Окунь пояснил, что это вполне существует и здесь. Все, что нашел в море, бесхозное. Оно твое по праву, и никто не может его оспорить. А кто, собственно, оспорит, коли вся команда до последнего человека крабов кормит? Боян не в счет. Даже если кто и захочет обратить на это внимание, он там был в качестве товара, но никак не члена экипажа. Да и сомнительно, что кто-то из Вяткиных захочет так отплатить за услугу. Это нужно скорее для Клузиума, никто иной в этом отношении даже не вякнет, а империя так и вовсе еще похлопает в ладошки, ведь одним клузиумским пиратом стало меньше.
И вот теперь астраньский воевода взирал на того, кто с самым честным видом (насколько позволяла бандитская внешность) сообщает ему о счастливой находке.
— Это получается, что ты отправился на Клузиум, чтобы выкупить молодого боярича, уплатил откуп, а когда ворочался обратно, то встретил брошенный корабль?
— Именно так и было, воевода-батюшка.
— Ты за кого меня принимаешь? Хочешь, чтобы я поверил в такую басню?
— Истинную правду сказываю, — прижав руки к груди, продолжал уверять Виктор.
— Так, может, там зараза какая, от которой и померли все, а ты ее в Астрань прямиком доставил.
— Нету там ничего. Кабы от болезней люди погибали, то тела непременно были бы, тогда я и сам на борт не взошел бы. Но никого там не было: ни людей, ни трупов.
— А корабль прозывается «Ворон», капитан коего держал в плену боярича Вяткина и капитану коего ты откуп отдал?
— Ну да. Отец Небесный ведет нас своими путями, для нас неисповедимыми.
— Да-а, такое и впрямь только Отцу Небесному под силу. Вот только я не вчера родился. И помнится мне, тот пират отказался брать выкуп за боярича.
— Передумал он, воевода-батюшка, жадная натура свое взяла.
— Ты кому врешь?!
— Не гневайся, воевода-батюшка, — смиренно опустив глаза, вдруг заговорил твердым голосом Виктор. — Но ить правда — она разная бывает. Мы здесь, на корабле пиратов, из их команды никого не осталось. Боярич, кровинка древнего рода, хотя и нездоров, но на родину возвернулся. Так чья правда должна быть известна всем окрест, наша или Клузиума?
— Хм. Так ты мне-то правду скажи.
— Я тебе правду и сказываю. Самую что ни на есть. И ты можешь Отцом Небесным любому поклясться, что сказываешь правду, ибо иного не ведаешь.
— Стало быть, подтверждаешь, что все, что ранее тут говорил, правда?
— От первого и до последнего слова, воевода-батюшка.
Неглуп воевода. Оно, конечно, хотелось бы поставить наглеца на место и вызнать все доподлинно, мелькнула даже мысль о пыточной. Но потом он здраво рассудил, что прав этот шельмец. Кто пострадал? Пираты, от коих одни неприятности. А тут боярича из неволи вызволили, опять же со старшим Вяткиным он знался хорошо, и тот нынче взлетел повыше самого воеводы. Да и случись какие неприятности, то он может, положа руку на сердце, заявить, что ничего не знал.
— Ладно, убедил. Верю. Я так понимаю, тебе бумага на находку нужна?
— Нужна, воевода-батюшка, дабы корабль этот под флагом Брячиславии в дальние моря хаживал и пользу княжеству приносил.
Ага. Это еще один плюс воеводе. Можно сказать, его стараниями в княжестве еще одно судно образовалось, причем вполне законное. То, что оно не казенное, а частному лицу принадлежит, не беда. Миролюб вовсе не собирался подминать все корабли под свою руку, просто желающие строить большие корабли для себя никак сыскиваться не хотели. Опять же будь корабль военным, еще могли бы быть трудности, а это торговая посудина. Так что все одно к одному.
— Доставишь двоих видоков к дьяку. Он опросные листы запишет, а там уж мне бумаги подаст с твоим прошением. Все, можешь идти.
Ясно. Решил на всякий случай все же подстраховаться. Вот и ладушки, это Виктора вполне устраивало. Время вполне позволяет, над корабликом нужно будет еще потрудиться. Он сейчас не готов справиться с той задачей, которую на него собираются возложить. Да и команды пока не было. Тот еще геморрой мог получиться.
Дьяк надолго их не задержал. Быстро записал показания, не особо вдаваясь в тонкости, после чего составил прошение от имени Виктора и взял причитающуюся пошлину. Волков решил не пускать дело на самотек и присовокупил к прошению пять рублей. Дьяк отнесся к делу с пониманием и заверил, что сам известит нового владельца судна, когда патент будет готов. По виду чиновника Виктор сразу смекнул, что пошел по правильному пути. Одно дело — исполнять долг, но ведь к своим обязанностям можно подходить по-разному, и сроки могут быть с большим разбегом.
На постоялом дворе все было слава богу. Переезд каравана прошел без происшествий, никто даже животом не маялся. Как заверила бабка Любава, никого из своих людей Окунь больше не потеряет, все раненые выправятся. А вот с Бояном совсем худо. Перестарался Бургас изрядно. Парень отходил. Может, и протянет пару дней, но не больше. Хорошо хотя бы то, что он при памяти и способен разговаривать. Ну и ляд с ним. Добролюб свое дело сделал. Может, можно было бы сладить и удачнее, он не забывал слова Клыка, но уж Вяткины собирались действовать ничуть не лучшими методами. Им его живым из лап пирата вовсе не получить было, как и само тело, которое просто предали бы морю.
К вечеру на постоялый двор заявился капитан нанятого судна, явно взвинченный. Ему стало известно о том, что вошедшая сегодня в гавань бригантина принадлежит не кому иному, как его нанимателю. Понятно, переволновался мужик. Еще бы, выгодный фрахт трещал по всем швам. Однако Виктор заверил его, что договоренность остается в силе и что два корабля куда больше отвечают его требованиям, чем один. Правда, практичный владелец парусника тут же вскинулся, когда понял, что ему придется простоять в Астрани, пока «Ворона» не приведут в порядок в соответствии с требованиями для перевозки животных и не наберут команду. Это как же, терять просто так месяц!
Киренаикец тут же начал выдвигать предложения по использованию этого времени к своей выгоде, а именно, принять какой-нибудь груз и совершить плавание по Теплому морю. Мол, и клиент уже есть. Но тут Виктор твердо заявил, что согласен оговорить условия простоя. Найти корабль в Новый Свет, да еще и из самой Астрани, дело вовсе не тривиальное, так что он готов потерять еще толику денег, но чтобы судно было под рукой. Море оно такое — может шторм случиться, могут пираты повстречаться, а то и в дальнем порту кто-нибудь предложит более выгодный контракт. Деньги-то вперед не плачены, лишь договор составлен, но кто сказал, что западнику нельзя пренебречь обещанием славену? Договорились.
Едва Виктор распрощался со шкипером, как появился Окунь. На бригантине обнаружилась изрядная казна: успешное начало сезона у Бургаса оказалось большой удачей для Виктора. Так что он и без боярской награды мог обойтись, и в кубышке немало осталось, и с контрабандистом расплатился честь по чести, да еще и за перегон корабля отдельно приплатил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
