– Вы зафиксировали это по компьютерной сети в момент аренды сейфа?
– Да, конечно.
– Вы получили копию квитанции?
– Да. – Он передал ей бумажку. – Но когда управляющий запросил электронную запись, она показала, что доктор Адам Уолкот на следующий день забрал все бумаги и даже оставил расписку. И у них действительно был документ.
– За вашей подписью.
– Да. Но это подделка!
– Нет, это должен быть ваш почерк, – возразила Лейша. – Сколько документов в месяц вы подписываете в «Самплис», доктор?
– Десятки.
– Заказы на оборудование, отчеты об использованных суммах, путевые листы. Вы их все читаете?
– Нет, но…
– Увольнялась недавно какая-нибудь из секретарш?
– Ну… кажется, да. У директора Ли большие проблемы со вспомогательным персоналом. – Тонкие брови сошлись над переносицей. – Но директор не имел ни малейшего представления о том, над чем мы работаем!
– Уверена, что так. – Лейша скрестила руки. Давненько клиенты не вызывали у нее дурноту. Адвокат, практикующий в течение двадцати лет, привыкает к неудачникам, преступникам, мошенникам, героям, шарлатанам, чокнутым, жертвам и прочему люду. Юристы верят в закон…
Но еще ни один адвокат не имел клиента, способного превратить Спящих в Неспящих.
– Продолжайте, доктор.
– Вряд ли кто-то мог украсть нашу работу, – тихо сказал Уолкот. – Во-первых, еще не записаны важные уравнения, над которыми мы с Тимми работаем. Но труд – наш, и мы хотим получить его обратно. Тимми отказывался от репетиций камерной музыки ради наших исследований. И конечно, когда-нибудь нас наградят.
Лейша уставилась на Уолкота. Найден способ преобразить человечество – а этот мозгляк рассуждает о розовых кустах, премии, камерной музыке.
– Вам нужен адвокат, чтобы выяснить ваше личное юридическое положение.
– Да. И представлять нас с Тимми в иске против банка, или против «Самплис», если до этого дойдет. – Неожиданно он взглянул с обезоруживающей прямотой. – Мы обратились к вам, потому что вы – Неспящая. Вы – Лейша Кэмден. Всем известно, что вы не одобряете разделения людей на «чистых» и «нечистых», и, разумеется, наша работа покончила бы с таким… – Он взмахнул газетой. – К тому же кража есть кража, даже в рамках компании.
– «Самплис» не воровал ваши исследования, доктор Уолкот. И банк тоже.
– Тогда кто…
– У меня нет доказательств. Но я бы хотела встретиться с вами и с доктором Херлингером завтра в восемь ноль-ноль здесь. А пока – это очень важно – ничего не записывайте. Нигде.
– Понимаю.
– Превратить спящих в неспящих… – невольно вырвалось у нее.
– Да, – сказал он. – Хорошо. – И отвернулся, уставившись через ее совершенно утилитарно обставленный кабинет на экзотические цветы, росшие под искусственным освещением в углу.
– С точки зрения закона все чисто. – Кевин вошел в кабинет Лейши с распечаткой. Она подняла взгляд от своих записей по делу «Симпсон против „Офшорного рыболовства“». Цветы, которые Алиса настойчиво присылала каждый день – подсолнухи, маргаритки, ноготки, – не успевали увянуть до прибытия очередного букета. Даже зимой ее квартира была уставлена калифорнийскими цветами. У Лейши не поднималась рука их выбросить.
В свете лампы каштановые волосы Кевина блестели, на его гладко выбритых щеках играл румянец. Он выглядел моложе Лейши, хотя был на четыре года старше. «Пустышка», – когда-то заметила Алиса.
– Все законно?
– Все, что зарегистрировано в файлах, – сказал Кевин. – Уолкот учился в Университете штата Нью-Йорк в Потсдаме и Университете Дефлореса. Звезд с неба не хватал, но был неплохим студентом. Две небольшие публикации, чистая полицейская карточка, никаких неприятностей с налоговой службой. Две должности преподавателя, две – исследователя, никаких официально зафиксированных трений при уходе с работы: по-видимому, он просто непоседа. Херлингеру всего двадцать пять, это его первое место работы. Изучал биохимию в Беркли, окончил в числе первых пяти учеников, подающих надежды. Но накануне защиты диссертации был арестован и осужден за синтез вещества, вызывающего генные изменения. Получил срок условно, но найти хорошую работу сделалось проблематичным. По крайней мере на некоторое время. Никаких проблем с налогами и пока никаких сомнительных доходов.
– Что за вещество?
– Лунатический снег. Человек начинает воображать себя мессией. В судебных отчетах Херлингер утверждал, будто у него не было другого способа оплатить занятия в медицинской школе. Он кажется очень озлобленным. Может быть, сама просмотришь эти отчеты?
– Просмотрю, – сказала Лейша. – Как ты думаешь, это временное недовольство юноши из-за крупной неудачи? Или черта характера?
Кевин пожал плечами. Он не любил делать поспешные выводы. Его интересовали последствия, а не мотивы.
– Неужели середняк Уолкот способен на крупное открытие? – удивилась Лейша.
Кевин улыбнулся:
– Дорогая, ты всегда отличалась интеллектуальным снобизмом.
– Как и все мы. Ну хорошо, возможно, это просто удача. Или именно Херлингер вел исследования с ДНК, а не Уолкот; возможно, Херлингер очень талантлив, но его эксплуатируют, как простачка. Или же он не способен придерживаться правил. А что насчет «Самплис»?
– Заурядная компания, оборот менее трех процентов в год, что мало для высокотехнологичного производства, крупных инвестиций нет. Но все по закону. Я даю им еще год-два от силы. Руководство некомпетентное. Лоренс Ли получил кресло директора исключительно благодаря своему имени. Его отцом был Стентон Ли.
– Нобелевский лауреат по физике?
– Да. И еще директор Ли объявил себя потомком генерала Роберта Ли. Вранье, конечно, но в рекламных проспектах смотрится отлично. Уолкот не солгал: документация в компании ведется безобразно. Сомневаюсь, чтобы они нашли что-либо в своих файлах. Руководство практически отсутствует. А Ли получил выговор от Совета директоров за неправильное использование фондов.
– Первый национальный банк?
– Совершенно чист. Все записи об этом сейфе полные и точные. Конечно, это не означает, что их не могли подделать. Но я бы очень удивился, если бы банк оказался замешан.
– Я тоже, – мрачно произнесла Лейша. – Там сильная система безопасности?
– Самая лучшая. Мы проектировали.
Этого она не знала.
– Тогда существуют только две группы, способные на такое электронное волшебство. Одна из них – твоя.
– Как знать, – мягко заметил Кевин. – Среди Спящих тоже есть классные специалисты…
– Не настолько.
На сей раз Кевин оставил ее интеллектуальный снобизм в покое и тихо сказал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
