— Почему бы нам не нанять настоящих кучеров? — спросил Кейн, подмигнув.
— Так тебе нравится идея?
— Звучит неплохо, и несколько фургонов стоят все равно меньше, чем тот вагон, что я подарил твоей матери. Кстати, что же она с ним сделала?
Хьюстон улыбнулась ему при свете восходящего солнца.
— Она говорит, что это была твоя идея. Она приказала оттащить его на задний двор и теперь использует его в качестве места для уединения. Я слышала, что мистер Гейтс был так зол, что еле мог говорить.
Солнце осветило небо, и Кейн сказал, что им пора возвращаться домой, пока не началось утреннее движение на дорогах. Весь путь домой Хьюстон сидела, прижавшись к нему, и он несколько раз останавливался, чтобы поцеловать ее. Хьюстон сказала себе, что Фентон не играет никакой роли, и что она будет любить Кейна, что бы он там ни предпринял для осуществления своей мести.
Дома они плескались в большой с золотыми кранами ванне, залив весь пол. Но Кейн справился, застлав пол двадцатью одним пушистым турецким полотенцем. Потом он положил на них Хьюстон и занялся с ней любовью. Служанка Хьюстон, Сьюзен, чуть было не вошла в комнату, но Кейн успел захлопнуть перед ее носом дверь, и они вместе засмеялись, прислушиваясь к тому, как стучат по деревянному полу спальни Хьюстон башмаки девушки, улепетывавшей от них со всех ног.
Потом они спустились вниз и позавтракали с невиданным аппетитом. Миссис Мерчисон покинула кухню и лично прислуживала им, улыбаясь и открыто выражая свой восторг по поводу того, что Кейн и Хьюстон помирились.
— Дети, — сказала она выходя из комнаты. — В этом доме должны появиться дети.
Кейн чуть не подавился своим кофе, с ужасом посмотрев на Хьюстон. Она сделала вид, что не заметила этого, и продолжала улыбаться в свою чашку.
Как раз в ту секунду, когда миссис Мерчисон вносила блюдо с жареным бифштексом, они услышали грохот. Казалось, что пол под ними пошатнулся, и по всему дому прошла дрожь, вызванная какой-то глубокой, дальней, темной силой. Рюмки на столе зазвенели, а сверху послышался звон разбитого стекла.
С криком миссис Мерчисон уронила блюдо.
— Что это, черт подери, было? — спросил Кейн. — Землетрясение?
Хьюстон ничего не ответила. Она только раз в жизни слышала подобный звук, но с тех пор его невозможно было забыть. Она не смотрела ни на Кейна, ни на слуг, которые уже прибежали в столовую, а направилась прямо к телефону и сняла трубку.
— Какая из них? — сказала она в трубку, не подумав даже назвать себя телефонистке.
— «Маленькая Памела», — услышала она, и холодная трубка выскользнула у нее из рук.
— Хьюстон! — заорал Кейн ей в лицо, хватая за плечи. — И не подумай здесь мне падать в обморок. Это была шахта?
Хьюстон не думала, что у нее хватит сил говорить. Ее горло сжимал ужас. Почему это произошло с моей шахтой, крутилось у нее в голове, и перед ней возникали лица детей. Кто из тех, что играли вчера в бейсбол, были уже мертвы?
Хьюстон взглянула на Кейна стеклянными глазами.
— Смена, — прошептала она. — Рейф был в последней смене.
Руки Кейна сжали ее плечи.
— Так это была «Маленькая Памела», — прошептал он. — Дело худо?
Хьюстон раскрыла рот, но не смогла произнести и звука.
Один из лакеев выступил из группы примолкнувших слуг:
— Сэр, когда взрыв такой силы, что в городе вылетают стекла, то значит дело очень худо.
Кейн с минуту молча стоял, а потом с него вдруг как будто спало оцепенение.
— Хьюстон, ты должна достать все простыни, какие только найдешь в доме, и загрузить их в большой фургон, а потом отвезти к шахте. Ты меня поняла? Я одеваюсь и еду туда вперед тебя. Но ты должна приехать как можно скорее, понятно?
— Им понадобятся спасатели, — сказал лакей.
Кейн быстро смерил его глазами.
— Тогда просыпайся быстрее и вперед на лошадь.
Он повернулся обратно к Хьюстон:
— Живым или мертвым, но я вытащу оттуда Рейфа. Быстро поцеловав ее, он кинулся вверх по лестнице. Секунду Хьюстон продолжала беспомощно стоять, но потом взяла себя в руки. Того, что уже случилось, не изменишь, но она могла еще помочь. Она повернулась к женщинам, стоявшим около нее.
— Вы слышали хозяина. Я хочу, чтобы через десять минут все до одной простыни и наволочки лежали в фургоне.
Одна из служанок выступила вперед.
— Мой брат работает на «Маленькой Памеле». Можно мне поехать с вами?
— И мне, — сказала Сьюзен. — В свое время мне пришлось перевязывать разбитые головы.
— Да, — ответила Хьюстон, уже поднимаясь по лестнице, чтобы переодеть свой кружевной утренний халат. — Боюсь, нам потребуется любая помощь.
Глава 29
Кейну до этого не приходилось сталкиваться с природными бедствиями, обычно он сражался один на один со своими бедами и поэтому не был готов к тому, что ему пришлось увидеть у шахты «Маленькая Памела». Еще издалека он услышал вопли женщин, и ему показалось, что до конца жизни он не сможет избавиться от воспоминаний об этих криках.
Ворота в поселок были открыты и не охранялись, только какая-то женщина сидела возле них и качала на руках ребенка, напевая ему что-то вполголоса. Кейн и четверо сопровождавших его мужчин въехали в поселок и спешились. Они оказались посреди толпы женщин, некоторые из них торопились куда-то, а некоторые просто стояли и плакали.
Когда Кейн проходил мимо одной из женщин, она вдруг схватила его руку мертвой хваткой.
— Убей меня! — хрипло закричала она ему в лицо. — Его нет, у нас ничего не осталось! Ничего!
Она через силу затащила Кейна в свою лачугу. По сравнению с ней хижина Рейфа была просто виллой. Пятеро грязных детей, одетых в тряпье, стояли в углу, уцепившись друг за друга. Их изможденные лица с большими печальными глазами говорили о постоянном голоде. Он не видел этих детей, когда приходил сюда вчера, однако он не помнил, чтобы заходил в эту часть поселка, где дома были простыми навесами из толя и пустых консервных банок.
— Убей нас всех! — крикнула женщина. — Нам так будет лучше. Мы и так умрем — только с голоду.
На доске, которая служила столом, лежала половинка зачерствевшей буханки хлеба. Другой еды в доме Кейн не увидел.
— Сэр, — сказал лакей, вошедший вслед за Кейном. — Им понадобится помощь, чтобы вытащить тела.
— Да, — в задумчивости проговорил Кейн и вышел из лачуги. Оттуда все еще доносился плач женщины.
— Кто эти люди? — спросил он, выйдя наружу.
— Они не могут оплатить аренду дома у компании — это два доллара за каждую комнату — поэтому компания сдает им землю за доллар в месяц, и они сами строят себе дома из того, что смогут достать.
