"Феррато" давал тревожные гудки; порывистый ветер подхватывал и уносил его призывы; три раза палили из пушки.
Вдруг со стороны суши во мгле появилась какая-то чёрная точка. По направлению к «Феррато» шёл баркас с зарифленным парусам. По-видимому, то был рыбачий баркас, которому пришлось укрыться от шторма в бухте Мелльеха. Рыбак, укрывшийся среди скал, нашедший приют в прелестном гроте Калипсо, который можно сравнить с Фингаловой пещерой на Гебридских островах, услышал тревожные гудки и выстрелы.
Тотчас же, не думая об опасности, он бросился на помощь.
Баркас постепенно приближался. На борту «Феррато» приготовили трос, чтобы бросить его, как только баркас подойдёт. Минуты казались вечностью. До скал оставалось каких-нибудь полкабельтова.
Но вот трос брошен; однако огромный вал подхватил баркас и с силой ударил его о борт "Феррато". Баркас разнесло в щепки, и находившийся на нём рыбак неминуемо бы погиб, если бы его не подхватил Матифу. Силач взял его на руки и, словно ребёнка, опустил на палубу.
Тогда, не говоря ни слова – до разговоров ли тут? – рыбак бросился на капитанский мостик и в тот миг, когда судно, обращённое носом к берегу, должно было наскочить на утёс, круто повернул штурвал и направил судно в узкое устье пролива Норт Комино; корабль, гонимый попутным ветром, прошёл пролив меньше чем за двадцать минут. Теперь он находился к востоку от Мальты, где море было гораздо спокойнее. Судно дрейфовало вдоль берега на расстоянии около полумили. Часам к четырём, когда начало светать, «Феррато» вошёл в порт Ла-Валлетта и бросил якорь у пристани Сенглеа, близ входа в военную гавань.
Тут доктор поднялся на мостик.
– Вы спасли нас, друг мой! – сказал он молодому моряку.
– Я только исполнил свой долг.
– Вы лоцман?
– Нет, я простой рыбак.
– А как вас зовут?
– Луиджи Феррато!
5. МАЛЬТА
Итак, это был сын рыбака из Ровиня! По счастливой случайности не кто иной, как Луиджи Феррато, благодаря своей ловкости и мужеству спас от неминуемой гибели судно, его пассажиров и экипаж!
Доктор готов был крепко обнять Луиджи… Но он сдержался. Только граф Шандор мог бы так выразить свою благодарность, а графа Шандора все должны были считать умершим, даже сын Андреа Феррато!
Восхищённый подвигом Луиджи Феррато, Петер Батори, позабыв всякую сдержанность, ринулся к рыбаку, но доктор взглядом остановил его. Потом они спустились в кают-компанию, попросив Луиджи следовать за ними.
– Друг мой, вы сын истрийского рыбака Андреа Феррато? – спросил его доктор.
– Да, сударь, – ответил Луиджи.
– У вас есть сестра?
– Есть, и мы с нею живём вместе в Ла-Валлетте. Но разве вы, – спросил он с некоторым замешательством, – знали моего отца?
– Знал ли я вашего отца! – воскликнул доктор. – Ваш отец пятнадцать лет тому назад приютил у себя в доме в Ровине двух беглецов. Это были мои близкие друзья. Увы! Вашему отцу не удалось спасти их от смерти, да и сам он попал на каторгу и умер там.
– И он умер, ничуть не раскаиваясь в своём поступке! – отвечал Луиджи.
Доктор взял молодого рыбака за руку.
– Луиджи! – сказал он. – Мои друзья не успели отблагодарить вашего отца за его великодушный поступок, и я считаю своим долгом что-нибудь сделать для вас. Я много лет разыскивал вас и вашу сестру, но с того дня как вы уехали из Ровиня, все следы ваши были потеряны. Благодарение богу, что он послал мне на помощь именно вас! Судно, которое вы спасли, названо мной «Феррато» в память вашего отца. Позвольте мне обнять вас, дитя моё!
Когда доктор сжал его в объятиях, у Луиджи выступили на глазах слезы.
При виде этой трогательной сцены Петер уже не мог совладать с собою. В горячем порыве он бросился к отважному юноше, который был ему, вероятно, ровесником.
– Позвольте мне… мне тоже! – воскликнул он, раскрыв объятия.
– А вы, сударь?
– Я… сын Иштвана Батори!
Пожалел ли доктор, что у Петера вырвалось это признание? Нет! Луиджи сумеет сохранить эту тайну, как хранят её Пескад и Матифу.
Луиджи посвятили во все планы доктора Антекирта, рассказали, какую он преследует цель. Об одном только умолчали, что перед ним – граф Матиас Шандор.
Доктор пожелал, чтобы его немедленно отвезли к Марии Феррато. Ему хотелось вновь увидеть её и узнать, как она живёт, – ей, конечно, приходится много трудиться и бороться с нищетой, ведь после смерти Андреа она осталась одна, с младшим братом на руках.
– Хорошо, господин доктор, поедемте хоть сейчас, раз вы так хотите, – сказал Луиджи. – Мария, наверно, беспокоится обо мне. Прошло уже двое суток, как я расстался с ней и отправился на ловлю в бухту Мелльеха, а ночью разразился шторм, и она, пожалуй, думает – не попал ли я в беду.
– Вы очень любите сестру? – спросил доктор.
– Она мне и сестра и мать, – ответил Луиджи.
Мальта находится в ста километрах от Сицилии, и всего лишь двести пятьдесят километров отделяют её от Европы. Однако вопрос о том, относится ли она к Африке или к Европе, сильно занимал географов. Остров этот был отдан Карлом V в распоряжение ордена рыцарей госпитальеров, которые были изгнаны с Родоса Сулейманом и вновь объединились под названием мальтийских рыцарей; в настоящее время Мальта принадлежит англичанам, у которых её не так-то легко отнять.
Остров имеет двадцать восемь километров в длину и шестнадцать в ширину. Столица Мальты – портовый город Ла-Валлетта, но есть там и другие города, например Нотабиле или Читта-Веккья – своего рода священный город, в рыцарские времена местопребывание епископа, – а также Боске, Дингли, Цеббуг, Имджар, Беркеркара, Лука, Фарруджи и проч. Восточная часть острова весьма плодородна, в противоположность западной, где весьма скудная растительность, поэтому чуть ли не все население сосредоточено на востоке, общая же численность его – сто с лишним тысяч человек.
На побережье Мальты имеется четыре-пять прекраснейших в мире гаваней, и вообще остров на диво живописен. Всюду вода, всюду скалы, мысы, холмы, пригодные для укреплений и удобные для артиллерии. Ещё рыцари превратили Мальту в основательную крепость, англичане же, сохранившие за собою остров вопреки Амьенскому мирному договору, сделали его совершенно неприступным. Ни одному вражескому броненосцу не проникнуть в бухту Гранд-Марс, где расположен главный порт, ни в Карантинную гавань в бухте Марс Мушет. Но ведь к этим бухтам надо ещё подойти, а теперь в сторону моря обращены две стотонные пушки с гидравлическими зарядными устройствами и прицельными аппаратами; эти орудия стреляют девятисоткилограммовыми снарядами на расстояние в пятнадцать километров, – к сведению держав, которым досадно, что в руках англичан находится превосходная база, господствующая над центральной частью Средиземного моря и способная принять все флоты или эскадры Великобритании.
