велось строго, впрочем, Виллим Иванович чистосердечно сознался во всех своих грехах, утаив, быть может, количество встреч с Екатериной (да разве такое упомнишь за 13 лет, даже если очень любишь!), количество взяткодателей и суммы, полученные от них (это тоже трудно запомнить даже самому выдающемуся скряге). Не вдаваясь в подробности того двойного дела, скажем сразу: Монса приговорили к смертной казни, приговор привели в исполнение, голову бывшего возлюбленного, а для российских обывателей – страшного взяточника, повесили на кол, показали его специально доставленной на место казни возлюбленной. Как был зол Петр!
Некоторые биографы пишут о том, что император хотел казнить Екатерину, но его отговорили А.И. Остерман и П.А. Толстой, аргументируя это тем, что казнь супруги вызовет нежелательный резонанс за рубежом, чего Петр Великий не хотел, мечтая выдать дочерей своих за сыновей царствующих в Европе особ. Да, тяжелое это дело – монаршее. Захочешь порешить жену за измену – узнай, как на это посмотрят люди с коронами, которых ты знать не знаешь и не хочешь знать!
Пожалел царь Екатерину, но, умирая в 1725 году, не назвал официального престолонаследника, хотя Екатерина на это рассчитывала. Подвел ее Петр под монастырь в самом прямом смысле этого слова, а то и на эшафот. В ночь с 27 на 28 января собрались члены Сената, Синода и генералитет во дворце вопрос решать: кому править Российской державой. Для двух человек этот вопрос ставился так: жить или не жить. Для многих других россиян решение Сената тоже было важным, но не до такой степени. Собравшиеся «верховные господа» разделились на две партии: одна выражала интересы допетровской знати и мечтала посадить на троне малолетнего внука умершего монарха, Петра Алексеевича, другая, из «петровской волны», хотела сделать императрицей Екатерину. Спорили люди.
Незаметно в зал вошли гвардейские офицеры, они одобрительно зашумели во время выступления П.А. Толстого, представлявшего интересы Екатерины, а тут еще раздался гром барабанов гвардейских полков, подкупленных вдовою Петра.
Екатерина стала первой женщиной, официально возглавившей Российское государство, императрицей! Неоценимую услугу в этом ей оказал Александр Данилович Меншиков, которому победа противной стороны не сулила ничего, кроме смертной казни (за взяточничество, например).
О том, как в деталях происходил государственный переворот, в результате которого на российский трон воссела Екатерина, можно прочитать в многочисленных книгах. О том, почему мужчины смирились с тем, что руководить ими будет женщина, мы поговорим чуть позже.
Сейчас важно другое. Бывшие любовники, оба из «кухарок» из рода «золушек», встали у руля крупнейшего государства. Мечта многих завистливых людей сбылась. Мечта всех бедных проституток земного шара сбылась. Сказка стала былью. Золушка у власти. Ни один, даже самый добрый сказочник не додумался до такого изворота сюжета.
Могла ли Екатерина I править долго? Мог ли Меншиков тщеславный осуществить свои, очень уж далеко идущие планы, опираясь на поддержку бывшей любовницы, которая, как утверждают некоторые историки и очевидцы тех времен, почти не занималась проблемами государства, доверив хлопотное для женщины ее склада занятие преданным ей людям во главе со своим бывшим любовником и хозяином? Чтобы ответить на эти вопросы, нужно помнить о том, что в истории великих держав, как и в судьбах великих людей, много логичного, в чем может убедиться любой трудолюбивый читатель, в том числе и женщина, внимательно ознакомившись с историей, например, Древнего Рима либо с судьбой того же Цезаря и его приемного Октавиана. Кстати сказать, в Петре Великом соединились обе эти выдающиеся личности Древнего мира. Убедившись в правомерности утверждения о том, что в жизни великих держав и в судьбах великих людей много логичного, читатель легко ответит на поставленные выше вопросы, причем отрицательно.
Не могла золушка-прачка долго управлять европейской державой (а тем более евразийской) в начале XVIII века н. э., не могла! Это было не логично. Этого не допустили бы ни европейские монархи, ни азиатские правители. Вспомним, как мыкался безродный Борис Годунов, царь, так и не пристроивший свою красавицу-дочь замуж за какого-нибудь европейского сынишку царственного рода. Случайно ли это? Нет, не случайно. Со свиным-то рылом да в калашный ряд.
Те, кто поддержал Екатерину и Меншикова в первые после смерти Петра Великого часы, о логике истории не думали. И, в конце концов, они проиграли.
Екатерина I не имела ровным счетом ничего для серьезной работы на новой высочайшей – монаршей – должности: ни образования, ни опыта, ни таланта руководителя столь высокого ранга, и, вероятнее всего, именно эти ее качества привлекали некоторых государственных деятелей, надеявшихся управлять государством, управляя Екатериной.
Около двух с половиной лет она была императрицей Всероссийской. Нельзя говорить вслед за некоторыми историками, что ее влияние на государственные дела сводилось к минимуму, что все эти тридцать месяцев страной управлял ее фаворит – Меншиков. Если бы это было так, то Александр Данилович смог бы, пользуясь неограниченной властью и огромными, в том числе и финансовыми, возможностями, обеспечить себе и своей семье, детям своим более достойное будущее. Не обеспечил. Потому что был он всего-навсего фаворитом императрицы и бывшим любимчиком Петра Великого.
Во времена правления Екатерины I российское правительство попыталось осуществить плавный переход работы государственного механизма и всего государства в целом из напряженнейшего состояния Петровых бурных преобразований в менее напряженное, но не менее конструктивное состояние. И надо признать, что в глобальном смысле в данном вопросе было сделано не мало, а значит, и работу Екатерины I, одной из самых удачливых золушек земного шара, на посту императрицы Всероссийской нужно признать положительной. Недеяние есть тоже деяние. Эту истину полезно знать некоторым правителям: не можешь – не мешай. Что и делала Екатерина I, не мешая, но подглядывая.
Экономическое состояние государства по оценкам высокопоставленных сановников было, мягко говоря, плачевным. «Испуганное всеобщим разорением страны, правительство не только не развивает дальше реформы Петра, но и многие из них уничтожает, многие искажает» (С. Вознесенский). Слишком большое ускорение задал Великий преобразователь, слишком много сил и средств потратила страна, устала. Нужна была передышка. Нужно было осознать содеянное Петром, чтобы спокойно, без напряженных рывков идти дальше. На эту передышку требовалось время. Правление Екатерины I тем-то и примечательно, что оно являлось началом «отдыха».
В международных делах правительство первой женщины на российском престоле не изменило традициям Петра и не сдало позиций, которые он завоевал.
В последние месяцы жизни императрица решала важнейший вопрос престолонаследия. В этом вопросе дела ее были плохи. Даже преданные люди не захотели, чтобы она объявила наследником престола ни дочь Анну, вышедшую замуж за герцога Голштинского, ни Елизавету – невесту князя Любского. Екатерина сдалась. Объявила наследником Петра Алексеевича, внука Петра Великого.
