в начале лета его затрудняли конкурирующие требования для армии в Шотландии, которая собиралась в то же время. Наконец, после того как Эдуард III осыпал своих чиновников оскорблениями и объявил не менее трех отсрочек, дата отплытия была назначена на 7 июля. Только в середине июня в Портсмуте появились признаки того, что вся эта административная деятельность имеет какую-то цель. На прибрежных складах накапливались запасы провизии, в гавани появились первые галеры эскорта[331].
Именно в этот момент Эдуард III получил отчет Бергерша о событиях в Валансьене и окончательно отказался от своих первоначальных планов, объявив о своем намерении отправиться в Нидерланды. Эдуард III всегда был слишком оптимистичен в отношении того, чего может достичь его маленькая страна, но он был достаточно реалистом, чтобы понять, что не может одновременно содержать три английские армии — в Шотландии, Нидерландах и Гаскони. После принятия решения о высадке в Нидерландах армия Гаскони постепенно сокращалась. В июле командование было передано Джону Норвичу, человеку низкого ранга, который, как и большинство полководцев Эдуарда III, учился воевать в Шотландии. Силы, предоставленные в его распоряжение, были значительно сокращены. Некоторым из тех, кто был призван в Портсмут, было велено отправиться в Лондон для отправки в Нидерланды; другим было велено идти не дальше Уинчестера, где они могли быть направлены в любой порт для отправки в зависимости от политических обстоятельств[332].
Менее чем через неделю Филипп VI и его советники приняли аналогичное решение в Венсене. Содержание бесед Бергерша с императором было доложено им к 28 июня 1337 года, и в этот день люди, готовые отправиться в Амьен или Марманд, были направлены в северную армию. Французский король, который, как и его соперник, когда-то надеялся сам принять командование на юго-западе, решил, что новая угроза требует его присутствия на севере[333].
В Либурне 13 июня 1337 года Оливер Ингхэм уже принял предвестников французской армии вторжения, двух лейтенантов сенешаля Перигора, которые предъявили королевский указ, объявлявший герцогство конфискованным, и призвали его сдать города и замки, находящиеся под его командованием. Формальности были соблюдены. Ингхэм медлил и попросил время, чтобы посовещаться со своим Советом в Бордо, что было с неохотой разрешено. Он указал, что Роберт д'Артуа, чья деятельность была названа причиной конфискации, не находится в Гаскони и сказал, что ему потребуется несколько недель для получения инструкций из Англии. Он апеллировал к решению пэров Франции в Парижском Парламенте, ссылаясь на отсрочку исполнения приговора, которую это влекло за собой. Все это было неприемлемо для лейтенантов. Они заявили, что армия, которой поручено привести в исполнение конфискацию, уже в пути[334].
Это было правдой. Филипп VI определил основные направления своей военной стратегии в Париже в середине мая 1337 года в тесном кругу своих советников. Самым важным решением, принятым по этому случаю, было то, что Гасконь будет атакована с востока со стороны долины Гаронны, а не (как предполагали англичане) с севера со стороны Сентонжа. Это говорит о том, что кампания должна была завершиться в кратчайшие сроки наступлением на Бордо. Датой сбора армии было 8 июля 1337 года, по совпадению на следующий день после того, как английские экспедиционные силы должны были покинуть Портсмут. Армия Филиппа VI, в отличие от армии Эдуарда III, собралась вовремя. Она почти полностью состояла из контингентов южных провинций. Сенешали Тулузы, Бокера и Ажена прибыли вместе с людьми из Лангедока. Два великих южных сеньора, подчинявшихся французскому королю, графы Арманьяк и Фуа, предоставили огромные контингенты: почти 6.000 человек у Арманьяка и около 2.500 у Гастона де Фуа. Общая максимальная численность армии, вероятно, составляла около 12.000 человек, не считая гарнизонных войск. Эти цифры плохо сопоставимы с 21.000 человек, которые, как предполагалось за несколько лет до этого, потребуются для завоевания Гаскони. Но, учитывая небольшие силы, имевшиеся в распоряжении Ингхэма, они были достаточными. Главный недостаток французской армии заключался в уровне ее командования, который по праву должности достался коннетаблю Раулю, графу д'Э. Но это был человек весьма ограниченных способностей[335].
Его первой ошибкой было то, что он потратил время на нападение на некоторые из менее значительных опорных пунктов Ажене, удерживаемых Эдуардом III. Сначала он атаковал Вильнев, который англичане, похоже, заняли, чтобы преградить французам путь через реку Ло. Это место было взято около 10 июля 1337 года. Затем Рауль совершил вторую ошибку, разделив свои силы, оставив часть своей армии осаждать другие места в Ажене, а сам отправился на запад. Пенне, самый сильный английский гарнизон в Ажене, был оставлен в покое, но Пюимироль был взят 17 июля, и это было местью за оскорбление, нанесенное авторитету Парламента в начале года, и позволило Гарсии Арно удовлетворить свой иск. Неизвестно, сопротивлялся ли гарнизон, но жители точно не сопротивлялись. Они сдали нижний город осаждающим в обмен на привилегию проводить ежегодную ярмарку в день Святого Фуа. Почему они должны терпеть неудобства и разрушения ради далекого правителя, бессильного их спасти?[336] Настоящая кампания началась только в середине июля, когда коннетабль объединился с Гастоном де Фуа, и они вдвоем осадили Сен-Макер.
Сен-Макер был местом удручающей неудачи в марте 1337 года, когда магистр королевских арбалетчиков попытался застать это место врасплох и потерпел неудачу из-за отсутствия осадной техники. На этот раз был создан тщательно продуманный осадный обоз, включавший, помимо обычных машин, два больших камнеметных мангонеля, установленных на барках, пришвартованных в Гаронне. С их помощью он смог нанести большой ущерб стенам города и его цитадели. Неизвестно, как долго жители Сен-Макер упорствовали бы перед лицом разрушения их домов и выкорчевывания их прекрасных пригородных виноградников. Они не были подвергнуты такому испытанию. Необъяснимым образом 31 июля 1337 года коннетабль снял осаду спустя всего две недели и вновь разделил свои войска на два независимых отряда, которые он отправил в набеги в разные части герцогства. Целью было не столько овладение стратегическими пунктами герцогства, сколько преследование сторонников Эдуарда III. Основные силы под его собственным командованием ворвались на территорию к востоку от Бордо в междуречье Гаронны и Дордони. Большой квадратный замок Тастес возле Сен-Круа-дю-Мон, принадлежавший одному из самых горячих сторонников Эдуарда III, был взят. Еще не менее трех недель ушло на осаду Помье, большой современной крепости, одной из немногих, успешно противостоявших армии Карла Валуа в 1324 году. Эта крепость пала в самом конце августа 1337 года, после чего коннетабль отправился на север и разбил свой лагерь перед Сивраком на южном берегу Дордони. Сиврак был старым сеньориальным замком и, вероятно, не был в хорошем состоянии и капитулировал почти сразу. Это были места, имеющие определенное
