заслужил отдых, и собираюсь на полную катушку воспользоваться этой возможностью. Спокойной ночи. Только не забудь, что завтра нам придется довольно долго находиться на ногах, если мы хотим найти Гвидо до темноты.
Я подбросила в костер еще одну сухую ветку, и в наступившей тишине треск языков пламени показался мне очень громким.
Хотя я с большим трудом удерживалась, чтобы не клевать носом, но еще долго сидела, зачарованная игрой языков пламени, когда моего сознания вдруг коснулся тихий шепот, словно легкий ветерок приподнял и перевернул сухой лист.
«Сийра».
Я взглянула на неподвижную фигуру Моргана, ожидая увидеть, что он открыл глаза и смотрит на меня. Однако тут же поняла, что это не его голос, и накрепко заперла свой разум.
Я так встревожилась, что пролепетала лишь что-то невнятное, когда попыталась позвать Моргана. Но даже этот слабый порыв сошел на нет, когда передо мной вдруг появилось изображение — фигура женщины из Клана, Раэль — так похожее на живую, что я чуть было не закричала ей, чтобы она не наступила на тлеющие угли.
На этот раз изображение было более материальным, почти ощутимым. Женщина в приветственном жесте протянула мне руки. Я без труда могла различить каждую мельчайшую черточку ее прекрасного лица и написанную на нем радость. И слышать ее голос.
— Сийра! Наконец-то я нашла тебя. Здравствуй, дорогая сестра.
— Нет! — завопила я так, что едва не сорвала голос. Почему Морган не шелохнется? — У меня нет родни в Клане.
Похоже, мои слова ошеломили красавицу.
— Что ты такое говоришь? Что случилось, Сийра, почему ты….
Я встряхнулась, неожиданно страшно разозлившись. Наконец-то можно было без помех излить на кого-то свою злость.
— Что случилось? Может, это мне следует поинтересоваться, что со мной сделали? Да, я все знаю. Я знаю, как ваш Клан пытался манипулировать мной и держать меня под контролем. Так вот, у вас ничего не вышло. Я тебя не боюсь.
О, я еще как ее боялась. Одного взгляда на бесплотную фигуру женщины, стоявшую в центре костра, было достаточно, чтобы у меня по спине забегали мурашки. Но труднее всего было сейчас сдерживать растущую тревогу за Джейсона. Неужели он нас не слышит?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
