на врагов государства, лично Генеральному секретарю компартии, будучи всего лишь простым мальчишкой из провинции, а этого не смог бы сделать вообще никто. А ты взял и сделал! И я горжусь, что ты мой сын и был бы жив отец, он бы тоже гордился. А ты знаешь, как тебя уважают ребята из охраны и как винять себя за смерть Вики? Мы все так радовались за вас и вдруг такое... - она неожиданно расплакалась.
Андрей включил аварийку и прижался к обочине. Следующая за ним машина охраны притормозила следом, через пару секунд и идущая впереди машина прижалась к обочине. Из них выскочили озабоченные телохранители и подбежав к их машине стали оглядываться вокруг ища опасность. Один из них заглянул в машину и увидел Андрея успокаивающего маму. Сзади сидели его сестрёнки и квадратными глазами смотрели на всё происходящее. Наконец мама немного успокоилась и Андрей махнул, что можно ехать дальше. Всю дорогу до дома они молчали, только слёзы непроизвольно бежали из глаз Андрея, изгоняя всю ту боль, точку и отчаяние, копившиеся в его сердце весь этот месяц.
Как-то вдруг, он осознал, что совсем не один в своём горе и вокруг много людей искренне за него переживающих. И мама, и сестрёнки, и родня, и даже ребята из охраны и ансамбля. Всё, что раньше было, как в тумане, стало всплывать в памяти. И недоговорённости ребят и девчат во время гастролей, их попытки вывести его из того состояния, в которое он сам себя загнал. Попытки Жанны выковырять его из той защитной скорлупы, которой он себя окружил, всеми принятые за её домогательства и попытки сблизиться. Стали понятны изредка ловимые им взгляды и шепотки за спиной. Нет он вовсе не железный. Он из плоти и крови и его сердце, сердце молодого парня переживающего потерю родного, любимого и ставшего неожиданно близким человека, бывшего смыслом его жизни. Он не бился в истерике, как от него ждали другие. Не устраивал шоу с показными переживаниями. Он мужик и выставлять на всеобщее обозрения свою боль не будет. Вдруг, совсем неожиданно в его голове стали складываться стихи и включив поворот он вновь прижался к обочине. Выхватил из бардачка блокнот и карандаш, принялся записывать сначала слова, а затем и ноты... Родилась новая песня.
Выскочившие из машин телохранители сначала рассредоточились вокруг, а когда осознали чем занимается объект охраны, только понятливо переглядывались, контролируя всё вокруг. Наконец Андрей дописал и посмотрел вокруг.
- Извини мам - виновато посмотрел он на неё и стоящих вокруг телохранителей - Просто... - замялся он.
- Дома споёшь? - вопросительно посмотрела на него мама.
- Не знаю... - отвернулся тот - Она такая..., не для всех. Чисто мужская.
- Ну и пусть! - положила она свою ладонь на его руку - Я же твоя мама, мне можно.
- Хорошо... - немного подумав кивнул он - Поехали к маме Гале.
Но к маме Гале врачи их не пустили, у той случилось какое-то обострение и их попросили приехать дня через два, не раньше. Повздыхав и немного расстроившись вышли из больницы. Глянув на часы Андрей решил домой не ехать, а сразу поехать в Министерство культуры к Фурцевой. Иначе не успеет вернуться в город, а опаздывать в таких случаях Андрей не любил. Объяснил всё маме и поцеловав её, пересел в машину охраны, а за руль его копейки сел один из телохранителей второй машины. Помахал ручкой семье и родственникам во второй машине и поехали в министерство. Приехали рано, но зато успели сходить в буфет, который работал даже в праздник и хоть немного перекусить. Чему как Андрей, так и ребята из охраны весьма обрадовались. У парней хоть и были с собой термосы с чаем и бутерброды, но горячее и есть горячее. Без пятнадцати четыре он сидел в приёмной Фурцевой, ожидая товарища министра. Наконец подошла и Екатерина Алексеевна, увидев ожидающего её Андрея нисколько не удивилась и только приветливо улыбнувшись поздоровалась.
- Тяжёлый день Екатерина Алексеевна? - спросил её вставший Андрей.
- Что-то забегалась, как лошадь... - вздохнула та устало - Всё скачками, всё бегом.
- У вас есть минимум полчаса привести себя в порядок. Примите душ, выпейте чашечку кофе, пока девочки делают вам причёску. Не бойтесь опоздать, всю вину за опоздание я героически приму на себя! - улыбнулся Андрей.
- Ты серьёзно Андрей? - чуть растерянно посмотрела на него Фурцева.
- Абсолютно - твёрдо, не отводя взгляда ответил Андрей - Поверьте вам необходимо привести себя в порядок и чуть успокоиться. Нам мужчинам нравится смотреть на красивых, спокойных и утончённых женщин, а вы именно такая, когда не спешите.
- Слова не юноши, а мужа... - удивлённо оглядела его с ног до головы Екатерина Алексеевна - Ты меня в очередной раз удивил Андрей. Хорошо, я прислушаюсь к твоему совету.
- Я с вашего позволения отлучусь, это тут рядом и присоединюсь к вашему кортежу по дороге - внимательно посмотрел он на Фурцеву - Если вы не возражаете?
- Я не против - немного подумав кивнула согласно головой Екатерина Алексеевна - Если не секрет, куда хочешь заскочить?
Андрей отвернулся и немного помолчав ответил: - К Вике. Всё равно будем мимо проезжать.
- Прости Андрей - положила она руку ему на плечо - Не хотела тебя обидеть. Вечное женское любопытство, будь оно неладно...
- Ничего страшного Екатерина Алексеевна, так я пойду?
- Иди конечно... - кивнула она и убрала руку, молча глядя вслед уходящему юноше.
Они подъехали к кладбищу и ребята пошли с ним. Он к Вике, они к бывшим сослуживцам. Подошёл к могиле Вики, открыл оградку и сел на скамейку за стол глядя на её фотографию. Могила была убрана и лежали свежие цветы, видимо Виктория Петровна или кто-то из родственников ухаживают. Андрей смотрел на фотографию любимой не отрываясь и вспоминал. Память о любимой, это то, что останется с тобой навсегда и никто не сможет её у тебя отнять, даже смерть. Теперь он это знал точно.
- Андрей нам пора! - тронул его за плечо его личный телохранитель Виктор - Машина Фурцевой через пять минут подъедет.
- Спасибо дядя Витя! - встал Андрей -
