Следователь на минуту задумался, а затем продолжил объяснения:
– Вам следует четко усвоить себе нашу позицию. Аджитар – высокотехнологический гекс. Все свои знания в области электричества мы получили на основе изучения собственных тел. Наука здесь – царь и бог. В данный момент мы готовимся к войне за части космического корабля, на котором потерпела аварию ваша группа. И вот появляетесь вы – абсолютно невежественный, не владеющий ни одной полезной для нас специальностью. Конечно, вы молоды, сильны, и это почти все. Вы должны как-то приспособиться к новой жизни, поскольку до конца своих дней останетесь аджитаром. Изучив материалы, касающиеся вас, мы обнаружили, что единственным вашим достоинством является хорошее владение оружием и умение метко стрелять.
– Где находятся мои спутники? – спросил он, недовольный тем, какое направление принял разговор. – Мне хотелось бы связаться с женщиной, Маврой Чанг…
– Это невозможно, – заявил его собеседник. – Она в руках лат, и, хотя те пока занимают нейтральную позицию, в душе, а может быть, и в своей политике они нам враждебны. – Он вздохнул. – Думайте лучше о том, что единственная возможность для вас адаптироваться к новым условиям – дисциплинированно трудиться в аджитарском обществе.
* * *
Ренара призвали в армию.
Две недели продолжалась напряженная базовая подготовка, и времени на размышления у него практически не было. Судя по всему, это и планировалось. Однако благодаря жизни в казарме он приобрел нескольких друзей и получил полное представление о том, что происходит в Аджитаре. Он узнал о союзе с Макиемом, в котором доминантной расой были гигантские лягушки, и гексом Себу, населенном какими-то летающими рептилиями.
Настоящим ударом для него стало известие о том, что Антор Трелиг превратился в макиема.
Вспышка бешенства, охватившая его в первые минуты, сменилась глубоким унынием. Ирония судьбы: бежать с Новых Помпеи, скитаться по незнакомой и чуждой планете, победить губку и все это для того, чтобы снова служить Антору Трелигу. Неужели компьютер Колодца хотел посмеяться?
Военные учения оказались тяжелыми, но увлекательными. В рукопашном бою аджитар мог легко убить противника с помощью электричества. Хотя обычно напряжение электроэнергии, аккумулируемой средним аджитаром, составляло несколько тысяч вольт – вполне достаточно для нанесения смертельного удара, – потенциально его можно было довести до шестидесяти тысяч вольт! Перегрузка исключалась, но во избежание непредвиденных осложнений любую дополнительную энергию необходимо было немедленно высвобождать. Одно лишь статическое электричество не могло генерировать такое чудовищное напряжение, но каждый аджитар обладал способностью абсорбировать дополнительное количество электричества из различных искусственных источников. Даже из таких примитивных устройств, как громоотводы. Местные жители были абсолютно невосприимчивы к электрошоку; они не могли убивать друг друга электричеством, но могли обмениваться аккумулированной энергией. Ренара и других молодых солдат учили даже тому, как абсорбировать энергию умирающих или только что умерших товарищей.
При этом ни один аджитар не мог разрядиться случайно, даже во сне. Мысль об этом сильно тревожила Ренара – он хорошо помнил поджаренный персик; однако его уверили, что такое случается очень редко. И все же кровати на всякий случай были изготовлены из непроводящих материалов, поглощающих энергию.
Стрельба давалась ему легко; хотя и ружья, и пистолеты аджитаров сильно отличались от тех, с которыми он был знаком, любое оружие такого рода действовало по единому принципу: целься, нажимай спусковой крючок, и из ствола вылетал либо кусок свинца, либо сгусток энергии.
От своих товарищей по казарме Ренар кое-что узнал о противоположном поле. Женщины Аджитара традиционно считались немного умнее мужчин. Сексом здесь занимались сообща и часто. Однако рождаемость строго контролировалась; кроме того, контроль за численностью населения осуществлял Колодец. Однако никто не страдал ни от каких запрещений. Институт брака был неизвестен. Тот, кто хотел завести ребенка, просто находил женщину, которая хотела того же. Если рождался мальчик, ответственность за его воспитание и образование целиком ложилась на отца. Женщина была вольна остаться или уйти. Если рождалась девочка, все происходило наоборот.
Некоторые женщины служили в армии. Поскольку они не обладали способностью аккумулировать электрические заряды и разряжаться, их никогда не отправляли на передовую, поэтому многие аджитарки занимали командные посты в тыловых службах. Большинство высших офицеров, в том числе сотрудников генерального штаба и технических специалистов, были женщинами.
Затеянная правительством война ни у кого не вызывала энтузиазма. Только те, кто никогда не видел, что это такое, проявляли к ней детский интерес. Основная масса населения недовольно ворчала, но смирилась, считая войну печальной необходимостью.
Две враждебные Аджитару расы – яксы и ламотиены – уже двинулись в наступление, чтобы заполучить части космического корабля, и у них был Бен Юлин – отличный пилот. Так что лучше уж Аджитар выступит на стороне Антора Трелига и сам проникнет в Оби, чем это сделает кучка презренных чужаков, руководимых неуправляемым маньяком Беном Юлином.
Две недели спустя новобранцев перевели в военно-воздушные силы. Это не было повышением: ВВС шли всегда в авангарде наступающей армии, и на их долю приходились основные потери. Ренар чуть не задохнулся, когда увидел, что представляет собой местная авиация. Никаких самолетов или планеров у Аджитара не было в помине. Но зато у него были кони. Громадные кони с громадными сверкающими крыльями, очень похожими на лебединые, росшими по обеим сторонам их лоснящихся тел. Как знаток античности Ренар сразу распознал в них материальное воплощение мифологического Пегаса. Аджитарские кони были поистине великолепны – коричневые, белые, розовые, голубые, зеленые. Количество их расцветок не поддавалось исчислению.
И они грациозно парили в небе на своих крыльях, неся на спинах восседающих в седлах аджитаров, ноги которых стягивали специальные ремни. Ренар узнал, что кони – создания хрупкие, ибо их кости полые; он так никогда и не понял, как они могут летать, но они летали, и этого было достаточно. Они оказались намного умнее обычных лошадей, подчинялись словесным командам, слабым ударам и движениям поводьев. Обучать их было одно удовольствие – кони прекрасно понимали, что их всадников тоже кто-то шпыняет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
