Читаем без скачивания Хьюстон, 2015: Мисс Неопределённость - Майк Мак-Кай

— У нас в Бункере было двести жестянок молочной формулы. Солдаты только одну оставили!

Док, наконец, немного пришёл в себя, — Ты совершенно права, Софи. Молочная формула, как я мог забыть? И ещё: я не хотел лишних слухов, но раз уж зашла речь… Врача у вас скоро не будет.

— Почему? — одновременно спросили Нэт и я.

— Как молочную формулу и картошку. Национальная Гвардия заберёт. Мне официально выдали предложение поступить в армию вольнонаёмным хирургом. Предложение я принял.

— Отчего вдруг такое решение? — спросил я.

Док ткнул обеими указательными пальцами в свой стол, — Этот «офис» слишком быстро превращается в кабинет просвещённого, но бесполезного эскулапа восемнадцатого века. Ультразвука — нет, рентгена — нет. Электронную почту послать — либо ждать мальчишку, либо переться самому за четыре мили. Видите шкаф в углу? Как закончатся те красивые упаковочки с лекарствами, останутся у вашего покорного слуги только зубодёрные щипцы, мой верный ланцет, да ампутационная пила. Стану раз в неделю выдирать зуб или вскрывать фурункул. Раз в пять лет — придётся отчекрыжить кому-нибудь ногу. В последнем случае, вероятность что пациент выживет — около двадцати пяти процентов. А уж с неосложнённым аппендицитом можно даже не заморачиваться. Полостная операция без антибиотиков? Сепсис, хана.

— Но если — кто-то заболел? Что делать? — спросил я.

— А что делали год назад? В машину — и в город. Пастор ошибается. Никакого конца света нет и не предвидится. Цивилизация на месте.

Точно как Кормак сказал не так давно. «У пастора Сандерса опять Армагеддон обломился», — подумал я. Секундочку! Отчего это Кормак сказал: «опять»? Неужто у пастора уже случался неудачный Армагеддон?

— Есть ещё причина, почему надо ехать именно в Хьюстон, — док поднялся с кресла, — Пойдёмте, я вас подвезу назад на вашу ферму. А заодно заедем к Кроули и отправим… как он называет? Беспроводную?

Уже в машине, док сказал:

— Не хочу зря обнадёживать, но есть одна зацепка. У меня сокурсник, после интернатуры решил уйти из практической медицины. Мы над ним всё подшучивали. Слабак, крови не выносит. Но он — совсем не слабак. Вернулся в университет, там работал над методами лечения ВИЧ. И вроде кое-чего они добились.

— Чего добились? — спросила Софи.

— Есть новый метод подавления ВИЧ. Принципиально новый и перспективный. Вплоть до пожизненной ремиссии.

— То есть полного излечения от СПИД?

— Ну, от последней стадии СПИД — вряд ли поможет. Однако при начальных стадиях ВИЧ-инфекции… Можете называть это полным излечением. После курса надо проверяться раз в год, вот и всё. Приятель мне многого не сказал. Как у всех фармацевтов: хаш-хаш, супер-секретно. Знаю только, до опробования на людях было лет пять или чуть меньше.

— Но разве лаборатория не закрылась? В связи с Обвалом?

— Откуда я знаю? Вот пошлю электронную почту, дождусь ответа. Однако, мне кажется, Обвал поможет.

— Почему?

— Раз Обвал, ситуация может сыграть в любую сторону. Лабораторию могут вообще закрыть нафиг. С другой стороны, могут сказать: что вы всё с макаками балуетесь? После Обвала макаки — дорогие, а люди — бесплатные.

— А побочные эффекты? — спросил я.

— Побочные эффекты исключить нельзя, — согласился док, — Конечно, есть неопределённость. Зато — и надежда тоже.

Злая Ведьма Неопределённость вновь добралась до нас.

Ровно через сутки, в кузне, где я помогал Кормаку отбивать ножи механической жатки, появился Бен Кроули. Заместо конфискованного полицией «Кольта», он изготовил себе обрез охотничьего ружья, а в патронташе на поясе недвусмысленно блестят латунные головки патронов. Мародёрам, зомби и инопланетянам — не поздоровится.

— Срочная беспроводная! Два письма! — объявил Бен с порога, — Точнее, одна депеша лично тебе, Эндрю, а вторая — доку Дженкинсу, но ты в копии. К доку уже умчалась моя бригада лёгкой кавалерии.

Бригада лёгкой кавалерии — внуки мистера Трэвиса. Каждый день пацаны запрыгивают на велосипеды и объезжают всех соседей с тетрадкой. «Хотите послать беспроводную, мэм? Только пишите разборчива. Мистер Кроули не любит, когда непонятна-что». Сервис пользуется спросом. Даже пастор Сандерс на днях отправил кому-то сообщение.

Бен подал мне четвертушку бумаги с чёткими, почти печатными, буквами.

П. Дженкинсу, MD. Копия: Э. Смайлсу. Рад весточке, коллега. Ещё не надоело кромсать фермеров? Лаборатория в порядке. В конце года набираем первую группу добровольцев для клинических испытаний. По беременности — противопоказание, но в декабре пациентка уже родит. Выдай ей направление. По прибытии в Хьюстон, пусть немедленно идут ко мне — организуем стандартную терапию за счёт лаборатории. С уважением, не пропадай надолго с радаров. А. Мэйсон, MD, PhD[146].

Семье Смайлс. Приезжайте. Ситуация в городе спокойная. Воду и электричество подают по 12 часов в день. Самозахват прошёл успешно. Ваш фермерский опыт будет кстати. О еде и бензине не беспокойтесь: теперь городские пайки нормальные, всем хватает. Хотя, если привезёте деревенских продуктов — будем весьма признательны. Все передают привет. Искренне. Вин Чёрч, Министр Обороны, СПВ, и т. д. P. S. Свен настаивает, чтобы я дописал отдельный привет для Натали. P.P.S. К чему бы это?

— Оказывается, у тебя в друзьях министры обороны, — сказал Бен, дав мне дочитать, — А что за СПВ? Ни разу не слышал.

— СПВ, Бен, — Совмещения Пространства-Времени. Примерно как твоя радиостанция. Ноутбук и трансивер из двадцать первого века, босоногие пацаны-курьеры и рукописный журнал телеграмм — из 1860. А начальник — парень с Дикого Запада, в Стетсоне и с бандитский обрезом!

— Эй, приятель, что ты имеешь против моей новой пушки? Пойдём за амбар, поглядим кто умеет быстрее доставать?

Кормак сделал серьёзное лицо и произнёс с хорошо поставленным южным акцентом: — С двадцати шаго-ов. Как йя пальну в во-о-здух, дже-ентльмены достаю-ют и стреля-яют. Чур, в лицо не це-елить! А то неаккуратно выглядит в гробу-у. — Потом добавил уже на нормальном «северном» английском, — Но сначала, по традиции, надо выпить по два пальца крепкого.

Мы рассмеялись.

— Значит, поедете? — спросил Бен.

Я кивнул: — Прямо сегодня вечером, после ужина.

— Так сразу? И почему на ночь глядя?

— Чем скорее Софи начнёт лечение — тем лучше. По дороге заедем к доку, пусть даст направление, — и вперёд, на Хьюстон. Ночью ехать прохладнее и даже безопаснее. У меня уже есть опыт ночных поездок.

Втроём, мы сняли брезент с «Аутлендера».

— Надеюсь, банкроты из «Хёртц» ничего не имеют против, — пошутил Бен, прикручивая клеммы аккумулятора.

Пока Кормак накачивал из бочки бензин, я проверил шины и масло. Стартер взвыл, и на секунду у меня проскочило опасение, двигатель не схватит. Но мотор загудел ровно, успокаивающе, как до Обвала, когда горючее продавали без всяких ваучеров. Я привычно переключил трансмиссию и вывел автомобиль из сарая.

После вечерней дойки все уселись за ужин на веранде. Аманда взмахнула своей волшебной палочкой: жареный гусь, набитый яблоками и с хрустящей на зубах корочкой, был просто великолепен. Сэм принёс из бункера бутылку калифорнийского муската, 1998.

Чтобы поддержать разговор, Сэм принялся давать мне советы. Выглядело будто мы едем не за сто шестьдесят миль [около 240 км] в Хьюстон, а как минимум собираемся пересечь Африку от Каира до Кейптауна. Подбирать себе попутчиков с осторожностью. Проверять, надёжны ли дверь и окна, а если ночь застанет в сельской местности, непременно отдаляться от дорог на две-три мили, стараясь не оставлять следов. Он подарил мне помповое ружьё и две пачки патронов.

Кормак ушёл в дом и вернулся с пластиковой коробочкой: маслёнка, щёточки, отвёртка.

— Следи за оружием, Эндрю, пригодится, — буркнул он и принялся катать вино в бокале, делая вид, что наслаждается ароматом.

— Думала, что будешь делать в городе? — спросила Хейзел у Натали.

— Если школы ещё работают — конечно, в школу, — сказала Нэт.

— А в университет — пойдёшь?

— Попробую. Я думаю, стоит учиться на доктора медицины.

Софи засмеялась. — На доктора? Ты разве не говорила, что хочешь астронавтом, на Марс летать?

— Эт' когда было, Соф!

— А в прошлом году ты мечтала служить в полиции!

— В полиции — эт' шутка. Хотя… Неплохая идея! Я могу быть полицейским доктором. Как в сериале «Расследование преступлений: Майами»…

Остатки гуся и кучу других продуктов завернули в дорогу. Вещей почти не было — всё та же сумка с колёсиками из Лос-Анджелеса и мой чемодан. Свободное место в багажнике до отказа набили недавно собранной кукурузой, добавив несколько банок топлёного масла и свиной окорок. Сэм вручил мне пачку полученных за «излишки» банкнот — десять тысяч долларов. Кроме денег, он отдал ваучеры на горючее: шестьсот двадцать пять галлонов [приблизительно 1140 литров], в городе — целое состояние.