— Скорее второе. — подытоживает Мадьяр. — Он не сможет понять, так как он — не Ночная кошка! И если уж твой собственный сын не понимает этого, то кто, по твоему, сумеет понять тебя?
Я молчу, не зная, что ответить. Он прав! Прав, черт меня дери. Я изгой. Как можно быть хозяином мира, и изгоем в нем?
Но тут же я вспоминаю белого волка и тоску в его глазах. Нет, можно. По большому счету, хозяин — всегда изгой.
— Мадьяр, — спрашиваю я, — Ты не встречал белых волков?
— Нет, хотя легенду эту слышал. — отвечает он. — Но думаю, что это всего лишь сказка. А почему ты спросила?
— Да так, подумалось… — говорю я, пряча взгляд. Что-то мне подсказывает, что не стоит рассказывать ему о белом волке, равно как и о том, что Марат и Сергей живы и сейчас на заводе.
— Ладно… — Мадьяр снова возвращается к теме разговора, — Теперь ты понимаешь, что двигало мной, когда я собирал эту армию? Я шел сюда, проходя один город за другим, и везде находил одно и то же. Разруху и пустоту. Черное Безмолвие! Иркутска больше нет — громадная воронка от попадания ракеты. И черт ее знает, американской, или китайской. Удар был такого масштаба, что даже вы могли почувствовать подземные толчки.
Я киваю. Первые два года землетрясения были настолько нормальным явлением, что мы перестали обращать на них внимания, хоть и понимали, что каждый толчок означал, что еще одного города не стало…
— Уцелел Тайшет, но в нем никогда и не было противоядерной защиты. — продолжает Мадьяр. — Там образовалось даже некое подобие государства, держащееся, естественно, на силе. Интересно, что Ночных кошек там не было — ни одного, подобного нам с тобой. А власть захватили простые солдаты, сумевшие спасти военную технику. К тому моменту, как мы пришли туда, у меня уже были люди и некоторая техника — еще из Улан-Удэ я вел за собой небольшой отряд в три сотни человек. Многие погибли по дороге от радиации, но большинство все же дошло. Мы захватили власть в городе, быстро покончив с солдатней, которая, как и Изверги, уже отвыкла от серьезных испытаний. Из Тайшета я и везу большинство этих машин. Танки — тоже оттуда… Вон тот транспортный вертолет… Я и сам в это не мог поверить, но мы научились летать в таких условиях!
В Тайшете я задержался еще на пол года, собирая и тренируя свою армию, которая возросла до семисот человек. Думал, куда идти… Я знал, что по всей Сибири разбросаны базы противоядерной обороны, нацеленные прежде всего на Китай. Но, во-первых, все они были засекречены, и, естественно, никто не дал мне карту с указанием этих объектов. К тому же, у них мог оказаться ограниченный запас ракет, который уже должен был иссякнуть. Согласись, ведь никто не мог предположить затяжной ядерной войны! Наверняка даже «наверху» считали, что после массированных ядерных ударов всем придет конец, поэтому, когда началась война, и был отдан приказ выпустить все ракеты, имеющиеся в наличии, чтобы нанести противнику максимальный ущерб, при том, что самим осталось жить всего ничего…
В итоге мы двинулись к Красноярску. Я предполагал, что в таком крупном городе должна была быть база противоядерного щита… Не знаю, прав ли я был — уцелевшие местные жители подозревают, что ядерный бункер действительно был, но отчего-то сработал паршивенько. Его разнесли в день первой атаки точным попаданием термоядерной ракеты. Мало кто выжил, но подземные бункеры существовали и там. Кто-то примкнул ко мне, кто-то погиб… Еще раз говорю тебе, Ира, я не ангел, и пойду на все, чтобы остановить войну. И не надо на меня смотреть таким осуждающим взглядом! Мне нужен был провиант, костюмы и техника, а эти люди не хотели отдать мне их добровольно…
Затем мы двинулись в Томск. Этот город тоже всегда числился одним из важных военных объектов… Там завод ядерного оружия был, но, удивительное дело, он был заброшен. В шахтах даже стояли ракеты, но не было никого, кто мог бы заставить их взлететь. Да о чем я, в городе вообще никого не было! Были бункеры с оружием, с защитными костюмами, подземные гаражи с хорошей техникой… Но людей не было! Мы находили истлевшие тела, но они, естественно, не могли нам ни о чем рассказать. В общем, Томска не стало, и что там произошло — я сказать не могу. Знаю только одно — что ядерные ракеты над ним вообще не рвались — большинство построек цело, хоть и занесены снегом, и уровень радиации там гораздо ниже, чем где бы то ни было.
Оставался только Новосибирск — последний город, где, как я знал, был ядерный бункер. И вот, видишь, не ошибся… Здесь я не пошел напролом, как сделал это в Тайшете — мне нужны были, во-первых, вы бегуны, а во-вторых, в последнюю очередь я хотел бы разнести завод. Ближайшая ядерная база, насколько мне известно, находится за Уралом, а туда еще надо добраться… если, вообще, есть куда добираться. Вы не задумывались, почему ракеты, летящие к вам, не перехватывают по пути противоядерные базы в европейской части России? Может быть там давно уже никого нет, и все лежит в руинах?
В Китае было проще — мы вламывались на базы и закидывали все вокруг ядерными бомбами. Но тогда с нами был Донателло, которого специально готовили к работе с китайской ядерной техникой. Сейчас же я не смогу запустить ракеты… Среди моих людей есть ядерщики, но, я подчеркиваю, среди людей. А люди не перенесут путешествия в СГА — радиация убьет их по дороге. Туда в любой момент можем отправиться я, Свист и Судья, и, я уверен, мы доберемся… Но взять втроем целую страну — это перебор даже для «Ночных кошек».
С тобой нас уже четверо. Эзука я, конечно, в расчет не беру, от него проку, как собаке от пятой ноги… Хотя, олени с пятой ногой неплохо управляются, может и собаки бы научились…
Ира, я понимаю, что мой план вилами на воде писан, что все может сорваться, но не сидеть же, сложа руки?! Может быть в Штатах уже тоже не осталось никого — один этот ваш Денвер, с которым вы так усердно воюете. Может быть там тоже побывали «Ночные кошки», и нам останется лишь уничтожить всего один город, и все, войне конец!
— А если нет?
— Если нет — мы сделаем все возможное, чтобы победить. Умрем, если потребуется, но не будем сидеть вот так, ожидая, когда наши ваши перехватчики промахнутся по ракете, и она все же достигнет земли… Ира, ты хоть понимаешь, что последние пять лет вам, всему Новосибирску, несказанно везло?! Вы отбили первую атаку, хоть город и разворотило, словно замок из песка. Вы выжили, создали свою систему, свою власть. У вас есть люди, есть ресурсы, но нет человека, который повел бы вас за собой.
— И теперь он появился?! — в лоб спрашиваю я.
— Да! — восклицает Мадьяр, и глаза его блещут огнем. — Я прошел Китай! Могу, если потребуется, пройти и Штаты!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
