Он развернулся, продолжая гнусно хихикать, и, не прощаясь, ушел в домик охраны.
— Кто там у меня бродит? — удивился я, направляясь к себе. — Не Берта же.
Дома у меня скучала Эрна в своем прозрачном лоскутном пеньюаре. Увидев меня, радостно взвизгнула и бросилась на шею.
— Милорд, я соскучилась! И меня напугал дед-сторож, зашел без стука и уставился своими глазищами. Я его еле выгнала, — обрушила она на меня поток слов.
— А откуда у тебя ключи, Эрна? — разглядывая свой ключ, спросил ее я.
— Нам его Берта отдала, — ни капельки не смущаясь, ответила Эрна. — Чтобы мы уборку делали, пока вас нет. Я делала, делала. А вас все нет и нет.
Она прижалась ко мне горячим телом. Я вздохнул. Вот вам и подтверждение первого закона вселенной: сильны мы, мужики, умом, но слабы плотью. Потом обнял девушку и понес в постель.
Приграничная зона. Космическая станция «Созвездие-57Т»
В помещение, где пряталась Хельга, зашел Клоп, осторожно постучавшись перед этим. Он присел на краешек кровати и заговорил:
— Блокада отменена, корабли вылетают, но проходят тщательный досмотр. На станции идут повальные аресты. Скоро доберутся и сюда. Ты знаешь, у меня приказ — при невозможности эвакуации уничтожить тебя. — Он не смотрел ей в глаза.
— Я это знаю, Клоп. Вейс загоняет нас в угол и приготовил нам ловушку. Он ждет, что я постараюсь вылететь на каком-нибудь корабле. Но у меня есть для него сюрприз. — Она протянула ему листок. — Вот список того, что мне нужно. Когда вылетает советник?
— Послезавтра, — ответил тот.
— Значит, послезавтра я улечу. — Она, улыбаясь, смотрела на Клопа.
— Полковник, вы хорошо справились со своей работой, это будет отражено в отчете, я беру на себя ответственность за все действия пограничников. Ребят, которые задержали Джими Любера, переведите ко мне во взвод силовой поддержки. В Управлении я их прикрою от мести. — Вейс сидел напротив командира пограничного отряда. — Вот распоряжение о переводе. — Он протянул тому лист приказа.
— Спасибо, господин Вейс, ребята этого не забудут. — Полковник слегка поклонился и вышел. Он был старый и опытный службист, сосланный сюда за неуступчивый характер, и понимал, какой груз взвалил на себя Вейс. После всего случившегося сюда налетят проверяющие, как мошкара на свет. И все они будут пытаться съесть Блюма Вейса.
Когда за пограничником закрылась дверь, Блюм устало потер лицо.
«Думай, старина, — приказал он сам себе. — Думай. — Он отключился от посторонних мыслей и сосредоточился на ощущениях. — Томас, Томас, — думал он. — Что ты нашел? Как догадался о роли Бруз?» — задавал он себе мысленно вопросы. Его ощущения робко подсказывали, что он встал на верный путь. Томас и Бруз — вот где надо копать. Надо понять, как думал Томас, что его натолкнуло на начальника директории картографии. Он включил изображение Хельги в том положении, как его оставил Говард. На нем женщина была наклонена головой вперед, и хорошо был виден посредине пробор в волосах. «Необычный ракурс для осмотра. Зачем ему нужна была голова, а не лицо? Что он там хотел увидеть? Черные волосы, натуральная природная брюнетка. Что его могло заинтересовать?» Он постоянно крутился вокруг этого вопроса. Его чувства подсказывали: ищи связь тут.
— Рина, выведи на меня запись предпоследнего дня жизни Говарда, — попросил он секретаря.
Последний день жизни Томаса он просмотрел несчетное количество раз. Как всегда, Говард пришел с опозданием, рассеянно прошел в кабинет, получил нагоняй от Вейса, до конца работы не выходил из кабинета. В шесть вечера вышел, попрощался с секретарем и пошел к лифту. Из коридоров ручейками потянулись служащие, направлявшиеся к ближайшему лифту. Вот с Говардом поравнялась Бруз, и они пошли рядом, он пропустил ее вперед и зашел в полный людей лифт следом.
— Говард зашел следом, — вслух произнес Блюм. — А на следующее утро он пошел к ней, и его убили. Что он в ней увидел?
Он вернулся опять на бесконечный круг одного и того же вопроса. Зашла секретарь и поставила на стол чашку кофе.
— Рина, — обратился он к ней. — Что можно разглядеть в волосах женщины?
Девушка посмотрела на изображение и сказала:
— Ну не знаю, шеф, может быть, корни волос отросли и женщина не успела их покрасить?
У Вейса в голове разорвалась бомба. Вот ответ на его вопрос. Томас увидел неокрашенные корни волос. А ведь Бруз природная брюнетка.
— Рина, тебе премия. Быстро мне все сведения о родственниках Хельги.
Через полчаса он читал ее полное досье. Хельга Бруз родилась в колониальном мире, который был основан выходцами из Валора. Ее вместе с сестрой-двойняшкой отдали в приют. После приюта дорожки сестер разошлись. Хельга поступила в университет, а сестру посадили за воровство на три года. Звали сестру Ольга Бруз. На Вейса из голограммы смотрела молодая Хельга с русыми волосами. За месяц до перевода сестры на станцию Ольга приехала к ней в гости. После этого с планеты она не выезжала. Но убыла ее сестра Хельга Бруз.
— Рина, замов ко мне, пусть летят мухой. И узнай, прибыла ли на станцию Ольга Бруз и когда?
Заместители Вейса оперативно собрались в кабинете. Они сидели молча, ожидая вопросов от начальника. Но Вейс молчал, чего-то ожидая.
— Да, прибыла, шеф, вчера, зарегистрирована последней. Чартерный рейс, борт номер двадцать четыре семьдесят восемь из Винисы.
— Спасибо, Рина. Скинь мне запись прохода контроля идентификации прибывших на этом рейсе.
На этом рейсе, как и предполагал Вейс, Ольги не было, последней была зарегистрирована группа коммивояжеров из четырех человек.
— Абель, Штифтан, — посмотрел он на замов. — Планы меняются. До послезавтра прекратить аресты. Вновь прибывшего сержанта и его отделение отправить в док с кораблем советника. Послезавтра ждем там Ольгу Бруз.
— Хельгу, шеф, — поправил его Абель.
— Нет, Абель, Ольгу.
— Шеф, камеры засекли ее в жилом секторе на третьем уровне.
— Начинайте аресты, — приказал Вейс. — Действовать по самому жесткому варианту. Оставьте лишь несколько малозначимых личностей, но они должны видеть вашу суровость. Бандиты должны почувствовать, что следует за убийством сотрудников АД.
К операторам связи зашли люди в бронекостюмах с затемненными стеклами шлемов, ни слова не говоря, они схватили троих сотрудников, повалили их на пол и в присутствии остальных двоих связистов провели очень жесткий допрос.
— На выход! — скомандовал один из них. За дверьми рубки безразлично сказал: — Пошли вон, свободны!
Допрошенные операторы стали в панике разбегаться.
— Попытка побега. Огонь, — прозвучала команда.
После выстрелов на полу лежали только трупы. Пленных не брали. Рядовых бандитов на глазах их товарищей допрашивали и уничтожали на месте. В технической секции службы безопасности закрепилось около двух десятков боевиков, они отстреливались, не подпуская бойцов взвода силовой поддержки. Сержант не хотел терять личный состав в прямом штурме. Присутствующий оперативник связался с директоратом:
— Соедините меня с офисом «Микроклимат». Губер! — приказал он кому-то. — Найди на схеме помещение технической секции СБ-станции и отключи подачу воздуха до особого распоряжения. Сержант, приготовьтесь вести огонь на поражение, — посмотрел он на бойца, стоявшего рядом.
Еще кое-где случались короткие перестрелки, но машина возмездия перемалывала преступников неумолимо и беспощадно. Технические службы, помещения службы охраны были завалены трупами. Региональное отделение Синдиката перестало существовать. Последним был взят Клоп. Советник во главе большой свиты направлялся к месту досмотра. Его пропустили по дипломатическому паспорту, остальных сержант-пограничник неспешно стал проверять.
— Не могли бы вы ускорить проверку? — с раздражением спросил советник. — Среди валорцев нет преступников, — с гордостью продолжил он.
— Ну как нет, господин советник? Вот за вами стоит женщина, и она, без сомнения, преступник, — раздался за его спиной спокойный голос.
