«Когда Володя умер, – рассказывала Оксана, – я практически сразу после похорон ушла… Не то что личные какие-то вещи – даже документы не взяла. Я позвонила Давиду Боровскому, нашему общему другу, и попросила принести мне документы и два обручальных кольца, которые лежали в стакане – на тумбочке, в спальне. Но они исчезли».
Как сложилась ее дальнейшая судьба? После июльского потрясения 1980 года Оксана взяла академический отпуск. Потом все-таки окончила институт, вышла замуж, но вскоре развелась. А где-то в году 82-м, празднуя Первое мая в одной развеселой компании, встретилась с актером Таганки Леонидом Ярмольником.
Леонид, слава богу, не комплексовал по поводу ее давнишних отношений с поэтом: «Об отношениях Ксюши с Высоцким мне рассказывали… Да, два последних года жизни Владимира Семеновича Ксюша была тем существом, которое давало ему возможность жить, ощущать себя. Я и сегодня это говорю с опаской, потому что очень уважаю и люблю Марину Влади. Но так бывает в жизни. Никак не умаляя достоинств Марины, я уверен, что у Высоцкого переплелось чувство уважения и любви к ней и совершенно новая часть жизни, связанная с Ксюшей… Меня радует то, что мы сошлись с Владимиром Семеновичем во вкусах. Конечно, никогда в жизни не позволю себе проводить параллели в плане нашего сходства как актеров, да и сходства никакого и нет. Но Ксюша нас очень роднит. Значит, у нас чувство прекрасного совпадает».
Ксения работала художником по костюмам в Союзгосцирке, шила наряды для фигуристов. Сотрудничала с московскими театрами. Влюблена в свою работу (профессия «кутюрье» – фамильная. Ведь еще ее прадед – Илья Ильич Шнейдер – считался одним из лучших дамских портных, и его ателье в Камергерском переулке знали все столичные модницы).
В начале 65-летия Высоцкого «Комсомольская правда» провела анкетирование своих читателей, один из вопросов которого был таким: «Если бы он развелся с Мариной Влади, то кто стал бы его четвертой женой?» 25 января газета подвела итоги опроса: «Оксана, последняя любовь, ныне супруга Леонида Ярмольника – 68 %, Алла Пугачева – 14 %, Мадонна – 18 %».
Правда, ясновидящая и экстрасенс Дарья Миронова уверяла: «В последние годы Высоцкого пыталась приворожить одна из его женщин. Она пыталась любой ценой увести его из семьи. Приворот мощнейший! Поэтому Высоцкий мучился, пил, нервничал и не понимал, что происходит. В результате летальным стал сердечный приступ. «Сердечный» здесь ключевое слово».
А Марина Влади как бы походя обронила вослед любовным приключениям мужа и Оксаны Афанасьевой легкую, но колкую стрелку, объясняя: «Высоцкий был… как все мужики. Он тоже гулял, естественно, особенно когда он пил – а он часто пил…»
«Они упали вниз вдвоем, так и оставшись на седьмом, на высшем небе счастья…»
После смерти мужа у Марины Владимировны было две заветные мечты: установить на могиле Высоцкого вросшую в землю гранитную глыбу, в которую врезался бы осколок метеорита с брызгами от него по камню. И чтобы было выбито только одно слово: «ВЫСОЦКИЙ». Это был бы памятник-символ. По ее просьбе Вадим Туманов отыскал в сибирской тайге нечто соответствующее идее. Но, увы… Мечта осталась мечтой.
А вторая… Накануне похорон Высоцкого зашелестел шепоток, будто бы Марина намерена увезти с собой во Францию сердце Владимира. И якобы она договорилась с фельдшером Игорем Годяевым, чтобы он вырезал сердце прямо в реанимобиле… От Марины не отступали ни на шаг, не оставляли одну ни на минуту. Словом, организаторам похорон удалось «похоронить» и эту Маринину мечту.
Это – поэзия. Но…
В основном была проза.
В театре в день похорон, улучив момент в ходе траурных церемоний, Марина попросила немедленно отыскать ей Ингу, жену Виктора Суходрева. На все вопросы отмахивалась: «Есть дело! Срочное дело!»
Когда на Таганке появилась Окуневская, Влади сразу же отвела ее в сторонку:
– Инга, есть один вопрос, который нужно срочно решить. Помоги! Нужно, чтобы наша квартира осталась маме Володи. Я написала письмо Брежневу. Как ты думаешь, Виктор сможет передать его адресату? Сможет Виктор мне как-то помочь?
Инга замялась: «Я не знаю. Нужно позвонить Вите. Как он скажет…»
– Хорошо, звони, вот телефон. А Виктор будет на похоронах?
– Нет, однозначно. Сегодня у них, там, – Инга подняла глаза вверх, – какие-то важные переговоры… Но к поминкам он обязательно должен успеть.
– Там и поговорим, – решила Марина. – Звони ему. Я пошла.
Личный переводчик Брежнева Виктор Суходрев, вырвавшись со Старой площади, сразу отправился на Малую Грузинскую. Опрокинув рюмку-другую за упокой, уединился с Мариной в Володином кабинете.
– Суть я понял, – сказал он, прочитав Маринино письмо. – Но так писать не стоит. Нужно по-другому. Сейчас расскажу. А пока помолчи, важный разговор.
Он позвонил помощнику генсека Александрову-Агентову.
– Андрей Михайлович, добрый день. Простите, что отвлекаю… Я коротко.
Виктор в двух словах объяснил суть вопроса, напомнил о заслугах Влади, в том числе об обществе дружбы, встрече в Париже – и…
– Я вас понял, Андрей Михайлович. Она изложит все на бумаге, а я вам передам. Да, фельдсвязью. Лично в руки. Спасибо большое. Обязательно передам. Еще раз извините. Всего доброго…
Затем Суходрев тут же, в кабинете, быстро набросал прошение, заставил Марину переписать, забрал письмо с собой и сказал: «Все, теперь это мои проблемы».
Через день-другой Александров-Агентов сам нашел Виктора, попросил успокоить вдову и семью: «Все в порядке. Самого беспокоить не пришлось. Я просто позвонил в Моссовет – и вопрос тут же решили».
27 февраля 1981 года между гражданкой Франции де Полякофф Марина Катрин, проживающей – Франция, 10 АВ Марина Мэзон Лаффит, корпус 4, кв. 41, гражданином Высоцким Семеном Владимировичем… Высоцким Никитой Владимировичем… Высоцким Аркадием Владимировичем… был заключен договор о разделе наследственного имущества. В собственность Н.М. Высоцкой и ее внуков переходили «накопления в жилищно-строительном кооперативе «Художник-график» (7179 руб. 61 коп.)… и паенакопления в гаражно-строительном кооперативе «Художник-график» (1753 руб. 43 коп.). При подписании договора гражданка де Полякофф в возмещение полученного имущества (двух битых автомобилей) обязывалась выплатить определенные суммы наследникам и оплатить расходы по заключению договора…
Все! Слава богу, этот вопрос был решен.
Но вскоре пришлось решать еще один имущественный вопрос, который стал камнем преткновения и источником конфликта между Мариной Влади и Эдуардом Володарским. История некрасивая, дурно пахнущая, рассорившая многих ранее близких людей. Речь идет о той самой даче Владимира Семеновича в Красной Пахре.
