на рукавах, – но вам полезно разнообразить свои умения. Пусть ваша магия послужит не только для развлечения, но и для дела. Используйте ее как угодно. Ваша сила – вам и решать.
– Как угодно, значит?
Ее озорной тон встревожил его.
В это утро Дэрон вышел и отеля пораньше, без Каллии, чтобы дать себе время собраться с мыслями, прежде чем она ворвется в дверь, словно ураган. Но, бродя по коридорам поместья Ранца, он понял, что без этого урагана здесь слишком тихо.
По особняку было заметно, что мэр предпринимал попытки его отремонтировать, но явно забросил этот проект, чтобы сосредоточить усилия на более обжитых районах Глориана. Значит, он не станет возражать, если они просто продолжат его дело. Может, и вовсе не заметит, учитывая, что сейчас все были заняты подготовкой к последнему раунду шоу и балу, который задумала Жанетт.
Вздохнув, Дэрон выбросил из головы мысли о местном высшем обществе и продолжил углубляться в левое крыло здания. Здесь все было погружено во мрак, и лишь редкие лучи утреннего солнца проникали внутрь. В конце коридора виднелась высокая, как колонна, двустворчатая дверь.
Эту часть дома Дэрон еще не успел как следует изучить. Дверь настолько сливалась с тенью, что при быстром осмотре он и вовсе ее не заметил. В другой ситуации Дэрон не решился бы сразу ее открыть, но сейчас что-то заставило его распахнуть створки.
Со всех сторон хлынул свет. Влажный воздух был напитан запахом, которому он не мог подобрать название, одновременно свежим и затхлым, ароматным и прелым. Помещение оказалось неожиданно высоким и широким. Вместо стен и потолков было грязное стекло. Повсюду стояли пустые горшки и лежали засохшие растения.
Оранжерея. Сейчас она пришла в запустение, но когда-то за ней явно ухаживали. У Дэрона дома, в библиотеке, тоже была оранжерея. Совсем другая, но при виде этой он тут же вспомнил яркие цвета и пышную листву. Здесь все было иначе. На полу стояли глиняные горшки с увядшими и засохшими растениями. Деревья, увитые лозой, побелели, как кость. С каждым шагом у Дэрона под ногами хрустели сухие лепестки.
У него в голове уже закружились мысли, как вдруг где-то в отдалении хлопнула дверь.
– Судья, я к вам с доставкой! – прокричал Аарос. – Громкая, характер непростой, фигура с изгибами… – Раздался звук удара, за которым последовал поток ругательств. – Разумеется, я имею в виду скрипку.
«Скрипку?» Дэрон тут же вышел из оранжереи, закрыл ее и прошел обратно по коридору. В дверях особняка стоял Аарос, нагруженный футлярами странной формы. Еще несколько держала Каллия, которая вошла следом, кивнув Дэрону.
Аарос огляделся и присвистнул.
– Значит, здесь теперь ваше гнездышко, голубки?
Дэрон не успел даже нахмуриться, а Каллия уже отвесила ассистенту новый подзатыльник.
– Хорошенькие мускулистые мальчики должны радовать глаз, а не молоть языком, – прошипела она. – И будь осторожен. Канари меня убьет, если я не верну ей все в целости и сохранности.
– Интересно, она бы выдохнула огонь тебе в лицо или выбрала более незаметный способ?
– Мне, в отличие от тебя, выяснять не хочется, – отрезала Каллия, уверенным жестом указывая на гос- тиную.
– Начальство сегодня в ударе. – Аарос мгновенно понял ее и сгреб футляры, бросив на Дэрона сочувственный взгляд. – Я вам не завидую. Особенно вашим ногам.
Поморщившись, Дэрон повернулся к Каллии.
– Что это такое?
– Разве вы не гордитесь мной? – бросила та через плечо, направляясь вслед за ассистентом. – Я ведь обошлась без магии. Возьмете последний?
Дэрон поднял футляр за ручку, чувствуя нарастающую тревогу. Внутри могло лежать что угодно, но вес ящичка выдавал его тайну: в нем скрывался деревянный инстру-мент.
– Я же говорил, никаких танцев.
– Вы не говорили, что мне самой нельзя танцевать, – рассмеялась Каллия из соседней комнаты. – Расслабьтесь, Демарко. Я просто люблю работать под музыку. С ней здесь будет не так мрачно, вы не находите?
Аарос открыл последний футляр.
– Не верьте. – Он хлопнул Дэрона по плечу и наклонился поближе, чтобы заговорщически прошептать: – Поначалу речь идет о музыке для настроения, а потом вы и сами не заметите, как начнете кружить по паркету вместе с ней.
Эта мысль его совсем не вдохновляла.
– Даже не надейтесь.
– Прекрати пугать его своими преувеличениями. – Каллия продолжила аккуратно раскладывать инструменты по полу. – И уходи, пока я слишком занята и не могу свернуть тебе шею.
– Я тоже тебя люблю, босс. – Аарос подмигнул им по пути к выходу. – Ведите себя хорошо, детки.
Дверь закрылась за ним с тихим щелчком, и Дэрон напрягся еще сильнее. Каллия и бровью не повела, сосредоточенно глядя на лежащие перед ней инструменты.
– Вы планируете воспользоваться ими прямо сейчас?
– Насчет магии не волнуйтесь. Они зачарованы, – тут же ответила она. – Любой зритель может заставить их играть, а любой волшебник может управлять ими. Так дешевле, а звучат они вполне неплохо. Судя по всему, эти красотки запоминают все мелодии, которые на них играли, и могут воспроизводить их по щелчку…
Дэрон щелкнул пальцами и дернулся, когда инструменты разразились резким, нестройным воем.
– Как вы смели щелкнуть раньше меня! – возмутилась Каллия, перекрикивая шум.
– Серьезно? – Он смущенно поморщился. – Я бы не назвал это музыкой.
Недовольно вздохнув, она дважды щелкнула пальцами.
Адский хор смолк.
– Дело в том, что эти инструменты были созданы разными мастерами и прошли через руки самых разных музыкантов. Поэтому поначалу каждый играет свою мелодию, и только потом они постепенно подстраиваются друг под друга, – объяснила Каллия, как будто оправдываясь. – А знаете, было бы проще, если бы я вложила в них свои воспоминания.
– Проще? – Магия воспоминаний была весьма непростой областью, но Каллия говорила о ней так, будто это не сложнее, чем расчесать волосы. И она еще считает его строгим наставником! Ее учитель, судя по всему, был суровым, как армейский генерал. – Воспоминания затрачивают много сил. Вы уверены, что готовы расходовать их на несколько мелодий?
Каллия так оторопело уставилась на него, будто Дэрон предложил ей навегда отказаться от пищи.
– Уверяю вас, со мной ничего не случится. И вообще-то я уже много дней не применяла магию. По крайней мере, не в таких масштабах, как я привыкла.
В это Дэрон легко мог поверить. Каллия начала двигаться по-другому – легче, чем раньше. Иногда даже кружилась, переходя из комнаты в комнату, когда думала, что он не смотрит. Дэрон и сам помнил, как испытал эту легкость после окончания карьеры. Без магии он начал мыслить яснее, исчезло постоянное нервное напряжение. Сон стал крепче, ведь больше не нужно было бесконечно тревожиться о том, каких еще невероятных высот придется достичь.
По правде говоря,
