– Не возражаю, – ответила Садира, присоединяясь к сторонникам Раин. – А теперь пора выступать. Я должна добраться до Расколотого камня как можно быстрее.
15. Расколотый камень
Садире казалось, что она и Грисси бегут целую вечность. Каждый вдох давался ей с трудом, отзываясь болью в груди, каждый шаг вызывал раздражение и отдавался в голове тупой болью. Еще много часов назад она перестала ощущать свои покрывшиеся царапинами и волдырями ноги. Бежала она, механически переставляя ноги.
– Продолжай бежать, – проговорила Грисси, легко и непринужденно бежавшая рядом с колдуньей. – Теперь уже совсем близко. Только не останавливайся.
Не будь Садира настолько усталой, она непременно ударила бы «железную» женщину. Грисси твердила то же самое в течение четырех вечеров подряд, после того как все остальные члены клана исчезли за горизонтом, оставив их вдвоем тащиться по пустыне.
– Хватит, замолчи, – прохрипела Садира. – Сколько ты можешь говорить одно и то же?
Она сама не узнала собственный голос. Ее горло распухло от жажды, и она лишь с трудом могла дышать.
– Не возмущайся, а лучше посмотри туда, – ответила Грисси, указывая в сторону горизонта. – Разве ты не видишь их?
Садира, не отрывавшая глаз от оранжевой пыли под ногами, слегка подняла голову и взглянула вперед. Ее тень падала на землю рядом с тенью Грисси, образуя на неровной поверхности нечто вроде извивающегося угря. Десятка три длинных стебельков какой-то травы, кото-рыми побрезговали даже неприхотливые канки, лениво покачивались на легком ветерке. Лиловые тени сумерек уже начали постепенно подниматься от земли, заполняя пространство между скалами. На горизонте необычная сеть фиолетовых линий, издали похожая на паутину, покрывала отлогую возвышенность, по форме напоминавшую песчаный холм.
– Потерпи еще несколько минут, и ты сможешь отдохнуть, – подбодрила колдунью Грисси.
– Если только не завалюсь, поднимаясь на этот холм, – пробормотала колдунья.
На этот раз ее слова было почти невозможно разобрать. Грисси сняла с плеча ставший совсем плоским бурдюк для воды и, развязав, протянула его Садире.
– Выпей, – заботливо проговорила она. Садира сердито посмотрела на спутницу, но бурдюк взяла и тут же приложила его горлышко ко рту. Стараясь держать подбородок пониже, чтобы ее глаза могли следить за дорогой, она подняла бурдюк вверх. Садира продолжа-ла дышать носом, когда почувствовала, как струйка горячей затхлой воды потекла в распухшее горло. Не меняя темп бега, она держала бурдюк в том же положении, не желая терять последние капли драгоценной влаги.
Жадно проглотив остаток воды, Садира бросила бурдюк Грисси.
– Ты же сказала мне часа два назад, что воды больше нет, – укоризненно произнесла колдунья. Теперь ее слова уже были вполне различимы.
– Всегда старайся сохранить последний глоток воды до тех пор, пока не окажешься неподалеку от места, где можно напиться, – посоветовала колдунье Грисси, забрасывая бурдюк на плечо.
Садира снова попыталась вглядеться в темные линии на горизонте. На этот раз ей показалось, что она различает покачивающиеся на ветру кроны сотен деревьев.
– Слава Ветру Пустынь! – ахнула она. – Это же оазис.
– Там нет никакого оазиса. Это Расколотый камень, – пояснила Грисси, указывая в направлении вер-шины холма. – Видишь?
Садира искоса взглянула на видневшиеся вдали деревья.
– Нет, – ответила она. – На что же я тогда смотрю?
– На Расколотый камень, – сказала Г]рисси. – Я, видимо, никогда не пойму, как это городские люди ухитря-ются прожить всю свою жизнь, оставаясь: полуслепыми.
Садира никак не отреагировала на последнее замечание, неожиданно почувствовав, что ее ноги снова обрета-ют чувствительность. Не обращая больше внимания на пульсирующую боль в спине, она резко увеличила темп бега. Усилие немедленно сказалось на ее самочувствии. У нее застучало в висках, словно кто-то старательно загонял в них деревянные клинья для расширения трещин в ска-лах. Но она продолжала бежать, не снижая скорости.
Вскоре ее глазам предстал походный лагерь эльфов. Воины разбрелись по всей вершине холма. Большинство расселось вокруг костров, на которых готовился скудный ужин. Дети уже отвели канков пастись и стреножили их на ночь.
– Я, должно быть, бежала сегодня быстрее, – заметила Садира. – Обычно половина клана уже спит, когда я добираюсь до лагеря.
Грисси отрицательно покачала головой.
– Ты бежала нисколько не быстрее, чем раньше, – сказала она. – Просто сегодня дистанция 'была покороче.
Наконец женщины добежали до подножия холма и начали подниматься вверх по склону. Подъем оказался очень тяжелым, так как им пришлось перебраться через сеть оврагов, заросших качающимися на ветру хилыми деревцами и колониями желтых ноздреватых грибов. Эти овраги, по-видимому, появились тут еще в стародавние времена. Поговаривали, что они – творение давно исчезнувшего народа. Они располагались концентрическими кругами и имели одинаковую ширину и глубину. В некоторых местах от них отходили узкие канавы, соединявшие их с другими оврагами. Именно они и придавали всей системе вид паутины.
Когда женщины выбрались из последней траншеи, Грисси повела Садиру вверх по направлению к вершине холма. Там из серовато-коричневой земли торчал огром-ный круглый диск, высеченный из гранитного монолита. Высотой он был по плечи Садире. Его центральную часть рассекала узкая зигзагообразная трещина длиной метра в три. Из нее доносился пронзительный гул, периодически прерываемый громким бульканьем и звуком струящейся воды.
Раин, Хайар, Магнус и несколько других эльфов стояли на верхушке монолита около трещины. Все взгляды их были устремлены на веревку из волокон конопли, которая была привязана к древку копья и сброшена вниз. Грисси тоже забралась на камень, потом помогла подняться и Садире.
– Дайте мне попить, – с трудом проговорила Сади-ра, пытаясь перевести дух и отдышаться.
Хайар до крайности удивил Садиру, предложив ей свой почти густой бурдюк. Садира недоверчиво взглянула ему прямо в лицо, но, не заметив подвоха, взяла бурдюк и псспешно приложила его к своим потрескавшимся губам. Тонкая струйка горячей зловонной воды потекла ей в рот, но быстро иссякла.
Садира швырнула бурдюк обратно Хайару.
– Мне сейчас не до шуток,– зло фыркнула она. Взглянув на сестру, она спросила: – Не дашь ли ты мне свежей водички?
– Хайар отдал тебе всю оставшуюся у нас воду, – ответила Раин.– Потерпи немного, дети сейчас подне-сут еще.
Садира уселась на теплый камень, слишком уставшая, чтобы стоять. Хайар переступил через трещину и подошел к ней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
