приемной. По обеим сторонам находились окошечки кассиров, и около каждого толпились клиенты. Над кассами вокруг холла шла галерея, где целый штат клерков обслуживал счетные машины и множительные аппараты. В дальнем конце холла за стеклянными перегородками были видны кабинеты старших служащих.
Я подошел к одному из окошек, где стояла небольшая очередь, пробормотав извинение, взял с высокого прилавка бланк приходного ордера и достал из бумажника деньги. Вверху ордера я крупными буквами написал: «На счет Риты Мархал», а внизу приписал «Внесено Джоном Гамильтоном».
Выждав, когда подошла моя очередь, я протянул в окошечко заполненный мною ордер и деньги. Кассир взял бланк и уже поднял было резиновый штамп, но остановился и с недоумением посмотрел на меня. Я стоял, прислонившись спиной к прилавку, и с равнодушным видом смотрел в сторону.
– Тут что-то не так, сэр, – произнес кассир.
– А именно?
Кассир заколебался и снова перевел взгляд на ордер.
– Не откажите в любезности минуточку подождать.
Все получилось так, как я надеялся. Кассир взял ордер и вдоль длинного белого барьера быстро направился к лестнице, ведущей на галерею. Я наблюдал за ним. Он поднялся на галерею, прошел к девушке, сидевшей у большой машины, и что-то сказал. Девушка повернулась к висевшей на стене таблице. Я видел, как она провела по ней пальцем, словно отыскивая чью-то фамилию, потом снова повернулась к машине, нажала несколько клавишей и передала кассиру выданную машиной карточку.
Сердце у меня бешено заколотилось.
Я уже сообразил, что девушка работает оператором электронно-вычислительной машины, располагающей информацией о каждом клиенте банка. Все данные о нем машина печатала на карточке, которую можно было получить, если нажимать в определенном порядке занумерованные клавиши. Комбинация цифр соответствовала личному номеру клиента.
Кассир внимательно сравнил карточку с приходным ордером, отдал ее девушке и поспешно вернулся ко мне.
– Сэр, здесь какое-то недоразумение, – заявил он. – У нас нет счета на это имя. Вы уверены, что правильно написали фамилию?
Я нетерпеливо пожал плечами.
– Не стану утверждать категорически. Это карточный долг. Я играл с мисс Мархал в бридж и проиграл. Чековой книжки у меня с собой не оказалось, и я обещал ей уплатить проигрыш через ваш банк. Возможно, у нее здесь нет своего счета, но вы распоряжаетесь деньгами, поступающими на ее имя?
Во взгляде кассира по-прежнему читалось удивление.
– Правильно, сэр, если только речь идет о нашем клиенте. Но ее имя не Мархал. Может быть, Римма Маршалл?
– Возможно, возможно, – небрежно ответил я. – Надо, очевидно, проверить, но у меня нет ее адреса. Вы не дадите его мне?
– Адресуйте письмо на банк, а мы с удовольствием перешлем его дальше, – не моргнув глазом, отозвался кассир.
Я не сомневался, что он так и ответит, но все же был разочарован.
– Что ж, придется так и сделать. Благодарю вас.
– Пожалуйста, сэр.
Я кивнул, положил деньги обратно в бумажник и ушел.
Так я сделал первый ход и теперь точно знал, где находится адрес Риммы. Предстояло его заполучить.
Такси доставило меня в один из тихих районов Лос-Анджелеса, где я снял в недорогой гостинице номер, и я сейчас же позвонил в «Пасифик и Юнион» управляющему. Назвавшись Эдвардом Мастерсом, я попросил принять меня на следующий день, часов в десять утра.
Мы условились встретиться в 10.15.
Меня бесило, что весь день, до следующего утра, придется бездействовать, но и проявлять торопливость было опасно. Одиннадцать лет назад полиция Лос-Анджелеса объявила розыск человека с полуопущенным веком и шрамом на подбородке. Кто может поручиться, что не найдется какой-нибудь сверхбдительный ветеран-полицейский и не опознает меня даже сейчас, спустя столько лет? Вот почему всю оставшуюся часть дня я провел в гостинице и рано лег спать.
На следующее утро я приехал в банк за минуту до назначенного времени, и меня немедленно провели в кабинет управляющего. Это оказался полный пожилой человек с вкрадчивыми манерами. Он с обворожительной улыбкой долго тряс мне руку, но в то же время всем своим видом давал понять, что крайне занят и будет благодарен, если я без лишних слов перейду к делу.
Я назвался представителем фирмы строительных подрядчиков с главной конторой в Нью-Йорке и сообщил, что мы намереваемся создать филиал в Лос-Анджелесе и открыть в отделении «Пасифик и Юнион» текущий счет. Фирма довольно солидная, разглагольствовал я. Десять руководящих работников и свыше двухсот служащих. Не окажется ли господин управляющий столь любезным и не поможет ли мне подыскать соответствующее помещение?
Мои слова произвели на управляющего впечатление. Он тут же назвал мне одно из агентств, которое, по его словам, сможет предложить как раз то, что нужно. Как бы мимоходом я упомянул, что для начала операций фирма намерена перевести из нашего нью-йоркского банка миллиона два долларов, что, разумеется, еще больше расположило ко мне управляющего. Банк, заявил он, окажет фирме любое содействие – стоит мне только сказать, в чем именно оно должно выразиться.
– Видите ли… Собственно, пока нам ничего не нужно… Хотя, нет, позвольте. Мне нужна одна справочка. Я заметил, тут у вас вполне современное конторское оборудование. Вот если бы установить такое же в нашей конторе. К кому, по вашему мнению, следует обратиться?
– Ну конечно же, к фирме «Чендлер и Керрингтон»!
– А знаете, ведь наши операции несколько напоминают банковские, – продолжал я, осторожно подходя к тому главному, ради чего и пришел. – Наши клиенты разбросаны по всей стране, а мы должны поддерживать с ними постоянный контакт и хранить записи всех деловых переговоров и вообще всех операций. Я видел у вас электронно-вычислительную машину, она меня крайне заинтересовала. Вы довольны ее работой?
Мне повезло. Видимо, машина представляла предмет его особой гордости.
– Что вы! Более, чем довольны. Конечно, это дорогая вещь, но в конечном итоге она себя полностью окупает.
– Я видел ее только мельком, когда шел к вам.
– Дело поправимое, мистер Мастерс. Хотите, я покажу вам, как она работает?
– С удовольствием, но беспокоить вас… – Я старался говорить как можно более небрежным тоном.
– Какое там беспокойство! Наоборот. – Он нажал кнопку. – Сейчас мистер Флемминг покажет вам машину.
– Как только мы найдем подходящее помещение, я сейчас же свяжусь с вами. Нам очень приятно ваше содействие.
На пороге кабинета вырос и застыл в ожидании клерк – вышколенный серьезный молодой человек.
– Флемминг, это мистер Мастерс. Он открывает у нас текущий счет. Мистера Мастерса заинтересовала наша электронно-вычислительная машина. Покажите ему, как она работает.
– Слушаю, сэр. – Молодой человек поклонился мне. – С удовольствием.
Я встал и почувствовал, как у меня подгибаются ноги. Пока мне удалось осилить лишь половину
