Ленинград сражался. В мае 1943 г. его роль в борьбе вынужден был признать финский журнал "Суомен Кувалехти" (орган национально-коалиционной партии), писавший, что Ленинград подобен руке, сжимающей горло рвущегося на Восток немецкого солдата. Но противник еще не отказался от замысла захватить Ленинград. Вражеский журнал писал, что "с наступлением весны вновь возрождаются надежды на падение Петербурга. Активизация действий, выразившаяся прежде всего в усилившемся обстреле тяжелой артиллерией промышленных объектов города, дает возможность предполагать, что нынешним летом судьба Петербурга будет решена"{535}.
Ленинградская промышленность работала в тяжелых условиях. Враг продолжал бомбить и обстреливать город. В течение весны - в марте, апреле и мае - фашисты бомбили город 69 раз{536}. Всего за 1943 г. фашистские самолеты сбросили на Ленинград 600 фугасных и более 2600 зажигательных авиабомб{537}. Стремясь вызвать пожары, фашисты стали применять крупнокалиберные зажигательные бомбы весом свыше 50 кг. Во второй половине 1943 г. в связи с усилением нашей противовоздушной обороны немецко-фашистская авиация была вынуждена значительно сократить налеты на город. В июне - августе на Ленинград было совершено 9 воздушных нападений, в сентябре - ни одного, а в октябре в воздушное пространство города прорвался лишь один самолет противника. 17 октября 1943 г. на Ленинград упала последняя фашистская бомба{538}.
Вынужденное сокращение налетов фашисты старались компенсировать усилением артиллерийских обстрелов. Они стремились деморализовать, подавить волю защитников Ленинграда. Отдавая приказ о систематическом разрушении города, Гитлер подчеркивал, что постоянным обстрелам подлежат "не столько оборонительные сооружения, сколько жилые кварталы"{539}. Немцы усилили обстрелы людных перекрестков, трамвайных остановок, кинотеатров, госпиталей, больниц и школ.
О том, как выполнялась эта директива, свидетельствуют суровые цифры. В 1942 г. тревога в связи с артиллерийским обстрелом районов города объявлялась 391 раз, в 1943 г. 2486 раз звучал по радио взволнованный голос диктора: "Внимание! Внимание! Говорит штаб местной противовоздушной обороны. Район подвергается артиллерийскому обстрелу, движение по улицам прекратить, населению немедленно укрыться!"{540}.
За 1943 г. по Ленинграду было выпущено более 68 тыс. артиллерийских снарядов{541}.
Стараясь дезорганизовать жизнь населения, добиться наибольшего числа жертв, фашисты стреляли по городу залпами с интервалами в 5-10 мин. Они то обрушивали огонь нескольких батарей на отдельные объекты, то обстреливали несколько районов одновременно. 17 мая работник Кировского завода Л. П. Галько записал в своем дневнике: "Сегодня первая ВТ была объявлена в 0 ч. 15 м., отбой - в 1 ч. 10 м., вторая ВТ - в 5 ч. 25 м., отбой - в 6 ч. 17 м., третья ВТ - в 7 час., отбой - в 10 ч. 30 м... Сотни рабочих и служащих не попадают на работу, так как движение трамвая и пешеходов во время ВТ приостанавливается"{542}.
В апреле - мае враг сосредоточил массированные огневые налеты на склады жидкого топлива. Увеличилось применение термитных снарядов. Обстрелам, вызвавшим сильные пожары, подверглись 1-я ГЭС, заводы "Большевик", "Красный выборжец", нефтебаза Кировского завода и "Красный нефтяник", Торговый порт. Всего в 1943 г. врагу удалось вызвать в городе 412 крупных пожаров{543}. Вызвав пожар, немецкие артиллеристы усиливали обстрел объекта и прилегавшей к нему территории, стараясь затруднить его тушение. Так было, например, на I городской электростанции, когда снаряды попали в резервуары с мазутом. Пожару нельзя было дать распространиться, так как это грозило остановкой электростанции, снабжавшей током промышленные предприятия и город. А противник, чтобы помешать пожарникам, 8 раз обстреливал ГЭС и прилегающую к ней территорию{544}. Большая отвага и упорство требовались в этих условиях от бойцов огневого фронта. В 1943 г. личный состав противопожарных подразделений потерял 176 человек убитыми, более 300 человек было тяжело ранено или контужено{545}.
3 мая ожесточенному обстрелу подверглась нефтебаза "Красный нефтяник". Фашистам удалось разбить несколько резервуаров, и горючее, растекаясь во все стороны, образовало огромный очаг пожара. Батальоны МПВО Московского района не смогли сдержать лавину огня. Пожар распространился на пять других резервуаров, охватил насосную станцию. Угроза нависла над всем запасом горючего. К нефтебазе прибыло около 400 пожарников, среди которых было много женщин и девушек{546}. Борьба с огнем велась в чрезвычайных условиях. Горящая нефть текла бойцам под ноги. От жара загоралась одежда ствольных, и их приходилось все время обливать водой. Все это происходило днем, при отличной видимости. Очаг пожара хорошо просматривался со стороны немцев, и они усилили обстрел района нефтебазы. Падали убитые и раненые. Их сразу же выносили из опасной зоны, а другие продолжали на их местах борьбу с разбушевавшимся огнем. Командир пожарной охраны "Красного нефтяника" С. А. Шкарин, будучи ранен, не оставил своего поста и продолжал тушить огонь. Командир отделения Бусов, пренебрегая смертельной опасностью, спустился на веревке внутрь горящего резервуара и работал там со стволом, пока не ликвидировал очаг. Боец МПВО Баранова не покинула свой пост, хотя вышка, на которой она находилась, была наполовину разрушена снарядом. Мужество ленинградцев победило. С огромным трудом пожар был ликвидирован. Большая часть драгоценного в осажденном городе горючего была спасена. Но и потери были велики. Из строя выбыло 40 человек, 14 бойцов-пожарников погибло в этот день от огня и снарядов врага{547}.
Артиллерийские обстрелы, пожары, гибель мирного населения не могли сломить стойкости ленинградцев. В течение весны и лета 1943 г. силами пожарников и населения на чердаки и верхние этажи домов было поднято 800 тыс. ведер песка для тушения зажигательных бомб. Был приведен в порядок пожарный инвентарь домохозяйств, сооружено более 1.5 тыс. трапов и лазов на крышах и чердаках зданий. Принятые меры и опыт, накопленный населением, а также улучшение общего положения в городе сказались на значительном сокращении числа пожаров (по сравнению с 1942 г.). Несмотря на резкое усиление обстрелов города и применение немцами термитных снарядов, убытки от пожаров по городу уменьшились в несколько десятков раз{548}. Трудящиеся города прилагали все усилия, чтобы в кратчайшие сроки ликвидировать последствия варварских обстрелов и быстро наладить работу предприятий, движение транспорта на поврежденной магистрали. В осажденном городе стал правилом сразу же после налета делать все необходимое, чтобы по возможности ослабить последствия бомбежек и артобстрелов. Можно привести много примеров того, как сразу после бомбежки, а иногда и до окончания вражеского налета рабочие и отряды ремонтников брались за восстановление поврежденных коммуникаций, за ремонт оборудования. В цех попадал снаряд, а через час люди уже закладывали пробоину в стене, вставляли в окна фанеру, ремонтировали станки и возобновляли работу. И так было не только там, где производили оружие или боеприпасы для фронта. Характерный эпизод вспоминает Б. П. Федоров, бывший в те героические дни секретарем Октябрьского РК ВЛКСМ: "Я был свидетелем того, как несколько снарядов влетели в дом No 10 по улице Герцена. Они выбили все окна, разбили крышу, но уже через 15 минут после артиллерийского налета в каждом окне можно было увидеть девушку, которая тщательно забивала его фанерой, заделывала картоном или просто бумагой. Дворники подметали стекла с тротуара, и уже через час в доме был наведен порядок"{549}.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
