Вообще, признание собственных слабых сторон может доставить массу хлопот. Но у вас в распоряжении теперь есть все инструменты, которые необходимы, чтобы с ними справиться. И подобные откровения все-таки стоит делать, потому что вы обретаете замечательный навык. Уже сейчас нетрудно заметить, что те небольшие слабости и недостатки, о которых вы обмолвились в нужный момент, придают ощущение более тесной связи при общении с другими людьми.
Если вы хотите усовершенствовать технику «уязвимости», обратите внимание на следующее: дело не только в том, что именно вы говорите и чем делитесь с собеседником, но также и в том, как вы себя чувствуете в периоды подробных откровений. Некоторые умудряются поделиться сугубо личной и весьма интимной информацией, ничего особенного при этом не ощутив. Иначе говоря, они от нее дистанцируются. Просто излагают факты, как при решении банальной задачи по математике, надежно отгородив свои сердца от малейших волнений.
По мере роста навыков попытайтесь ощутить в себе хотя бы небольшую уязвимость, когда участвуете в чересчур откровенной беседе. Если вы научитесь этим управлять, то намного обогатите собственный язык тела, повысите его эффективность. Небольшая доза уязвимости – вот все, что нужно для ее успешной демонстрации, а инструменты самосострадания из главы 5 намного упростят конечный положительный результат.
Наверху довольно одиноко
Поскольку вас все чаще рассматривают как «звезду», то даже тем, кому вы нравитесь, может оказаться нелегко найти с вами общие точки соприкосновения. Им порой трудно ассоциировать себя с вами. Кроме того, вы можете почувствовать, что все сильнее от них отдаляетесь. Когда люди начинают чаще ставить вас на некий пьедестал и видеть в вас что-то особенное, отличное от других, сверхчеловеческое, дело может кончиться тем, что вы почувствуете себя в изоляции.
Это фактически одна из причин, по которой ко мне обращаются президенты корпораций и топ-менеджеры. Эти люди обладают харизмой, но им нужна «система сдержек и противовесов» – надежный совет и обратная связь, которую они больше не получают от окружающих, или по крайней мере, не в той мере, как бы им хотелось. Я слышала об этом чаще всего от обладателей властной и в меньшей степени – воодушевляющей и сосредоточенной харизмы.
Если вы харизматичны, то чувствуете, что обладаете властью и влиянием над людьми. Их непросто рассматривать как равных себе, и это неизбежно вызывает у вас ощущение одиночества.
Иногда она работает вопреки всему
Артур – хороший друг и истинный «вожак стаи», который везде, где бы ни появился, демонстрирует «обаяние власти», или властную харизму. Нас познакомил общий друг. Он был в курсе, что я занимаюсь исследованием харизмы, поэтому сказал: «Вам обязательно нужно познакомиться с этим парнем». И оказался прав.
В течение многих недель я пользовалась благосклонностью Артура, который дал мне возможность наблюдать его харизму вожака в действии. Однажды мы сидели с ним на террасе ресторана за плотным поздним завтраком; Артур заказал себе «Бенедикт», а мне – яйцо пашот. Внезапно он наклонился ко мне и проговорил: «Знаете, а у харизмы могут быть и побочные эффекты».
Для Артура самая большая опасность состоит в том, что харизма дает ему определенную силу убеждения, даже если он абсолютно неправ. «Я понял одну забавную штуку: если я твердо убежден в собственной правоте, то смогу убедить людей в чем угодно. И, если честно, мне не нужно в этом смысле обладать большей правотой, чем они. Просто когда я сочетаю свои логические доводы с эмоциями, страстью и харизмой, то внезапно всем окружающим становится приятно делать то, о чем я говорю».
Артур сказал мне, что научился сознательно сдерживать свою харизму, когда находится вместе со своей командой. Он стремится настроить невидимые «поручни», препятствующие тому, чтобы его непререкаемый авторитет подавлял разумные доводы коллег. Как сказал мне Артур, «я замечал, как убедительно звучит мой голос, каким объективным и искренним кажусь окружающим, хотя на самом деле со временем становится ясно, что все обстоит отнюдь не так. Большое влияние сопряжено с большой ответственностью. И теперь мне намного чаще, чем раньше, приходится пересматривать собственные решения».
По мере того как вы становитесь все более и более харизматичной личностью и многие вещи в вашей жизни явно упрощаются, вы можете незаметно для себя прийти к мысли о том, что и у других людей все тоже складывается достаточно легко и гладко. Постарайтесь понять, что это далеко не так; ведь у других людей нет присущих только вам харизматических черт характера.
Если для остальных вы – супермен, то такой расклад может повлиять на всю организацию, поскольку люди рассчитывают на ваши особенные качества и предполагают, что у вас всегда все получается. С одной стороны, им может взбрести в голову, что больше не нужно так усердно работать; они могут почувствовать себя свободными от былой ответственности и предаться самоуспокоению. С другой стороны, ваши сотрудники могут стать слишком дерзкими, рискуя там, где раньше на это никогда бы не отважились. Они чувствуют, что если что-нибудь вдруг пойдет не так, то вы, словно по мановению волшебной палочки, все исправите и наладите.
Предупреждение: харизма – мощный инструмент; применяйте его с осторожностью
Люди часто спрашивают меня, могут ли методики, которые они изучают, иметь опасные последствия. Конечно, ведь это очень мощная сила. И здесь действительно есть «темная» сторона. Многие из тех, кто подробно изучал харизму, хотели бы в этом смысле предостеречь новичков.
До 1980-х гг. многие весьма влиятельные мыслители в области лидерства, такие, например, как Питер Друкер, ожесточенно противились как изучению, так и преподаванию харизмы. Друкер часто подчеркивал, что наиболее харизматичными лидерами прошлого столетия были Гитлер, Муссолини, Сталин и Mao Цзэдун.
Харизма – мощная сила, потому что она усиливает способности человека оказывать влияние на других людей. Любое обучение, которое тренирует и укрепляет такие возможности человека, может пойти как на пользу, так и во вред. В контексте поставленных целей обучение харизме, в принципе, не отличается от любого другого обучения навыкам лидерства.
Маршалл Голдсмит сказал мне однажды, что считает харизму таким же активом, как, например, интеллект: «Если вы двигаетесь в правильном направлении, то доберетесь к цели быстрее. Если выберете неправильное направление, то наличие харизмы поможет вам выпутаться. Это достоинство, но не страховой полис. Многие ли харизматичные лидеры терпят неудачу? Да сколько угодно! Точно так же, как и многие интеллектуальные лидеры. Но ошибка, провал и неудача отнюдь не свидетельствуют о “неправильности” харизмы или интеллекта».
