Лезвие железного клинка гипнотически блеснуло…
— Стойте!
Сэт перевел дух, радуясь дополнительным мгновениям жизни. На площади перед убогой ратушей объявилась какая-то женщина, которая, кажется, намеревалась помешать его казни.
— Остановитесь, я сказала! Этот человек спас мне жизнь, и я намерена отплатить ему тем же.
С холодной ясностью Сэт осознал, что знает эту женщину, видел её темно-синий плащ, платок-маску на лице, заколку в виде розы на груди и, конечно же, эти кинжалы в ножнах на поясе. Она — та самая "убийца на службе Империи", та кто отплатила ему за добро, ударом кинжала…
Её лицо по-прежнему было скрыто за черным платком, но карие глаза смотрели на Сэта без удивления, но с твердой решимостью. Что она намеревается делать?!..
— Простите, госпожа охранительница, — возразил один из воинов, — но нам повелели его повесить — вы не можете отменить этот приказ.
— Это еще почему?!
— Дело в том, что этот приказ был отдан самим принцем Лайнезем.
Она пожала плечами и сняла с лица платок:
— А я принцесса Кайра, приказываю вам его отпустить.
Солдаты в первое мгновение хлопали глазами, потом потрясено склонили колени.
Она была молода. Не старше Сандры. Её лицо было красиво, имело форму сердечка и кожу гладкую, без малейшего изъяна.
— У меня нет времени на церемонии, развяжите его.
— Да, Ваше Высочество.
Уже через несколько секунд Сэт стоял перед ней развязанный, и с возвращенными немногочисленными пожитками — особенно неохотно солдаты расстались с его боевым ножом.
Ожидая, когда она заговорит, он переминался с ноги на ногу: дело было вовсе не в том, что он нервничал, но, во-первых, он устал удивляться и задавать бессмысленные вопросы, а во-вторых, побои солдат скорее всего открыли так и незатянувшуюся полностью рану в груди, и ровно стоять было трудно.
— Недавно я убила тебя, — произнесла она, не изменившись в лице, — теперь же спасла. Думаю, мы в расчете.
— Я благодарю вас… Ваше Высочество, — сказал Сэт после продолжительной паузы.
— Немногие в Империи имеют право не приклоняться в присутствие особы императорской крови, — сказала она, вновь надевая на лицо маску-платок. — Но я знаю кто ты на самом деле, колдун. Нам о многом надо поговорить, но не здесь и не сейчас…
Сэт не проронил ни слова. Он не знал, что на это ответить.
— Скажи где я смогу тебя найти, колдун? — неожиданно бросила она.
— Я… я собираюсь передохнуть в какой-нибудь гостинице.
— Насколько я знаю, все трактиры, да и дома горожан забиты под завязку — слишком большой наплыв беженцев с окрестных ферм, к тому же здесь расквартировался легион… — говоря это, она покосилась на солдат, стоящих на коленях и, казалось, боявшихся дышать, — точнее того, что от него осталось… Советую остановиться в Королевском трактире — людей там немного — он не всякому по карману.
Сэт потрогал кошель и мысленно прикинул количество трофейных денег.
— И ещё, — добавила она, — не на миг не расставайся с Книгой.
Когда Сэт поднял глаза, принцессы-убийцы уже не было.
Повернувшись к не менее ошалевшим солдатам, Сэт спросил:
— Это правда? Все трактиры действительно забиты?
Они синхронно кивнули, один из них поклонился и произнес:
— Да… господин. Даже некоторым офицерам легиона, пришлось ставить палатки на Базарной площади.
— И где находится этот Королевский трактир?
— Через две улицы, прямо за ратушей…
— Ясно, — сказал он, не сразу понимая, чего они ждут: — Можете идти.
Они повеселели, поклонились:
— Спасибо, господин!
Какое-то время Сэт смотрел им вслед, а потом зашагал куда сказано. Он намеревался дойти до постели в трактире ни на что не отвлекаясь, однако, на следующей улице ему перегородила дорогу лавка оружейника. Или скорее, лавка кузнеца — поскольку продавец стучал по наковальне, практически не отходя от прилавка.
И тут он вспомнил, что, не считая ножа, был безоружен. Когда очнулся после исцеления на полу коллектора, о трофейном оружии даже не подумал — все мысли в тот момент были направлены на поиск выхода из той клоаки.
— Ступай куда шел, бродяга, — бросил кузнец, заметивший его интерес. — У тебя не хватит денег: я торгую только железом, а бронзы у меня нет.
Взглядом Сэт выбрал короткий клинок:
— И сколько он стоит?
— Двадцать серебра, — ответил он с неким превосходством в голосе.
Саймон оглядел кузнеца с ног до головы и не нашел в нем ничего необычного. Почти два метра ростом, довольно крупный, одетый в грубые холщовые тряпки и с черным от грязи фартуком.
— Если дашь к нему ножны — куплю его за твою цену.
Он крепко задумался. На его взгляд Сэт не походил на покупателя, но чем черт не шутит… В конце концов он кивнул:
— Тебе повезло, у меня такой завалялся.
Открыв мешочек с деньгами, Сэт безмолвно отсчитал причитающееся, взял протянутый меч в ножнах и спросил:
— А ты покупаешь железное барахло?
— Что за барахло?
— Некачественное оружие, ржавые кольчуги, щиты и прочее.
Он хмыкнул:
— Хм, решил потягаться с разбойниками? А силенок-то хватит? Впрочем, по бросовой цене, пожалуй, куплю.
— Так значит "да"?
Он оскалился:
— Да.
Сэт кивнул и поплелся дальше. Конечно, крепкий щит ему тоже был необходим, но нужно было еще оплачивать гостиницу. Щит и какой-нибудь доспех можно купить чуть попозже, когда он наведается назад в коллекторы и оберет там трупы разбойников. Еще неплохо было бы разжиться магическим посохом — гораздо более смертоносным оружием в умелых руках.
По его подсчетам выходило, что если продать всё оружие, щиты и кольчуги, валяющиеся в коллекторах после того, как там похозяйничал демон, а так же срезать с трупов кошельки, выйдет неплохой куш, который наверняка хватит и на "магические" вещи.
Этот мир полон тайн и загадок. Когда он в нем освоится — станет гораздо легче жить.
Проходя между домами с наглухо запертыми ставнями, и редкими прохожими, он стал постепенно понимать, почему его иногда принимали за благородного. В городе жили сутулые, кряжистые люди, буквально у всех желтые или вовсе гнилые зубы, землянистого цвета лица и носы картошкой. Про замасленные волосы и по году нестриженные ногти можно и вовсе умолчать.
Наконец Сэт нашел "Королевский трактир", вписанный в ряд трехэтажных каменных домов, и без раздумий зашел внутрь. Ему стоило большого труда убедить скептически настроенного на его счет хозяина позволить снять комнату "в месте, где обитают лишь благородные господа". Но деньги сделали свое дело, и, в конце концов, он получил жалкую коморку, вероятно предназначенную для господских слуг.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
