От наблюдающей толпы послышались любопытные шепотки, но никто не возражал. Рук подождал, пока шум стихнет, и продолжил.
— Следующий раунд будет представлять собой традиционные «нокауты» между двумя кадетами, но без заклинаний и без демонов. Как показывает история, бойцы редко доходят до ближнего боя, предпочитая швырять заклятия или позволять демонам сражаться за них. Будет жаль тех лет, что ваши дети потратили на тренировки на мечах, даже до того, как приехать в академию. Второй раунд даст возможность продемонстрировать это важное умение.
В этот раз аристократы на трибунах согласно закивали, но генералы не казались особо счастливыми от этого решения, поджимая губы и обмениваясь покачиваниями голов.
— Я возражаю. Это даст несправедливое преимущество детям аристократов, у которых были личные наставники в боевом искусстве, — произнес один из генералов, обращаясь прямо к Сципиону. — Мы бы предпочли возможность справедливо оценить способности кадетов.
— Возможно, вы бы предпочли, чтобы мы вообще отстранили аристократов от участия просто потому, что они лучше подготовлены? — ответил Рук с ноткой сарказма в голосе. — Разве у них также не было тренировки в работе с заклинаниями перед прибытием в Академию Вокана? Может, стоит сократить турнир до экзамена по демонологии?
Сципион поднялся и повернулся к говорившему генералу.
— Боюсь, мне придется согласиться с инквизитором Руком. Мне поначалу тоже непросто было примириться с изменениями, но потом я вспомнил вот о чем. Война сама по себе несправедлива. Слабый погибает, сильный выживает. Если турнир не сбалансирован, разве это не дает нам более точную имитацию настоящей битвы?
— Я также установил, что во второй тур пройдет равное количество аристократов и простолюдинов, — объявил Рук. — Простолюдины и дворяне не будут соревноваться друг с другом в тройных битвах, так что группы не будут смешаны. Это вас устраивает?
— Да, инквизитор. Спасибо. — Генерал снова сел, хоть на лице и сохранилось хмурое выражение.
— Хорошо. Третий и четвертый раунд будут представлять собой традиционные дуэли, так что думаю, тут не будет разногласий. А сейчас арена должна быть подготовлена к первому раунду, — сказал Рук, потирая руки. — Сэр Колдер! Отведите кадетов в их камеры!
49
Флетчер сидел в темной тюремной камере, сердце трепыхалось, как птица в клетке. Он надеялся, что сможет посмотреть турнир, но правила гласили, что все участники должны ждать отдельно. Казалось, прошли уже часы, и ожидание было хуже всего.
Он рассматривал свою руку, водя по черным линиям, которые нарисовал Атол. В центре его ладони располагалась пентаграмма, пятиконечная звезда внутри круга. Если все пойдет по плану, он сможет призывать и вбирать в себя демона, просто направляя на его ладонь, вместо того, чтобы усаживать демона на кожу для призывания. Хотя он и не имел понятия, насколько это поможет ему в битве.
Указательный палец остался чистым, чтобы он мог спокойно им чертить символы, на случай, если ему придется использовать другие заклинания. Другие пальцы были покрыты татуировками с символами четырех боевых заклинаний: телекинеза, огня, молнии и щита. Если повезет, он сможет выстреливать маной из каждого пальца без надобности черчения символа в воздухе.
Внезапное жужжание его напугало. Показался Валенс, который проскользнул через прутья клетки и приземлился на его колени.
— Пришли посмотреть, капитан Ловетт? — поинтересовался Флетчер, гладя гладкий панцирь жука.
Валенс пошевелил усиками и радостно зажужжал. Каким-то образом Флетчеру стало лучше.
— Надеюсь, вы посмотрите турнир. Приятно, что кто-то будет за меня болеть. Или жужжать.
В коридоре послышались шаги, и жук сорвался с места, спрятавшись в темном углу камеры.
— Флетчер.
Это был сэр Колдер, глядевший на него через прутья камеры.
— Твой черед.
Флетчер стоял на деревянном помосте на краю арены, спиной к зрителям. Перед ним был расстелен большой кусок кожи для призывания. Рори и простолюдинка со второго курса, которую звали Эмбер, стояли на собственных помостах на равном расстоянии с каждой стороны. Он чувствовал на себе взгляды Фавершемов, от чего у него волоски вставали дыбом. Глаза Рори также были полны злобы, как будто возвращение на арену напомнило ему о якобы предательстве Флетчера. Тряхнув головой, Флетчер заставил себя не обращать на них внимания и сосредоточился на задании.
Поле боя усыпали большие острые скалы, как будто огромный красный валун разбили и разбросали по песку. В самом центре возвышалась гигантская глиняная колонна примерно в тридцать футов высотой. От основания до вершины ее спиралью обвивали мостки, достаточно широкие, чтобы на них уместилась лошадь.
Он уловил почти неразличимый гул над собой и посмотрел вверх. Мимо как раз пролетел Валенс, сделал круг над ареной и приземлился на выпуклый потолок, смешавшись с тенями. Флетчер улыбнулся. Ловетт достались наилучшие места.
— Правила раунда просты, — объявил Рук с трибун. — Выигрывает тот демон, который первым доберется до вершины колонны и продержится там десять секунд. Вы будете использовать только заклятие телекинеза. Нападать на соперников запрещено. Покидать платформу запрещено. При нарушении этих правил вы будете немедленно исключены. Начали!
Флетчер бухнулся на колени и расположил руку на коже, призвав Игнатуса вспышкой маны. Он подтолкнул его камнем виденья. Игнатус издал взволнованное верещание и без колебаний спрыгнул на арену.
Напротив него Эмбер призвала Скоропута, а Малахи уже зигзагами летела к колонне. Рук хорошо выбрал противников Флетчера — летающих демонов. Один маленький, и в него трудно попасть. Второй большой, но его трудно сбить. Будет нелегко.
Флетчер поднял руку и направил на Малахи татуированный палец.
— Лишь бы сработало,— прошептал он сам себе, призывая ману.
Воздух затрепетал, затем Малахи сбил невидимый луч, и она шлепнулась на скалы внизу. Сработало!
— Давай, Игнатус, вперед!
Саламандра помчалась, петляя между скал, а Рори и Эмбер неистово ее обстреливали. Песок рядом с Игнатусом то и дело взлетал в воздух. Скалы рассыпались, во все стороны брызгали бритвенно-острые осколки. Когда демон предпринял летящий прыжок к мосткам, в него попал сильный кинетический удар Рори и он свалился на скалу у основания колонны. Флетчера пронзила тупая боль, но он знал, что Игнатус был не сильно ранен.
Скоропут уже спрыгнул на землю, предпочитая прятаться среди скал, чем быть сбитым в воздухе. Флетчер воспользовался возможностью надеть линзу, прежде чем Малахи предприняла еще одну попытку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
