— Потому что, чтобы обеспечить достаточно сильный барьер, требуется по крайней мере четыре сильных призывателя, — пояснил Отелло. — Несколько аристократов должны будут объединить ману и во время битвы обеспечить к тебе постоянный поток. Не считая турнира, заклинание почти не используется. И кроме случаев, конечно, когда на поле боя сам король.
— Понятно. Ну, давайте надеяться, что оно сработает. Меня не прельщает идея расстаться с головой, — сказал Флетчер, поманив Игнатуса к себе на колени.
— Давай я вылечу Игнатуса, — предложила Сильва, заметив настроение Флетчера.
— Не надо. Тебе понадобится вся твоя мана, чтобы победить Форсайтов в третьем и четвертом раунде. С ним все будет хорошо, — сказал Флетчер, жалея, что сам не может это сделать. К несчастью, обычно символ исцеляющего заклятия был очень нестабилен, а Флетчер был далек от того, чтобы овладеть им.
— Дай-ка мне взглянуть. — Флетчер поднес Игнатуса к глазам.
Царапина была неглубокая, гораздо мельче, чем Флетчер ожидал. На самом деле, она как будто затягивалась у него на глазах. Он выпрямился и со все возрастающим удивлением смотрел, как порез сам постепенно залечивался.
— Обалдеть, — пробормотал Флетчер. — Ты не перестаешь меня удивлять.
Игнатус замурлыкал, когда Флетчер провел пальцем по целехонькой коже.
— Кто-то идет, — предупредил Отелло, отодвигаясь поглубже в свою камеру.
Показался сэр Колдер, который вел за собой счастливого Серафима.
— Я все равно не понимаю, почему они держат вас в клетках, как чертовых преступников, — проворчал сэр Колдер, отпирая для Серафима камеру напротив Флетчера. — Меньшее, что я могу сделать — привести вам компанию.
— Вы знаете, кто сражается следующим? — спросил Флетчер.
— Ага. Похоже, никто из второкурсников не прошел во второй тур. Серафим сражается с Тарквином, Сильва с Исадорой, Отелло с Руфусом, Флетчер с Маликом. Вам придется попотеть, чтобы победить, всем вам. Особенно, тебе, Флетчер. Ты сражаешься первым, и Малика тренировал его отец. Я скоро за тобой приду, они как раз ищут добровольцев для заклятия барьера для Малика.
Он похромал прочь, все еще ворча. Клацанье деревянной ноги гулко раздавалось в коридоре.
— Я вам так скажу, если нам не по себе в этих клетках, представьте, как их ненавидят аристократы, — весело сказал Серафим.
— Я так гляжу, ты выиграл? — спросил Флетчер.
— Конечно. Сливер вырубил Барбароса несколькими ядовитыми шипами с хвоста. Атлас не обрадовался! Клещ второкурсника просто прятался под камнем до самого конца. Кто бы ни участвовал в предыдущей битве, он от колонны камня на камне не оставил! Половина этой штукенции была снесена к тому времени, как я до нее добрался, не говоря уже о состоянии Клеща Рори. Чувак до смерти напугал ту второкурсницу!
— Как Рори? — спросил Флетчер, снова почувствовав укол вины.
— Он выглядел очень расстроенным. Когда я его видел, Малахи все еще лечили. Проигравшие сидят среди зрителей, так что скоро сам увидишь. В следующем раунде у нас будут зрители, это уж точно, — ответил Серафим, все еще улыбаясь.
— Мы должны победить Исадору и Тарквина. Вот почему мы здесь. Вот почему я почти убил Малахи. Так что будь добр, сделай мину поприличнее, — набросился на Серафима Флетчер.
— Извини, — произнес Серафим. — Я не имел в виду…
Снова послышались шаги сэра Колдера, от чего они все нервно замолчали.
— Пойдем, Флетчер. Ты первый, — угрюмо позвал сэр Колдер.
Он отпер клетку и, бросив на остальных последний взгляд, Флетчер последовал за ним.
— Помни, что я говорил тебе, Флетчер. Это не гонка, тут нет места эмоциям. У тебя военная карьера, это просто работа. Малик знает, что ты нетерпелив, что твои эмоции могут взять верх. Так и надо, пусть думает, что именно так ты будешь себя вести. Используй это.
С этим напутствием сэр Колер вытолкнул его на арену.
— А, Флетчер. Позволь сказать, мы все были очень впечатлены твоим выступлением в прошлой битве. Оно удивило нас всех! — Сципион положил руку Флетчеру на плечо и повел его на заваленную камнями арену. — Необычайно быстрое черчение, я вообще не увидел, чтобы твой палец двигался. А насчет Саламандры — что за зрелище! Уверен, что ты уже заслужил звание лейтенанта первого ранга, если какой-нибудь генерал разглядел тот же потенциал, что и я!
Флетчер едва ли слушал, вместо этого уставившись на лицо Рори с дорожками слез, прижимающего Малахи к груди. Демон слабенько трепыхал крыльями, но вроде был жив. От облегчения у Флетчера закружилась голова.
— Рори, она в порядке? — крикнул Флетчер через арену.
— Уж точно не благодаря тебе,— прокричал Рори в ответ. Боль явственно прозвучала в его голосе, но настоящей злости не было, только остатки страха.
— Прости, Рори, — продолжил Флетчер, но Рори уже отвернулся, хлопоча над раненым демоном.
Несмотря на это Флетчеру стало гораздо лучше. С Малахи все будет в порядке, вот что имело значение. А Рори со временем его простит.
Только тогда он увидел Малика с саблей в руке, и резко вернулся в реальность.
— Мне нужны добровольцы, чтобы обеспечить щит кадету Вулфу, — объявил Сципион толпе.
— С удовольствием, — крикнул Захария Форсайт. — И я уверен, что Фавершемам тоже не терпится помочь. Инквизитор Рук, вы к нам присоединитесь?
Флетчер побледнел, когда Фавершемы и Захария спустились к арене. Парочка даже не пыталась скрыть ненависть в глазах. Неужели Сципион и правда позволит им отвечать за жизнь Флетчера?
Сципион прокашлялся и подозрительно на них посмотрел.
— Хоть я и уважаю ваше желание забыть о... разногласиях, которые есть между вами и Флетчером, лорд и леди Фавершем, я настаиваю, чтобы Рук продолжал следить за турниром. Нет, я сам возьмусь за это.
— Но, милорд, — заикнулся Захария. — Вы же… на пенсии, разве нет?
— Король оказал мне милость и прислал прошлой ночью свиток призывания. — Сципион вызвал вирдлайт, затем потушил его в кулаке. — Он считает, что скоро я понадоблюсь на орочьем фронте и что уже слишком долго предаюсь горю. И я склонен с ним согласиться. Я должен оставить смерть моего первого демона, которая произошла так давно, позади и двигаться дальше. Мой новый детеныш Кошки все еще растет, но я уверен, что с такими могущественными призывателями, как вы, у меня все получится. А теперь, не обращай на нас внимания, Флетчер. Ты почувствуешь легкое покалывание на коже, но это все. Обо всем остальном мы позаботимся.
Четыре боевых мага взялись за руки, и Сципион начал чертить в воздухе комбинацию символов.
— Вперед, Флетчер, — сказал Сципион. — Малик ждет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
