Читаем без скачивания Ужас глубин - Карен Трэвисс

Но свое имя он разобрал бы в любой суматохе, так же как и слово «Пелруан». Матьесон пытался освободить «Ворона» и пару отделений солдат. Вместо этого ему ответили гораснийцы.

— Мы полетим туда, — произнес чей-то голос. Это был Яник. — Забирайте нас прямо сейчас и скажите прекрасной герцогине, что мы уже идем.

«Сэм». Наверняка он говорил о ней. Так называли ее гораснийские моряки — duchashka. Значит, в Пелруане дела плохи.

— Что там? — спросил Маркус.

Матьесон ответил:

— Еще один левиафан. Он плавает вокруг Пелруана. Им нужна поддержка.

— Я же тебе говорил, мать твою! — воскликнул Бэрд, обращаясь к Маркусу. — Этих тварей две!

— Три, — поправил его Матьесон. — Их три.

Пелруан, северное побережье Вектеса

— Да, он вернулся. — Сэм опустила бинокль и передала его Ане. — И могу поклясться, что он уже кое-чему научился. Смотрите.

Берни и Росси разделили патроны между солдатами. Кроме автоматов, у них были только пулеметы на двух «Броненосцах», но от тех было мало толку в сражении с мелкими, быстро бегавшими по земле врагами. Берни хотела приберечь пулеметы для левиафана, если тот приблизится на расстояние выстрела. Но сейчас он вел себя осторожно и держался далеко от берега.

— Вот что меня пугает больше всего, — сказал Росси. — Насчет червей мы хотя бы знали, что они обладают разумом. Но эти твари — это же просто животные. Или даже растения, как чертовы стебли. Так что их сюда привлекает? Что им нужно? Они даже не едят нас.

Аня присела на корточки рядом с Берни:

— Как ты считаешь, следует эвакуировать город?

Об этом она должна была спрашивать Росси. Берни попыталась дать дипломатичный ответ:

— Не знаю, что Дрю на этот счет думает, но прежде всего нам нужно помешать этим тварям высадиться на берег, иначе бежать будет просто некуда. Они расползутся по острову, и все. А, Дрю?

Росси не поднимал взгляда от кучи магазинов:

— Надо хотя бы спросить гражданских, хотят ли они уходить. Я уверен, что не хотят, но спросить надо.

Горожане наблюдали за приготовлениями. Только у нескольких из них было огнестрельное оружие, и эти немногие, казалось, ждали приказов. Они привыкли сами заботиться о себе, и, как бы сильно ни страшил их мир, полный червей и Светящихся, они были готовы драться.

Среди них было несколько старых ветеранов из полка герцога Толлена. Берни понимала: она не имеет права говорить им, что они слишком стары для боя. Им было по семьдесят-восемьдесят лет. Конечно, они уже давно потеряли форму, но не разучились обращаться с автоматами. Возможно, они и ее считали старухой.

«По-моему, это называется ирония. Мне, выброшенной на свалку старухе, хочется сказать этой кучке ветеранов, что они никому не нужны. Надеюсь, Вик поймет шутку. И надеюсь, он доживет до того момента, когда я смогу ее рассказать».

— Слышали, кого Матьесон к нам отправляет? — спросила Аня. — Гораснийцев.

— Чтоб их! — Росси медленно покачал головой. — Ну что ж, мэм, вы хотели проявить себя как полевой командир. Вот вам и возможность показать, на что вы способны.

— Я с этим разберусь, — вмешалась Берни. Она чувствовала, что на Аню и так слишком много всего свалилось. Ума и смелости будет недостаточно, чтобы справиться с этой ситуацией, даже если в ней внезапно проснется агрессивный нрав ее матери. — Я с гораснийцами умею ладить. Возможно, потому, что мне в молодости часто приходилось кастрировать домашний скот. Это всегда помогает установить понимание.

— Я слышу «Ворон», — сказала Аня.

Мак подбежал к Берни и ткнулся носом ей в лицо. Либо Уилл Беренц выпустил его на свободу, либо хозяин сам находился где-то поблизости.

— Эй, милый, беги-ка ты домой. С полипами тебе не справиться. Или иди посиди в машине.

Мак лишь взглянул на нее своими печальными, полными недоумения глазами. Берни подозвала к себе одного из рыбаков:

— Отведи его к хозяину или закрой где-нибудь понадежнее, будь добр.

Над линией побережья появился черный силуэт с мелькающими лопастями — «Ворон». Мел Соротки обратился к солдатам по рации:

— Это «КВ Два-Три-Девять», буду на месте через три минуты. Матаки, я поражен: неужели вы не умеете готовить этих тварей?

На лице Ани появилось сосредоточенное, слегка отстраненное выражение, словно она вспоминала лекции по военной теории, слышанные в академии.

— Вас поняла, «Два-Три-Девять». Кроме вас, на борту есть еще кто-нибудь?

— Штрауд, у нас тут целая армия. Эти гораснийцы — крепкие орешки.

— Именно это меня и волнует.

— Все по порядку. Сначала нужно разобраться с новым врагом, а потом уж браться за старых. По крайней мере, я такое слышал.

Один из ветеранов Толлена подошел к Ане и Росси. Несмотря на почтенный возраст, он по-прежнему держался прямо и вполне уверенно обращался с автоматом.

— Мэм… — Он не отдал чести. В его эпоху честь отдавали только в том случае, когда у тебя и у офицера были на голове форменные фуражки. — Я капрал Фредерик Бентен. Мы еще помним, как выполнять приказы.

— А стреляете вы хорошо? — спросила Аня.

— Да, и мы будем стоять до последнего. Потому что бежать и отступать у нас плохо получается.

— Отлично. — В голосе Ани не слышалось и нотки снисходительности. — Мне нужно, чтобы вы образовали цепь позади гораснийцев и, если кто-то проберется мимо них, вы его пристрелили. — Она махнула рукой. — Трое — на мыс, остальные — перед домами, на холме.

— Позади гораснийцев, мэм?

— Если они готовы погибать, защищая этот город, они будут сражаться вместе с нами, под моим командованием, — отрезала она.

Бентен угрюмо кивнул, затем вернулся к друзьям, и Берни наблюдала, как менялось выражение лиц стариков, узнавших эту новость.

— Чтоб вы сдохли! — пробормотала Сэм. — Давайте надеяться, что дисциплина у них окажется сильнее.

Соротки посадил «Ворон», и парень по имени Яник спрыгнул на землю. Подбежав к Сэм, он отвесил изящный поклон:

— Я готов отдать жизнь за вас, duchashka. Однако будем надеяться, что до этого не дойдет.

Сэм слегка улыбнулась одними губами:

— Всегда мечтала о живом щите. И что, это все? Вас только восемь?

— Восемь гораснийцев — это все равно что двадцать ваших солдат или пятьдесят хорошо обученных бродяг. Мы народ экономный. Ничего попусту не тратим.

— Что за бред! — сказала Сэм. — Но все равно спасибо. И еще, обратите внимание на стариков с трезубцами на нашивках — они смотрят на вас так, как будто сожрать хотят, ненавидят со страшной силой. Ваши родители отправляли их товарищей в лагеря смерти. Так что поосторожнее.

Сэм всегда сразу переходила к самой сути. Яник, судя по всему, оценил это. Соротки и Митчелл подошли, чтобы обсудить тактику.

— Левиафан плавает вон там, — сообщил Митчелл. — Когда мы приближаемся, он все время ныряет, но, если хотите, можем обстрелять его на бреющем полете.

— Не забывайте, эта тварь может далеко высовываться из воды. — Аня махнула горожанам, давая знак занять свои позиции. У них не было раций, так что ей пришлось вернуться к методам прошлого века. — Рисковать не надо. Если не получится его потопить, возвращайтесь сюда и помогайте нам.

— Скорее всего, мы его только спровоцируем натрясти еще полипов, — предположил Соротки. — Но хотя бы у нас есть возможность самим выбрать время атаки.

Берни прикоснулась к плечу Ани:

— Я пойду к местным, мэм. Тогда у вас хотя бы будет радиосвязь с ними.

— Отличная мысль, Берни. И еще я думаю, что тебя они будут слушаться больше, чем меня.

Какой позор! Аня была хорошим солдатом. Она обладала всеми необходимыми навыками, но она была хрупкой, хорошенькой, светловолосой девушкой, которая вдобавок выглядела моложе своих лет, и старикам явно было наплевать на то, что она дочь героя войны, — даже если бы они и знали, что ее мать награждена Звездой Эмбри. На их лицах было написано сомнение.

— Ладно, Мел, летите — разворошите улей! — приказала она.

Соротки предстояла нелегкая работа. Митчелл был неплохим пулеметчиком, но они понятия не имели, вырастет ли из воды стебель, если они опустятся слишком низко, или левиафан сцапает их своим могучим щупальцем. «Ворон» кружил над мелководьем. Берни и остальным оставалось только наблюдать. Силуэт Митчелла виднелся в открытой дверце. Затем он открыл огонь, осыпая пулями поверхность воды.

Полетели брызги. Спустя несколько секунд из моря возникло щупальце, как у кальмара, и пронеслось всего в трех метрах от «Ворона». Соротки резко ушел в сторону, набрал высоту, затем вернулся, чтобы Митчелл еще сильнее разозлил чудовище. Митчелл выпустил в левиафана две ленты патронов, и это сработало. Сработало даже слишком хорошо. Щупальце скрылось под водой, и «Ворон» устремился к берегу.