ты не повторишь мне это, я сокрушу Сюэ Мэна и Дворец Тасюэ в горах Куньлунь, а потом захвачу всех людей, которых ты так хотел защитить и раздавлю! Я разорву их в клочья! Так что тебе лучше подумать еще раз!
К черту церемонию коронации, к черту тысячи людей, все еще стоящих на коленях. Он изменил свое решение. Он больше не хотел, чтобы Чу Ваньнин умер. Он ненавидел его, но хотел, чтобы Чу Ваньнин жил... ЖИЛ...
Одним движением Мо Вэйюй подхватил на руки человека, потерявшего слишком много крови, и, использовав цингун, запрыгнул на высокий нависающий карниз. С развевающейся за спиной мантией он был похож на одинокого орла, распростершего свои крылья над жертвой. Он быстро перелетал с крыши на крышу, направляясь к горе Наньфэн, прямо к Павильону Алого Лотоса, где когда-то жил Чу Ваньнин.
Это место всегда славилось обилием духовной энергии и многочисленными лекарственными травами. Он собирался вернуть Чу Ваньнина. Этот человек должен жить, чтобы Мо Жань мог ненавидеть его. Если он умрет, разве у него останутся причины, чтобы испытывать это чувство? Не сошел ли он с ума, в самом деле, задумав убить Чу Ваньнина собственными руками?
Если бы Чу Ваньнин умер, что осталось бы у него в этом мире?..
Лежа в постели, он ощущал на языке вкус прошлых воспоминаний.
Была уже поздняя ночь, но Мо Жань никак не мог уснуть. Он встал, умыл лицо, оделся и с фонарем в руке направился в сторону Зала Яньло.
Чу Ваньнин определенно опять небрежно перевязал свои раны, прежде чем отправиться туда для принятия наказания коленопреклонения. Мо Жань знал, каким невыносимо упрямым и непреклонным он был. Его Учитель никогда даже на йоту не задумывался о том, что его тело может выдержать далеко не все. А Сюэ Мэн не мог остановить его, даже если бы попытался.
Конечно же, снаружи Зала Яньло горела маленькая лампа и свечной воск медленно капал на подсвечник.
Прямой, как сосна, Чу Ваньнин стоял на коленях спиной к двери.
Мо Жань даже немного пожалел о том, что пришел сюда, когда увидел эту фигуру. Сейчас середина ночи, и что он делает? Прибежал сюда, чтобы увидеть Чу Ваньнина? Он сошел с ума?
Но он уже был здесь, и было бы глупо просто развернуться и уйти.
Мо Жань на мгновение задумался и решил пойти на компромисс: он не уйдет, но и не войдет. Юноша поставил фонарь у ног. Стоя у окна снаружи, он оперся локтями о раму, подпер ладонями щеки и издали уставился на Чу Ваньнина.
Медные колокольчики, свисавшие с углов крыши, издавали нежный звон, сладкий аромат цветов и растений наполнял ночной воздух.
Стоявшего у окна и стоящего на коленях разделяло ярко-красное решетчатое окно и заполненное тишиной пространство зала.
Если бы это было до перерождения, Мо Жань, используя свой императорский статус, мог бы войти в зал и приказать Чу Ваньнину прекратить обдумывать свои ошибки, подняться с колен и вернуться к себе для отдыха. Если бы Чу Ваньнин отказался, у него появилась бы возможность сломить его сопротивление и силой унести домой.
Но сейчас у него не было ни статуса, ни способностей.
Он даже не был таким высоким, как Чу Ваньнин. В голове Мо Жаня был полный раздрай. Он тайно наблюдал за этим человеком, а тот ничего не замечал. Он не видел лица Чу Ваньнина, но и тот не видел его лица.
Так белый кот всю ночь стоял на коленях и не оборачивался. А тупая псина стояла всю ночь и никуда не уходила.
Художник: 葵呆呆
Автору есть что сказать:
Жил-был маленький щенок. Он был грязным и глупым, поэтому никто не любил и не хотел его. Все, что он мог — это бродить здесь и там.
Однажды маленького щенка нашел дядя, и отнес в свое гнездо. Новый дом был теплый и просторный, и маленький щенок был очень рад этому. Особенно ему нравился большой белый кот, который спал, свернувшись калачиком на подушке. Он выглядел таким нежным и мягким, что щенок взвыл от восторга и радостно упал под белый пушистый бок.
Однако, когда он проснулся, то узнал, что большой белый кот совсем не такой нежный и мягкий, как рисовало его воображение. Он всегда следил за щенком ледяным взглядом, игнорируя его тявканье. Когда кот был недоволен, он даже не думал убрать когти, прежде чем ударить щенка по морде.
Постепенно маленький щенок вырос, а большой белый кот превратился в маленького белого кота прямо у него на глазах.
Тогда большой хаски решил преподать урок этому злому коту и укусил его за горло, а потом гордо наступил на белоснежную шерсть лапой.
Множество раз получив взбучку от кота, пес привык думать, что кот был тверд и холоден как камень, но когда он наступил на него, то понял, что белое тело было очень мягким и уязвимым. Хаски не мог не вспомнить ту ночь, когда щенком впервые вошел в свое новое гнездо и как, уткнувшись в шелковистую теплую шерстку этого кота, сладко уснул.
Однако он не мог знать, что случилось в ту ночь, когда белый кот открыл свои круглые глаза.
«Откуда взялась эта тварюшка? Какая грязная…»
Белый кот задумался. А потом воспользовался своим шипастым розовым языком и аккуратно вылизал шерстку щенка.
Щенок пошевелился, когда почувствовал как его вычищает розовый язычок кота, но его разум был затуманен, поэтому потом пес решил, что это был просто сон. В этом сне его бродячая жизнь, наконец, подошла к концу, а рядом был белый кот, который заботился о нем и был добр к нему.
Глава 30. Этот достопочтенный не хочет есть тофу
— Эй, вы уже слышали? Старейшина Юйхэн три дня будет стоять на коленях в Зале Яньло в наказание за нарушение правил.
На следующий день ученики собрались на Платформе Шаньэ для утренних занятий по медиации. Все ученики были довольно юны, до двадцати лет, поэтому сидеть в медитации со спокойным, как стоячая вода, сердцем, было для них невыполнимой задачей. Стоило учителю отвернуться, они начинали бурно перешептываться.
Новость о том, что Чу Ваньнин был наказан, распространилась, как лесной пожар.
Ученики, которые вчера были свидетелями этого, с удовольствием делились сплетнями с остальными.
— Да ладно, ты об этом не знаешь? А… ты же вчера собирал ночную росу с цветов в горах со старейшиной Луцунем, да? Ну, тогда слушай,
