— О’кей! Я буду помнить об этом. А теперь нам надо подытожить все, что мы знаем, и наметить план дальнейших действий. Я разделяю ваше мнение, что Нетта жива. Она каким-то образом принудила Коля покривить душой при опознании трупа. Не обошлось без нее и при похищении тела из морга. Естественно, если бы я увидел его, все бы раскрылось. Прибыв в Лакхейм, немедленно займитесь наблюдением за коттеджем и разыщите Нетту. Я думаю, она прячется где-то там. А я сделаю здесь все, что смогу. Через два дня мы встретимся и посмотрим, чего достигли.
Литбридж заявил, что отправляется в Лакхейм немедленно. Его уход был гораздо более поспешным, чем появление.
Остаток дня я провел в написании первой статьи из серии «Великобритания в войнах» для «Юнайтед Ньюс». Окончив работу к половине седьмого, я решил продолжить эту же тему завтра, а пока закрыл пишущую машинку и стал думать о Нетте. Что я смогу сделать для того, чтобы отыскать пропавший труп? Во-первых, выяснить все возможное о личности Жюля Коля. Если опознанный им труп принадлежит не Нетте, значит, Коль замешан в очень подозрительном деле. Естественно, не следует выпускать его из виду. Потом существует Медж Кенит, жиличка первого этажа. Может быть, она что-нибудь знает? Просто необходимо знать, кто приходил к Нетте в ту ночь. У меня было ощущение, что Нетта не замешана в этой истории, что ее против собственной воли втянули в эту авантюру. Если я прав, то в ночь преступления на ее квартире находилась третья персона. Может быть, Медж Кенит видела этого человека. В конце концов, не помешает нанести визит в клуб «Азур». Следует узнать, не было ли у Нетты какой-нибудь подружки, допущенной к ее сердечным тайнам.
Я приехал в клуб «Азур» без нескольких минут девять. Было еще достаточно рано для начала большой игры, но все же бар был заполнен. Дансинг размещался на том же этаже. Я вошел и, бросив взгляд вокруг, не обнаружил ни единого свободного места. Тогда я направился в бар и уселся на табурет. Бармен немедленно узнал меня и приветствовал широкой улыбкой.
— Привет, Сэм, как поживаете? — Я улыбнулся в ответ.
— Очень хорошо, мистер Хармас. Приятно видеть вас снова. А как ваши дела? — Он поставил передо мной стакан, протертый с особой тщательностью. — Что будете пить, сэр?
— Скотч, — ответил я, оглядываясь вокруг.
После того как мы обменялись мнениями относительно доброго старого времени, я сообщил ему причину приезда в Лондон и закончил:
— Я очень огорчен историей с Неттой. Вы ведь читали газеты?
— Конечно, читал. — Лицо Сэма стало печальным. — Совершенно непонятно, зачем она это сделала. Нетта отлично справлялась со своей работой. Брендон делал все, что она хотела. Может быть, вы понимаете что-нибудь?
Я отрицательно покачал головой.
— Нет, Сэм, я тоже ничего не понимаю. Конечно, я прочел об этом в газетах, но рассчитывал, что ты мне все объяснишь. Бедная девочка! Теперь мне ее будет недоставать. А что собой представляют здешние курочки?
— Они охотно променяют вас на пару перчаток, — проговорил Сэм презрительно. — Ум их весьма ограничен, если вообще имеется в наличии… На вашем месте я бы избегал их, за исключением, конечно, Кристины… Вам нужно повидать ее… Это что-то необычайное. Я могу познакомить вас с ней, если вы жаждете человеческого общества.
Это имя было для меня незнакомым, и я спросил у Сэма:
— Значит, она новенькая?
— Новенькая и пикантная. — Сэм поднял большой палец. — Она здесь уже около года. Ну что, наливать?
— Валяйте, — я пододвинул стакан к нему. — И для вас тоже, Сэм, хорошо? Эта Кристина, случайно, не была подругой Нетты?
— Разве я могу знать, дружили они или нет? Во всяком случае, они отлично ладили. Я пойду поищу ее.
Я заканчивал уже второй стакан виски, когда Сэм вернулся и заговорщицки подмигнул мне.
— Через две минуты, — сказал он, начиная готовить мартини.
Кристина появилась на добрую дюжину минут позже. Я заметил ее прежде, чем она увидела меня. В ее внешности было что-то пикантное. Может быть, причиной этому были ее большие васильковые глаза или курносый носик. Сэм сделал девушке знак рукой, и ока приблизилась, разглядывая меня оценивающим взглядом.
— О! — воскликнула она.
— Кристина, это мистер Стефан Хармас. — Сэм подмигнул мне. — Он вынужден брить волосы на груди при помощи садовой машинки.
Она слегка пожала мою руку.
— Гадая утром на кофейной гуще, я увидела мужчину, очень похожего на вас. Что ж, видимо, сегодня действительно будет весело.
— Разве в «Азуре» можно повеселиться по-настоящему? — удивился я. — Здесь слишком много народу, чтобы чувствовать себя непринужденно.
— О! Но я люблю, когда вокруг много людей. — Ее глаза заблестели. — Мой отец всегда говорил, что молодая девушка ничем не рискует среди толпы.
— Ваш отец… — я сделал удивленные глаза. — А представьте, что вы упали среди толпы моряков…
Кристина наморщила лоб, размышляя над моими словами.
— Я не думаю, что мой отец был как-то связан с моряками, — серьезно ответила она. — Он таксидермист — набивает чучела птиц и зверей.
— Оставим вашего отца в покое, — быстро проговорил я, — лучше поговорим о вас. Не хотите ли выпить?
— О, я бы не отказалась от двойного джина с капелькой лимонного сока, — оживилась она. — Как вы думаете, это возможно?
Я сделал Сэму знак головой и подтащил к стойке еще один табурет, приглашающе похлопав по нему рукой.
— Садитесь, — сказал я. — Вам нравится здесь?
Она взобралась на табурет, положив маленькие ручки на стойку.
— О, я обожаю это место, — призналась она. — Здесь все на высшем уровне. Вы не можете даже представить, как я скучала дома. Там были только папа, я и чучела. Вы бы удивились количеству животных, которых приносят папе. В настоящее время он работает над целой коллекцией. Очень богатый сноб заказал ее. — Неожиданно в голову ей пришла какая-то мысль, и она схватила меня за руку. — Вы, случайно, не привезли с собой пары шелковых чулок?
— Ну разумеется, у меня есть полдюжины пар в отеле.
— Шесть пар! — повторила она шепотом, полным благоговейного восторга.
— Я привез их для Нетты Скотт. Года два назад она была моим другом.
— Нетта? Вы знали Нетту? — В глазах Кристины было недоумение.
— Разумеется.
— И вы привезли ей чулки?.. Но ведь она мертва! Или вы этого не знаете?
— Теперь знаю.
— Значит, вам некому их отдать… — она запнулась и покраснела. — О, какая я бессовестная! Бедная Нетта! У меня прямо сердце обливается кровью, когда я думаю о ней. Я могу сейчас заплакать.
— Если вы не против, эти чулки ваши. Нетте они действительно больше не нужны.
— Я просто не знаю, что вам сказать… — Ее глаза заблестели. — Это доставит мне огромное удовольствие… Но все же… Нетта!.. Надеюсь, вы понимаете… ведь для меня они так необходимы…
— Неужели?
Она немного подумала, наморщив брови. Я уже понял, что размышления были для нее трудной работой.
— Я не знаю… Не думаю… Я хочу сказать… А где они находятся?
— Я же сказал, в отеле «Савой». Хотите пойдем туда, и я отдам их вам.
— Вы хотите сказать, сейчас, вот в это мгновение?
— А почему бы и нет? Разве вы не имеете права выйти отсюда?
— Мы здесь совершенно свободны. Вы не находите это странным? — Она нервно рассмеялась. — Я понимаю, что буду вынуждена войти в вашу комнату и там не будет толпы…
— Никакой толпы, только вы и я. — Я допил свое виски. — Позади этой лавки есть гараж?
Она утвердительно кивнула головой.
— Да, большой гараж. Но почему вы об этом спрашиваете?
— Представьте себе, — я похлопал ее по руке, — что существуют старые американцы, помешанные на церквях. Я же помешан на гаражах. Вы будете просто поражены, когда узнаете, насколько это интересное занятие. Ведь все гаражи разные. Они вызывают страстный и беспредельный интерес.
— Но почему именно гаражи? — недоумевала она.
— А почему старые церкви? — вопросом на вопрос ответил я. Но этого было уже слишком много для ее маленькой головки.
— Я полагаю, вы правы. — Она взяла меня за руку. — Мой дядя обожал ходить по кафе. Это, вероятно, увлечение такого же рода?..
— Думаю, что да.
Я проводил ее до двери. Едва мы вышли из клуба, как я заметил женщину, поднимающуюся по ступенькам нам навстречу. На ней было надето черное вечернее платье. Массивная золотая цепь обвивала дряблую шею. Черные волосы были зачесаны назад, а лицо, широкое и неприятное, лоснилось от косметики. Я посторонился, чтобы дать ей пройти. Она глянула на Кристину равнодушным взглядом и прошла мимо, не обращая на меня никакого внимания. Я ошарашенно посмотрел ей вслед, а по моей спине пробежал холодок. Женщина, только что проследовавшая мимо нас, была миссис Бремби.
