— Кажется, я вам не помешаю, — донесся до них веселый голос.
— Сириус! – радостно воскликнул Поттер. Крестный стоял чуть позади, скрестив руки на груди и самодовольно ухмыляясь. – Как ты сюда попал?
— Дамблдор меня прислал. Он же знает, что Сопливиус не сможет вас вывести.
Снейп лишь прищурился в ответ на этот выпад, не желая сейчас воевать с Блэком. Он отомстит ему позже.
— А ты можешь? – с надеждой спросил Гарри.
— Ну, я выбрался отсюда однажды благодаря своему нюху, — Сириус широко улыбнулся. – Со мной не пропадешь, крестник.
— Может, хватит болтать, — резко произнес Снейп. – Займись уже делом!
Сириус собирался что‑то ответить, но Гарри остановил его жестом. Анимаг оскорблено дернул плечом, превратился в собаку и повел компанию за собой.
Глава 19. Арест.
Каким бы невероятным ни казалось неожиданное нахождение диадемы, Дамблдор подтвердил, что она являлась хоркруксом. Однако вот уже несколько дней он не мог ничего сделать с ней. Охранные заклинания были слишком сложны.
— Возможно, мне снова придется оставить Школу на какое‑то время, Северус, — устало произнес директор через три дня после приключений в Подземельях. – Нужно повидаться с некоторыми людьми.
— Необходимо решить еще один вопрос, Альбус, — как можно нейтральнее сказал зельевар, крутя в руках стакан с огневиски. Он редко позволял себе пить в кабинете директора, но сейчас Дамблдор сам потягивал янтарную жидкость. До отбоя оставалось около часа, кабинет освещался только пламенем камина, и в этой уютной полутьме со стаканчиком хорошего виски в руке было проще обсуждать тревожные новости и решать сложные проблемы.
— Какой именно? – старый волшебник вопросительно посмотрел на своего молодого коллегу.
— Нагини, — бросил Снейп и сделал еще один небольшой глоток. – Она последняя, так ведь?
— Да.
— Но она все время рядом с Лордом. Кроме меня никто из Ордена не сможет до нее добраться, — Северус вздохнул. – Так что я должен сделать?
— Если мы правы, и Нагини – хоркрукс Волдеморта, то достаточно ее просто убить. Вопрос в том, сможешь ли ты это сделать, не раскрыв себя? – Дамблдор нахмурился. Его лицо сейчас было очень уставшим. Он прекрасно знал ответ на свой вопрос. Знал он также, чем это грозит Северусу.
— Я думал об этом, — спокойно произнес зельевар. – У меня нет возможности незаметно отравить ее или сделать что‑то подобное. Нет, я не смогу убить ее так, чтобы никто не заподозрил меня. Я вообще могу убить ее только на глазах у Лорда.
— Ты ведь понимаешь, что это значит для тебя? – глухо спросил Дамблдор.
— Альбус, возможно я успею убраться оттуда прежде, чем кто‑либо поймет, что произошло.
— Но твоя Метка…
— Будет гореть, — Снейп кивнул, а его пальцы непроизвольно сжались в кулак. – Возможно, мне удастся заглушить боль зельями…
— Как долго ты сможешь продержаться?
— Не знаю, Альбус, — маг вздохнул и прикрыл глаза. – Я вообще не уверен, что зелья помогут. Но это не имеет значения. Война должна быть закончена. Гибнет слишком много людей. И магов, и магглов. Так не может продолжаться… Я больше не хочу никого убивать, — почти прошептал он.
— А я не хочу жертвовать тобой, Северус, — фраза прозвучала настолько беспомощно, что Снейп открыл глаза и посмотрел на Дамблдора.
— Все в порядке, Альбус, — он усмехнулся. – Я уже много раз вам говорил, что не заслужил подобной привязанности. Вы знаете, что это могу сделать только я. Я это знаю. И Орден это знает. У нас просто нет выбора. Ни у кого из нас. И у Поттера его нет. Хотя он еще слишком мал, ему придется сразиться с Лордом. И никто не может гарантировать, что он победит и выживет при этом. Но он сделает все, что ему суждено… Черт побери все на свете! – с досадой прошипел зельевар.
— Что я слышу, Северус? – несмотря на серьезность разговора, директор улыбнулся. – Кажется, ты сочувствуешь Гарри?
Снейп фыркнул и поджал губы. Сочувствовать Поттеру? Увольте! Он просто совсем не уверен, что мальчишка справится, что все жертвы, принесенные во имя него, не окажутся напрасными. И, конечно, ему не хотелось, чтобы судьба магического мира зависела от ребенка. Это слишком большая ответственность даже для взрослого, а Гарри был всего лишь школьником. Стоп! С каких пор он думает о Поттере, как о «Гарри»? Зельевар вздохнул.
— Возможно, я старею, — признался он. – Сейчас он не кажется мне таким заносчивым и бестолковым, как раньше.
— Он никогда таким не был, Северус, — мягко уточнил директор. – Ты видел его таким, потому что тебе этого хотелось. А Гарри всегда был просто добрым мальчиком, которому не очень‑то везло в жизни. Поверь мне, он никогда не хотел быть Избранным.
— Знаю, — буркнул Снейп, делая еще один глоток. – Теперь знаю, — он немного помолчал. – Так, возвращаясь к моему вопросу, — Северус немного заколебался. – Я не могу просто аппарировать к Лорду. Мне нужно дождаться вызова. И желательно оказаться с ним один на один. Тогда я смогу атаковать Нагини с наименьшими потерями.
— Ты куда‑то торопишься, Северус? – поинтересовался Дамблдор. – Я ведь еще даже диадему не уничтожил. Тебе не обязательно убивать Нагини при первом удобном случае.
— Я просто боюсь, что второго удобного случая может не быть, — зельевар потянулся за бутылкой, чтобы пополнить свой бокал. – У Долор есть весьма веские доказательства моей измены. Я знаю, что отвечать Лорду, но я не уверен, что он снова мне поверит, — на этот раз он сделал большой глоток.
— Тебя беспокоит что‑то еще, — скорее утвердительно, чем вопросительно произнес Альбус.
— Три дня прошло, — словно сам себе сказал Северус. – И никакой реакции. Это не похоже на Лорда – ждать так долго. Вчера я встречался с Люциусом. Он вел себя как обычно. Я даже осторожненько покопался у него в голове. Он ничего не знает об этом. Одно из двух: либо Долор так приблизила себя к Темному Лорду, что теперь управляет им по своему усмотрению, либо она ему ничего не сказала. Первое невозможно, потому что Лорд никому не позволяет собой управлять. Что касается второго… Зачем ей меня прикрывать? Я знаю, на что похож гнев Лорда. А она не просто не выполнила какое‑то там задание. Она потеряла часть его души. Может, конечно, мне повезло, и Лорд убил ее на месте за такое, но это опять же не его стиль, — Снейп откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. – Я не понимаю, что происходит. Меня это пугает, потому что я не знаю, что будет дальше и как мне реагировать. К чему готовиться.
— Что, если она действительно тебя не выдала? – спросил Альбус, перебирая пальцами белую бороду.
— Это пугает меня больше всего, — признался Северус. – Потому что этому может быть только одно объяснение. Она хочет, чтобы я жил. А моя жизнь ей нужна только для одного: чтобы превратить ее в ад. И она теперь знает, как это сделать. Мне страшно представить, что она может сделать с Гермионой, — Снейп устало потер лоб. – И я не знаю, как мне ее защитить. Единственное, что приходит в голову, – убить Долор. Но это непросто. Там, в Подземельях, она умудрилась аппарировать, хотя это невозможно из‑за чар, поддерживаемых вами. Если она смогла их преодолеть, значит, она сильнее вас. А она не просто аппарировала. Она аппарировала под Круциатусом. Я никогда такого не видел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
